Роджер Аллен - Кореллианская трилогия-1: Западня

— Я тренируюсь, когда у меня появляется такая возможность, — призналась Лея. Голос ее звучал серьезно. — Даже Хэн об этом не знает.

— И каким образом ты тренируешься? — спросил Люк.

— С Огненным Мечом я уже имела дело. Правда, с этим ему не сравниться. Противниками моими были радиоуправляемые дройды. Чаще всего я практиковалась во дворе своей канцелярии. Занималась я не слишком усердно, но и та практика, которую я получила, принесла мне пользу.

— Уж это точно, — отозвался Люк, растирая кисть. Она все еще ныла после удара, выбившего у него Меч. — Ты даже не представляешь себе, какую ты извлекла из этого пользу. Пойдем узнаем, как Хэн справляется с чиновниками из службы безопасности.

— Не хочется что-то, — призналась Лея. — Конечно, я могла бы устроить так, чтобы не было этих формальностей. Но ведь мы отправляемся в путешествие как частные лица. Не хотелось бы злоупотреблять своим служебным положением, когда речь идет об обыкновенном отпуске. Хэн сказал, чтобы я не встревала в это дело. Он просил зарегистрировать нас как частных лиц и заявил, что сам займется всеми необходимыми формальностями.

Люк не смог удержаться от улыбки. Хэн в своем репертуаре. Никак не может обойтись без комедии.

Дела у Хэна шли как обычно, то есть не слишком гладко. Вокруг него собралась целая ватага служащих космического порта. Каждый из них указывал на то или иное правило, которое следовало выполнить, и при этом громко спорил с Хэном. Хорошо, что у Хэна не оказалось при себе бластера. Иначе бы он не удержался от соблазна выстрелить несколько раз в воздух, чтобы поуспокоить всю эту шушеру. Сколько правил безопасности он в таком случае нарушил бы, только Небу известно.

В старые добрые времена такой шумихи вокруг очередного старта никто не поднимал. Задраиваешь люки, получаешь «добро» на старт — и вперед. Правда, в те самые старые добрые времена количество кораблей, взмывавших в небо планеты Корускант и приземлявшихся на его посадочных площадках, было раз в десять меньше нынешнего.

За последние годы в околопланетном пространстве Корусканта происходило слишком много аварий из-за столкновений с космическим мусором, который давно бы уже следовало ликвидировать. На других планетах правила полетов были все еще довольно либеральными, но на Корусканте дело обстояло иначе: движение в космосе было слишком оживленным, чтобы отпускать удила. Выход был один: скрупулезно выполнять космический кодекс, не делая скидки на то, что в течение жизни многих поколений на этот кодекс никто, мягко говоря, не обращал внимания. Сложность заключалась в том, что такие старые корабли, как «Сокол», должны были ежегодно проходить тщательнейший техосмотр. Но по разным причинам космоплан Хэна Соло не проходил техосмотра, наверное, лет десять с хвостиком. Вот буквоеды и решили на сей раз не давать спуску.

Вряд ли стоило осуждать этих чинуш за то, что под руку им подвернулась глава государства, которой вздумалось лететь на космическом корабле, с незапамятных времен не подвергавшемся осмотру. Без сомнения, вышеупомянутая глава государства могла бы уладить все дела по-тихому, шепнув слово или, два кому нужно или подписав официальное гарантийное письмо. Однако Лея не стала заниматься всей этой мутотой, а у Люка тем более не было желания вмешиваться. Но странное дело, Хэну явно очень нравилась вся эта неразбериха. Ну и пусть себе развлекается. Лея и ее брат стояли в стороне и наблюдали за представлением.

— Да помолчите вы! — не выдержав, закричал Хэн. — Не все сразу! Давайте по одному, в порядке живой очереди, а не то вот сейчас напущу на вас вуки. Вон видите? Уже слезает! Тогда поглядим, как вы запоете. — Угроза подействовала. — Вот и ладушки. Вы, — ткнул пальцем Хэн в самого шумного чиновника, — высказывайтесь.

— Речь пойдет о регуляторах гиперскорости, капитан Соло. На прошлой неделе не выдержали проверку защитные экраны…

Хэн поднял руку, крикливый инспектор затих.

— Тут небольшое недоразумение. — Хэн вынул из кармана куртки мятый листок бумаги, медленно развернул его, и все увидели множество штампов, печатей, подписей, наполовину закрывавших текст документа. — В этом свидетельстве указано, что регуляторы гиперскорости, навигационный компьютер, репульсорные и прочие системы прошли проверку и признаны исправными.

— Но если у вас было при себе это свидетельство, то чего же ради вы нам тут голову морочили? — спросил инспектор.

— Вы же прекрасно знаете, что я заклятый враг бюрократизма, — отозвался Хэн.

