Туман. - Мери Ли

находится за последними построениями, тонет в серости и кажется, что там заканчивается всё, дальше только ад.

– Нашёл! – кричит Лари и тут же добавляет более тихо. – Третий дом справа.

Лари возвращается, но в его руках нет ключей.

– Ключи?

– Гвоздик с фамилией Минч пустует.

Ладно.

– Идём.

Переходим на легкий бег и, оказавшись перед третьим домом, останавливаемся. Лари первым двигается с места и подходит к крыльцу. Стучит.

Ждём, но никто нам не открывает.

Стучит ещё раз.

Тишина.

Парадная дверь соседнего дома открывается и оттуда выглядывает седовласый мужчина. Он прижимает к лицу какую-то тряпку, озирается по сторонам и машет нам рукой в приглашающем жесте.

Переглядываюсь с Лари и поворачиваюсь к мужчине.

– Не подскажите, мистер Минч, здесь живёт?

Старик смотрит налево и, повернувшись к нам, кричит:

– Быстрее в дом!

– Что…

Я не успеваю что-либо сказать, Лари хватает меня за руку, и мы бежим в дом к седовласому мужчине. Он отходит в сторону, и мы влетаем внутрь. Дверь запирается, и я, пытаясь отдышаться, спрашиваю.

– Что случилось?

– Собаки. У соседей, через два дома есть три овчарки. И они взбесились, вчера загрызли мою Бэтти, – отвечает мужчина, внимательно смотря то на меня, то на Лари.

– Бэтти? – спрашиваю я и слышу лай собак.

– Это наша кошка. Была нашей кошка.

– Спасибо, что предупредили, – говорит Лари. – Не подскажите, где живет мистер Минч?

– О, вы правильно стучались, но он вместе со своей семьёй уехал пару часов назад.

Земля уходит у меня из-под ног, и я сажусь прямо на пол. Хватаюсь руками за голову и прикрываю глаза.

– Мы опоздали.

– Можете остаться здесь, – говорит старик. – Не зараженным нужно держаться друг за друга. И помогать.

Поднимаю на мужчину подозрительный взгляд. Он предлагает помощь совершенно незнакомым людям.

– А что, если мы заражены? – спрашиваю я.

– Алекс, что ты говоришь? – одергивает меня Лари.

– Я знаю, что вы не заражены, – отвечает мужчина. – Они ведут себя немного иначе.

Немного. Ага, конечно. Кидаются на людей, бегают на четвереньках, убивают и ещё много чего другого. Различия имеются. Определенно.

– Вы, наверное, голодны. Можете принять душ, если хотите. Мой дом в вашем распоряжении.

Как бы мне не хотелось поверить мужчине, но, кажется, я стала максимально подозрительной. С чего такая доброта и щедрость?

– Мы, наверное, пойдем, – говорю я, поднимаясь на ноги.

За домом продолжает разноситься лай собак, но меня больше страшит мужчина, чем псы.

– Конечно, – говорит он, – но нужно подождать, пока собаки не уйдут. Поверьте, они ужасно свирепы. Я такого никогда раньше не видел.

Переглядываюсь с Лари и утвердительно киваю.

– Хорошо.

Мужчина смотрит на огромные деревянные настенный часы и, спохватившись, говорит:

– Прошу меня извинить, мне нужно выпить лекарство. Располагайтесь, я скоро спущусь.

Старик уходит. Рассматриваю огромный холл, он чем-то напоминает дом моего детства. Всё дорого и шикарно. У дальней стены расположен камин, в котором тихо трещат поленья. Подхожу к огню и грею руки. Я даже не заметила, насколько замерзла. На камине стоит фото в позолоченной рамке. Хозяин дома и пожилая женщина держатся за руки и идут на фотографа. Вокруг зелено и светло, а они улыбаются. Они счастливы.

– Алекс, может нам попросить у него ночлега? Мы уже не в силах идти дальше. Я валюсь с ног.

– Нет. Ночевать мы у него не будем. Коп, который спас нас, рассказал, что от пристани в восемь утра отходит корабль, туда собирают не зараженных и отправляют в безопасные места. Раз Минча нет, то нам нужно на пристань, если мы не успеем убраться из Дрим Сити до наступления восьми утра, то останемся в городе. Навсегда.

– Что это значит? – хмурясь спрашивает Лари.

– Границы закроют. Я не знаю, как это будет выглядеть, но факт остаётся фактом, нам нужно уезжать из города.

– Хорошо, – соглашается Лари, и в этот момент спускается хозяин дома.

– Кажется, собаки ушли, – говорит он и подходит к входной двери. – Если не хотите отдохнуть и покушать, то тогда вам нужно идти сейчас.

Благодарим старика за помощь и выходим из дома, на нас тут же бегут три огромные овчарки. Возвращаемся обратно, и старик запирает дверь.

– Кажется, вы тут надолго, – говорит он и протягивает руку Лари, – можете обращаться ко мне мистер Вагнер.

– Я Лари, а это Алекс.

– Приятно познакомиться, – говорю я и сжимаю морщинистую руку старика.

– В прошлый раз псы ушли только через час, можем попить чаю или чего-то перекусить.

– Не стоит, – говорю я.

– Составьте мне компанию, я как раз накрывал на стол.

Встречаюсь взглядом с Лари, и он пожимает плечами.

– Мы согласны, – говорит друг.

– Тогда идёмте в гостиную.

Мистер Вагнер уходит вперед, а я хватаю Лари за руку.

– Мы не задержимся, – говорю я.

– Это обычный жест вежливости. Алекс, он помог нам и был добр. Меньшее, что мы можем сделать, так это составить старику компанию.

– Ладно, – сдаюсь я.

Идём за мистером Вагнером и оказываемся в шикарной гостиной. Стол действительно накрыт на одного человека. Хозяин особняка уходит и возвращается с двумя тарелками, на которых стоят две миниатюрные чашечки чая. Такими пользуются только аристократы.

Садимся за длинный стеклянный стол, а мистер Вагнер снова уходит. Возвращается с пирожными и садится во главе стола.

Пододвигаю к себе чашку и вдыхаю аромат чая. Боже, в последнее время я не ощущала аромата прекраснее.

– Так зачем вам Минч? – спрашивает хозяин дома.

– Мой папа сказал найти его. Мистер Минч должен был помочь нам покинуть город.

– Мне жаль, но все, кто жил в нашем городке, уехали.

– Вы почему остались? – спрашивает Лари.

Мужчина печально улыбается, и морщинки вокруг его губ складываются в гармошку.

– В этом доме вся моя жизнь. Я не смог оставить его.

Отпиваю глоток чая и в блаженстве прикрываю глаза. Идеально.

Мужчина рассказывает о своей жизни, он делает это так непринужденно, словно за окном нет ужаса, воплотившегося в жизнь.

Лари быстро расправляется с чаем и просит добавки. Мужчина приносит сразу небольшой чайник и ставит на стол.

Прислушиваюсь к происходящему на улице и больше не обнаруживаю лая собак. Отпиваю ещё глоток чая и поворачиваюсь к Лари.

– Думаю, нам пора.

Лари начинает вставать из-за стола, а потом на мгновение замирает.

– Алекс, – произносит он и валится на пол, попутно переворачивая со стола кружку.

– Лари!

Бросаюсь к другу, но у меня начинает кружиться голова. Что происходит?

Оказавшись у ног Лари, я больше не в силах двигаться, глаза закрываются, и я падаю на друга.

Проклятый гостеприимный хозяин опоил нас.

Глава восьмая

Меня