"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 - Blackmourne

Тоже доброе дело. Отец Батер всегда много хорошего говорит. Вдвоём с нами тогда и идите.

На поле перед самым началом проповеди и случилась неприятность. Чтобы ненароком не оскорбить чужую веру, принц обратился к отцу Батеру:

– Отче, меня зовут Роари, и дозволено ли мне присутствовать, если я приехал из далёких мест и поклоняюсь не вашему Единому, а отцу лесов Эбриллу? Мудрость разных людей в разных местах открывает разные грани бытия, и наверняка я услышу нечто для меня новое.

Священник погладил окладистую бороду, после чего доброжелательно ответил:

– Конечно, сын мой. Главное – это вера. Если кто-то поклоняется одному из Отражений Единого и хочет взглянуть на другую грань мудрости Бога, то долг любого пастыря с радостью ему помочь. Меня очень порадует, если гость из чужой страны сегодня меня послушает. Если у вас потом появятся вопросы, обязательно подходите и спросите, я с удовольствием вам отвечу и разъясню всё непонятное…

В этот момент стоявший поблизости мужичок выхватил нож и с криком: «Святотатцы! Язычник!» – кинулся на священника и Рэгана.

Ничего сделать у него, конечно, не вышло: несколько стоявших рядом крестьян и ремесленников-мастеровых мужичка тут же повалили на землю и скрутили. Над лугом повисла нехорошая тишина, которую разорвал голос священника:

– Ишь, слово-то какое нечестивое выдумали. «Язычник». Думаю, – обратился отец Батер к державшим Чистого брата мужикам, – мне стоит подождать, пока вы не посадите этого отступника куда-нибудь под замок. А перед вами, мастер Роари, я должен извиниться. Надеюсь, один нечестивец не отвратит вас от желания познакомиться с верой в Единого.

Отступника увели под трагичные вздохи старосты:

– Позор, позор-то какой...

Проповедь была прочитана с особым вдохновением, люди разошлись с луга умиротворённые, но нехороший привкус всё равно остался. Поэтому ни Лейтис, ни Рэгана не удивило, что вечером того же дня на постоялый двор заглянули староста деревни и несколько самых уважаемых владельцев мастерских.

– Это… Ну… – замявшись начал староста, обратившись к Ислуину, которого признал главным. – Отец Батер сказал к Сберегающим заедет, скажет. Вот только позору-то, да и слух нехороший пойдёт. Вот, значит это. Просьба у нас. Вы бы не могли, значит, задержаться на пару деньков? Чтобы, это, как отступника забирать будут, сказали братьям святым, что не в обиде, значит на нас. Комнаты за наш счёт, значит…

– Да что вы! – всплеснул руками трактирщик. – Какая плата! Это самое, лучшие комнаты и еда от меня просто так.

– А мы, значит, обещаем, пока ждёте, может помочь чего. Там что в дороге потрепалось…

Ислуин, Лейтис и Рэган понимающе переглянулись. Про Чистых братьев они уже были наслышаны. И как к ним относятся в провинции – тоже. А деревня стоит хоть и на самой удобной дороге к переправе, но не единственной. Стоит пройти слуху, что здесь заправляют Чистые, мастерские и постоялый двор разорятся мгновенно. Объезжать станут как зачумлённых. Если же гости после случая на лугу останутся, староста всегда сможет ответить, что была паршивая овца, но её давно Сберегающие вычистили, и обиды постояльцам никто не чинит.

– Ну что? – негромко спросил магистр, так, чтобы не услышали посторонние. – Остаёмся? После Торфинса много времени прошло, не думаю, что нас ещё всерьёз ищут.

– Как раз и проверим, – поддержала Лейтис. – В Арнистоне всё равно на всех приезжих инквизиция поглядывает, город большой и торговый всё-таки. Если здесь всё пройдёт гладко – и там сложностей не будет. Если же нет… Отбиться и бежать на тракте проще, чем рядом с резиденцией арнистонской командории.

– Решено. Ждём, – после чего уже во весь голос добавил: – Вы нас уговорили.

Староста и остальные просветлели лицами, после чего трактирщик сразу же побежал отдать приказ служанке подготовить для гостей лучшие комнаты.

***

Задержаться пришлось на неделю: инквизиторы в дальнюю деревню ехать особо не торопились. Впрочем, и потерянным зря время тоже назвать было нельзя. Купцов и караванов с товаром по тракту шло немало, приказчики и возчики, уставшие от монотонной дороги, болтали охотно. Особенно если собеседник был готов проставить бесплатное пиво. Принц сумел узнать почти всё из того, что планировал выяснять на арнистонских базарах. Да и Лейтис с удовольствием наслаждалась прелестями оседлой жизни: ежедневной ванной, завтраком за столом, а не из миски на коленях, сном на мягкой кровати, а не на земле. И возможностью вставать, накидывая на себя сухое платье и башмаки, а не брюки и сапоги, мокрые оттого что вчерашним вечером всех накрыл дождь.

На седьмой день ожидания лица деревенских старейшин совсем посмурнели: сколько ещё гости согласятся ждать? Ислуин и Рэган, наоборот, расслабились, ленивое настроение от Лейтис передалось и им. Поэтому, когда в дверь комнаты, где все трое завтракали и неторопливо обсуждали, стоит ли им вообще заезжать в сам Арнистон или проще продать кинжалы на пригородном базаре, и сразу отправиться на восток, в сторону Безумного леса, постучал мальчишка-слуга и громко закричал: «Псы Господни приехали», – спускаться в общую залу никто не захотел. Ислуин лишь бросил:

– Пусть Сберегающие, если у них будут вопросы, поднимаются наверх.

Вопросы, видимо, всё-таки нашлись, так как минут через двадцать в дверь вежливо постучали. Молодой голос спросил, дозволят ли ему и брату-Сберегающему войти. Получив: «Да», открылась дверь, мужчина в угольно-чёрной рясе Пса Господня переступил порог, сделал шаг в сторону, пропуская напарника… Следом вошёл отец Энгюс! Ислуин и Лейтис напряглись, пытаясь понять: узнал ли их инквизитор или нет. Энгюс не произнёс ни слова. Вместо этого он вдруг сложил ладони в молитвенном жесте, а затем резко развёл руки в стороны. Совсем как Лейтис на острове Драконов. Мир тут же поплыл, сначала двоясь, потом возвращая себе единственный, истинный облик. При этом распались не одни иллюзии! Рэган и Ислуин машинально потёрли начавшие зудеть лица: божественная сила заставила их стать прежними, стерев все навязанные магией изменения.

Отец Энгюс владел собой просто великолепно. Он, конечно, явно что-то предполагал, но встретить сразу двоих представителей исчезнувшей расы явно не ожидал. Его изумление выдавало разве то, что впервые на памяти Ислуина инквизитор вообще не нашёл слов, а просто молчал. Рэган, не владея ситуацией, предпочёл уйти на второй план, Лейтис же тоже растерялась. Первым справился с собой Ислуин и спросил:

– Я даже не предполагал, что поклоняющиеся Единому способны не только разрушать иллюзии. А вы, смотрю, результатом не удивлены.

– Господа нашего не зря