Одиночный рубеж 2: Дети Смерти (СИ) - Ферр Алекс

– Ну вот… – лисица от досады больно куснула меня за большой палец ноги.

– Что «вот»? – в подтверждение своего непонимания, расслабившись, заскользил неопавшим членом в узком тоннеле Вальоры.

– Я хотела подольше, – захныкала рыжая, походу ловя в укусах особый кайф. Кажется, она в порыве негодования прокусила мне палец, и он начал неприятно зудеть.

– Будет тебе подольше, – усмехнулся я, и, не вынимая члена из её горячей задницы, потянул за волосы, заставляя встать.

Вальора поддалась: по-кошачьи изгибая спинку, споровица с неохотой выпустила из острых зубок мой палец и поднялась на ноги.

– Готова к волшебству? – усмехнулся я.

– Да, – выдохнула лиска и игриво облизнула губы.

Взял её, под бёдра и ощутил, что девушка совсем невесомая. Крутанул её на стволе в воздухе, поворачивая к себе лицом. Как у меня не вывихнулся член – загадка.

Споровица же радостно обхватила меня ножками за бедра.

Держа её округлую, упругую попку в своих руках, устроил девушке адский трах, будто поршень в двигателе, с огромной скоростью катая её на стволе.

Размеренные стоны лиски сменились непрерывным криком удовольствия. Обнимая меня стройными длинными ножками, она когтями на руках царапала мне плечи, наверняка пуская кровь. Рыжий, с белым кончиком хвост снова нашёл фаберже и продолжил приятно заигрывать сними, добавляя восхитительных ощущений.

Лёгкая, как пёрышко, лисица убрала мои руки со своих ягодиц, пристроив правую к себе на грудь, а левую захомутав игривым язычком, щекочущим пальцы. В отсутствии двигателя процесса она сама напрягла ножки и уже без моей помощи начала активно скользить по стволу, то погружаясь на всю длину, то обнажая член до края головки. Я был в восторге. Сладкая попка обдавала жаром, острые зубки Вальоры заставляли постоянно чувствовать опасность. Но мне этого показалось мало: кастанул на рыжую ускорение, отчего она закатила глазки цвета мёда и начала громко-громко стонать, лаская мой слух звуками страсти.

Когда закончился первый заряд каста, Вальора сделала хитрое лицо и, сбавив скорость до размеренного темпа, заигрывающе спросила:

– Значит, магией любишь баловаться?

В тот же момент с её пальчика соскользнула искорка и упала вниз. Я почувствовал странную тяжесть. Одно яйцо распухло и всей своей массой, доставляя явный дискомфорт, тянулось к земле. Это что? Я смерил девушку непонимающим взглядом.

– Упс, – улыбнулась лисица. – Сейчас поправлю, промахнулась.

Снова с кончиков пальцев упали ещё два огонька. Один привёл в чувство яйцо, вернув в прежнее состояние, а другая частица магии упала прямиком на основание ствола, заставляя член раздаваться вширь и… кажется, в длину. Точно я понять так и не смог, потому что на тот момент наполовину находился в узкой попке Вальоры.

– Тебе бы не лопнуть, маленькая, – только и смог сказать я. Был немного в ступоре от того, как расширилась вместе с членом дырочка Вальоры. По ощущениям, тоннель стал на порядок уже и крепко обхватывал ствол по всей длине. Особенно ярких ощущений досталось головке.

Споровица перебила:

– Давай уже своё ускорение. Не ты один хочешь кончить!

Я на секунду засомневался. Вальора на таком огромном члене смотрелась как шашлык на шампуре.

– Давай! – она, показывая, что всё путём, активно задвигалась вперёд-назад.

Сделал каст.

– М-р-р-р-р-р! – громко, утробно заурчала лисица, и из её киски обильно потекла горячая влага.

Сделал второй каст, девушка не прекращала кончать: ручейки сменились брызгами, которые орошали меня от живота и до самых стоп. Такого буйного оргазма я ещё не видел.

Уже собирался применить ускорение в пятый раз, понимая, что Вальоре мало, но она, похоже, насладившись сладким продолжительным пиком, бессильно попросила:

– Я… Я все.

Лиска аккуратно слезла с точащего хера, который и не думал опадать без кульминации. Наконец я увидел свой член полностью. Это прямо мечта любого порноактёра и полметра женского истязания. Но не для неё.

Споровица, аккуратно встав на пол, тут же вцепилась руками в ствол, яростно надрачивая:

– Сейчас я тебе такой минет устрою, что твои феи от стыда сгорят!

