Кроличья клетка - Тетти Нериус

ближе, чтобы командир разобрался диалогом. Пострелять — еще успеется. Один из парней в песочного цвета камуфляже стоял перед железной дверью жилища учёных, недвусмысленно положив навороченный дорогой автомат себе на плечо. Подождав, когда мы подойдём ближе, наёмник остановил нас властным корявым тоном в респиратор.

— Ктьо такьие?! Назовьитись или вальити на хриен!

Ух ты, ругается еще, басурманин! А на крыше бункера, как по сигналу, нарисовались еще двое наёмников-снайперов. Коротко глянув на них, я в упор уставился на мужчину, нахмурив брови. Вот не люблю, когда грубят прямо с порога. Даже если это коллега-наёмник, хоть и иностранец. С ними мы стараемся не пересекаться, а пару раз даже были конфликты. Чувствуя недовольство хозяина, Саян сел справа от меня, сердито прижав уши.

— Мы пришли поговорить с Елизаветой Потаповой, — холодно заговорил я. На лбу явственно обжигающе чувствовалась красная точка прицела. Не то слово, и голова лопнет как арбуз.

— Зачьем она вам? — автомат лёг в руки командира группы наёмников. На его резкое движение пёс приподнял верхнюю губу, беззвучно показав острые зубы.

— Наверное, это наше дело, зачем она нам, — я смог выдавить фальшивую милую улыбку, — у нас к ней крайне важное дело…

— Какьое еще дельо вы… — недовольное восклицание наёмника перебил чей-то возмущенный возглас с тыла.

— Уважаемый мистер Хьюи! Прошу вас пропустить этих молодых людей с собакой! Они пришли к нам по делу!

Шумно продираясь сквозь кусты и заплетаясь о своих же ноги, некто в ярко-оранжевом комбинезоне, держа в руках сферический шлем, к бункеру учёных спешил один из его обитателей. Круглое лицо его раскраснелось от бега, квадратные очки сползли на самый нос. Тёмные волосы торчали в разные стороны рогами. Однако в целом ботаник был доволен.

— Окей. — Сквозь зубы процедил чёртов мистер Хьюи. Раздражённо выдохнув в свою защитную маску, махнул своим подчинённым, давая отбой. Снайперы нехотя опустили винтовки и скрылись из виду, отступив от края крыши бункера. И тут же с обеих сторон железной громады вышла еще пара мужчин в песочных комбинезонах. На миг в груди похолодело, и правая ладонь почувствовала пальцы Брелок, сжавшие её.

— Оружье сдат, — командир наёмников указал на железный ящик слева от двери, — кажьдго обьискат.

Эту фразу он бросил своим бойцам, что встали по бокам от него. Я презрительно фыркнул, снимая с плеча «Абакан». Благо, разрешили оставить рюкзаки при себе, хоть и потребовали проверить их. И придётся потерпеть, пока чужие руки шарят по вещам. Но хуже, когда эти же руки выворачивают все карманы и охлопывают по телу.

— Добрый день, я Константин Михайлов! Лаборант профессора Германа и профессора Озёрского! — подошедший после моего обыска ботаник с робкой улыбкой протянул мне ладонь для рукопожатия. — Ваш товарищ написал мне, что отправил двух человек с собакой к нам. Я как раз возвращался из Аномальной Рощи, собирал там образцы почвы.

— Я Водяной, а это Брелок, — сухо ответил я, кивнув на спутницу, которую еще ощупывал угрюмый мерк. — Собаку зовут Саян. Убедительная просьба его не трогать.

— Да-да, как скажете, — Константин даже отступил на шаг назад, когда Саян сел рядом со мной, любопытно глядя на незнакомого учёного. — Наверное, ваш коллега разъяснил все нюансы нашего контракта? Про бедную Лизу, про угрозы расправы над ней?..

— Ага, про маньяка и тыры-пыры… — я скучающе потёр затылок, обернувшись к Брелок. Девчушка нервно оправляла куртку, хмуро поглядывая на мерков, а те волком пялились на нас. Неприятные типы, прям очень…

— Ну что ж, раз вам всё ясно и никаких претензий у нашей охраны нет, то пройдёмте к нам в лабораторию, — Михайлов спокойно прошёл между двумя наёмниками, что нехотя шагнули в стороны, пропуская нас к бункеру. Учёный вбил какой-то код в панель и с трудом открыл тяжёлую дверь. Шагнул в узкий коридорчик с еще одной подобной дверью.

— Давайте заходить по двое! Пространство здесь слишком маленькое и мы не уместимся всё. Дверь откроется только тогда… — учёный не успел договорить. Я быстро затолкал Брелок внутрь, сам заскочил следом и чуть не наступил на Саяна, успевшего протиснуться между мной и монолитовкой. Константин был впечатан в следующую дверь фанатичкой, а сама Брелок что-то невнятно завопила. Я испугался, что доктор с «Янова» ошибся, и удар разбередил переломы девушки. Дёрнулся назад, пытаясь вырваться из образовавшийся давки. Только входная дверь уже захлопнулась, зажав всех в крохотном коридорчике, как шпротины в банке. Мне пришлось опереться рукой о холодную стену, чтобы не давить на напуганную Брелок. Саян взвизгнул, от того, что кто-то наступил ему на лапу, но благоразумно не стал никого кусать. Не удержав равновесия, я практически упал на фанатичку, ткнувшись носом в её горячую щёку. М-да, трое людей и здоровенная псина в узком коридорчике — это явно лишнее!

— Ну и шо мы стоим? — хрипло спросил я, — чего ждём-то?

— Дверь откроется тогда… – просипел Константин, — когда произойдёт полная герметизация кабинки! И мы пройдём дезинфекцию!

— А мы что? — я кашлянул от неудобства, — заразные?

— Таковы правила! – ответил учёный вместе с появившимся странным шипением. Мне в лицо брызнули какой-то кислой струёй, я даже не понял, откуда именно. От неожиданности я раскрыл рот и словил щедрую дозу премерзкой на вкус субстанции. Заорал, чувствуя, как пузырящаяся пена потекла по подбородку. Вместе со мной громко выругалась Брелок, наверняка, пережив те же ощущения. Глаза страшно защипало, и мне пришлось убрать руку от стены, дабы вытереть лицо. Фанатичка тут же запищала от нового давления на грудь. Коридор заполнил едкий запах, отчего защемило в носу. К счастью длился этот кошмар недолго. Дверь распахнулась, и Михайлов повалился спиной вперед, а на него сверху Брелок и я. Образовался своеобразный бутерброд из барахтающихся матерящихся тел. Единственный, кто остался стоять, так это Саян, успевший ловко выпрыгнуть из коридорчика.

— Я же говорил вам! – заверещал ботаник, тщетно пытаясь выбраться из общей кучи, — правила! Заходить по двое! Нет, все попёрлись разом!

— Ой, да не бухти… – на карачках я отполз от притихшего Брелок. Господи! Я словно первого января проснулся… в ванной… с оливье. Всё тело болит, глаза щиплет, а в рот словно