«А может быть, ты ждал, пока подойдет Лея, твоя властительная супруга?» — подумал Люк. Когда над душой стоит глава государства и ждет, когда ей дадут разрешение на взлет, не станешь скандалить из-за того, что на какой-то бумажке не хватает подписи старшего сантехника.

— Вот, прошу. Надеюсь, вы теперь довольны и счастливы. — Хэн протянул бумагу старшему инспектору. Тут же к нему устремились и остальные чиновники, принявшиеся внимательно изучать различные печати, подписи, визы и оживленно обсуждать документ. Что именно они говорили, Люк не слышал, но было очевидно, что документ не слишком-то убеждал их.

Рядом стояли трое или четверо служащих, которых документ нисколько не интересовал.

— Давайте разберемся с вами, — произнес Хэн, ласково обращаясь к одному из них, к тому, на которого пять минут назад он кричал громче всего. — Вы ведь из службы иммиграции? Я вам уже объяснял, что все визы, паспорта и прочие бумаги для всей семьи находятся у моей супруги. Лея!

С трудом скрывая иронию, Лея подошла к мужу и протянула ему все бумаги. Всем чиновникам было хорошо известно, что Лея — глава государства и, следовательно, их общий начальник. Но им не менее было известно также, что она намерена путешествовать вместе со своей семьей как частное лицо и поэтому с ней следует обращаться как с рядовым гражданином Новой Республики.

Если это не чушь собачья, то непонятно, что это такое. Просто смешно подумать, чтобы какой-то третьестепенный чиновник, мелкая сошка, занимающийся визами, решил, что у главы государства не в порядке бумаги. Если инспектора, наблюдающие за безопасностью полетов, смеют оспаривать правильность оформления документов Хэна, то, разумеется, у них не хватит духа сделать это в присутствии Леи Органа Соло. Люку не надо было прибегать к своим сверхъестественным способностям, чтобы заметить на их лицах сомнение и неуверенность в тот самый момент, когда они ставили разрешительные печати на документ.

Услышав сзади себя тихие шаги, Люк обернулся. Он увидел Ландо-калриссита, направлявшегося к стартовой площадке. Ландо был элегантен как всегда, если не больше: поверх белоснежной щегольской сорочки наброшен бирюзовый плащ, закрывавший такого же цвета брюки. Однако, несмотря на броский наряд, владелец его, похоже, не очень-то хотел, чтобы его заметили. Движения его были вкрадчивы и осторожны. Люку не потребовалось прибегать к Силе, чтобы понять: Ландо пришел наблюдать, а не красоваться. Он что-то затеял, хотя Люк не мог определить, что именно.

Приблизившись к Люку, калриссит рассеянно кивнул ему.

— Привет, Люк, — проговорил он, наблюдая за тем, как Хэн и Лея отвечают на претензии чиновников. Люк внимательно посмотрел на лицо франта, но не мог прочесть на нем ничего определенного. Оно было совершенно бесстрастно и невозмутимо и не выдавало ни единого чувства.

У Люка возникло желание прибегнуть к Силе, чтобы проникнуть в мысли Ландо, но он тотчас же приструнил себя. Любопытство не причина вторгаться во внутреннюю жизнь другого человека.

— Ну что же, гммм, — протянул старший инспектор. — Похоже, что все тут в порядке, — добавил он, не скрывая сомнения. — Пожалуй, мы все-таки вынуждены пожелать вам приятного путешествия.

Хэн одарил чиновника плутоватой кривой улыбкой и хлопнул его по плечу, что инспектору явно пришлось не по душе.

— Спасибо, — схватив правую руку инспектора, Хэн принялся яростно трясти ее. Тот кивнул, издал глухой стон, затем попятился и торопливо пошел прочь, пытаясь сохранить остатки своего достоинства. Следом за ним поспешили его подчиненные. Не меньшую готовность убраться восвояси выразили и чиновники иммиграционного контроля, как и прочий служивый люд. Хэн по-волчьи оскалился им вслед.

— Ну, ребятки, — обратился он к детям. — Давайте-ка поднимайтесь на борт. Чуви, можешь задраивать крышку панели доступа. Хватит пугать народ. Поднимайся на корабль и готовься к старту. Я тоже сейчас приду.

Издав утробное рычание, Чуви кивнул в знак одобрения. Взяв свои инструменты (похоже, что ими он так и не воспользовался), Чуви захлопнул крышку панели.

Люк повернулся к Ландо, чтобы задать ему какой-то вопрос, но тот, покачав головой, хохотнул.

— Ну и ловок же ты, старый пират, — произнес он, подходя к Хэну и пожимая ему руку. — Выходит, ты проиграл наше пари.

— Хэн! Неужели вы опять поставили на кон «Сокола»?! — воскликнула Лея.