Её слова тут же сошлись с делом: она широко открыла ротик и, словно голодная рыба поглотила член, уперевшись носом мне в живот. Смена отверстия пошла на пользу: я тоже почувствовал, как оргазм медленно подбирается, щекоча мне нервы.

Разгрузка произошла закономерно: я наполнил жаждущее спермы горло лисицы под завязку, проталкивая семя глубоко внутрь и блаженствуя от каждого толчка.

Кончив, устало опустился на пол тыквы. Глаза слипались. Завалился на пол и начал дремать. Вальора опустилась рядом со мной, пристроившись киской на всё еще твердый член. Уже в полусне понял, что на автомате потрахиваваю похотливую лисицу…

И, похоже, так же лениво я трахал её всю ночь. Продрав утром глаза, обнаружил, что споровица, уже проснувшись, сидит на мне, активно прыгая на пришедшем в нормальный исходный размер стволе. Всё ещё пребывая в сладком сонном молоке, поднял руки и начал ласкать твёрдые, винного цвета соски.

– Мр-р-р-р, – сладко замурчала лисица, хвостом наглаживая мне стопы. – М-р-р-р…

Проблаженствовал я недолго. Закономерно меня настиг мягкий, выдёргивающий тело из сна оргазм. Благополучно излился в мягкую розовую плоть Вальоры, плотно прижимая споровицу к себе, чтобы оставить в ней всё до последней капли.

Но остаться чистым не получилось, вместе со мной лиску тоже накрыла волна пика, и она, плотно сжимая подрагивающий от экстаза ствол, забрызгала меня блестящими в алом рассвете каплями своей влаги.

Как только я отпустил прелесть, ослабляя хватку, гибкая лисица в доли секунды слезла с меня и исчезла в проёме моей подвесной спальни.

Не стал мучиться вопросами. Хорошенько потянулся, поискав брюки и не найдя их, всё же вышел из тыквы, с высокой ветви смотря на поднимающееся ласковое солнце.

– Ты, кажется, вчера потерял, – раздался за спиной голос Вальоры.

Я обернулся. Споровица уже успела одеться и протягивала мне утерянные в любовной битве куртку голодранца и брюки.

– Спасибо, – поблагодарил я.

Нацепив на себя одежду, спустился и отправился по направлению к реке, умыться, и тут же, на берегу за кустами краем уха подслушал восхищённую реплику Гая:

– Да если ты создашь нам ещё феек, я тебя боготворить… Нет, я тебе поклоняться буду!

– Видишь, – с весельем в голосе заметила Вальора. – Как их вчерашняя ночь объединила.

– Так и знал, что это обитель разврата и грязи, – вышел из-за кустов коренастый мужичок неопределённой серой внешности с проскальзывающей характерной для нашего царства зеленцой. – Блядское племя.

«Киеренн, бортник, уровень 175

Здоровье 6300/6300»

– Рад приветствовать, – не стал огрызаться я.

– Ещё и сопля какая-то верховодит, – буркнул Киеренн.

Вот тут мне стало обидно. Десятый уровень, почти одиннадцатый. И что с того? Да, я самый слабый член команды, но, опять же, где бы были феи и Древо, не начни я усиленно таскать на алтарь несчастных людей??!

– Козёл вонючий, – презрительно фыркнула Вальора, не сдержавшись. – Ему тут жизнь новую, тело юное, весь лес на тарелочке, а он…

– А ну-ка, цыц, женщина! – бортник повёл пальцем, с Древа спустился рой непонятной мошкары и облепил лисицу. – Поговори мне ещё!

Вальора сначала попробовала отогнать от себя насекомых, но потом махнула рукой, произнесла какую-то абракадабру. Мелкие летающие букашки вспыхнули зелёным огнём и опали.

– Ах ты, старый хрыч! Ну погоди у меня! – в руке споровицы налился огромный зелёный шар, который она тут же метнула в бортника, но тот быстро уклонился и в мгновение ока залез на ствол Древа.

– Ты не только невоспитанная, но ещё и косоглазая! – засмеялся Киеренн, скрываясь в ветвях.

Вальора, матерясь сквозь зубы, бросилась за ним. Похоже, эти двое друг друга нашли. Уж скучно им теперь точно не будет. Немного взгрустнулось, когда вспомнил о глубоком королевском минете в исполнении лиски. Надеюсь, мне ещё не раз отвалится подобное счастье.