Адмирал Империи 22 - Дмитрий Николаевич Коровников

мой крестный, многоопытный надо сказать человек, еще вначале разговора увидел некую неестественность. Павел Петрович сразу понял, что весь этот спектакль государь устраивает лишь для того, чтобы, во-первых, оправдать собственные просчеты, ведь именно император поставил своего сына во главе «преображенцев». А, во-вторых, своим якобы праведным гневом в сторону каперанга Романова государь желал обезоружить самого Дессе, который направляясь на линкор «Москва» первоначально сам хотел выступить в роли главного обвинителя. Но так как Константин Александрович взял на себя эту функцию, то командующий должен был по задумке государя не усугублять ситуацию и в итоге постараться замять этот вопрос.

Дессе действительно не стал обвинять сына императора, но не потому, что так задумал сам Константин Александрович. Нет, хитрый командующий неожиданно увидел сейчас в глазах Артемия, чуть ли не с мольбой о помощи, взывающего к Дессе, своего возможного союзника в будущем. Отчитать княжича и потешить самолюбие, конечно, можно было, но зная злопамятность молодого человека и его мстительность командующий Северным космофлотом благоразумно решил наоборот — подружиться с каперангом Романовым…

— Артемий Константинович действительно допустил ряд тактических просчетов, но обвинять его в чем-то большем было бы неправильно, — начал Дессе, обводя всех присутствующих уверенным взглядом. — Он отдал приказ преследовать противника по моей личной инструкции, в которой содержались указания идти к координатам на максимальных допустимых скоростях для перехвата вражеской эскадры. Да, соглашусь, каперанг несколько увлекся, держа свои корабли в постоянном форсажном режиме. Из-за этого произошел сбой в управлении дивизионным строем. Дредноуты разбросало по космосу, отчего они утратили возможность поддерживать друг друга огнем, и это действительно привело к локальным повреждениям некоторых из них при обстреле противником. Но я подчеркиваю, вина капитана Романова только в излишнем рвении…

Император с виду ошарашено, а на самом деле, с благодарностью воззрился на адмирала Дессе. Между тем командующий, будто не замечая его взгляда, продолжал:

— Основная же вина лежит на мне, как на старшем командире, планировавшем данную операцию. Именно я недооценил тактический опыт и наглость польского адмирала, решившего пойти на безрассудный и отчаянный маневр с атакой по одиночным судам гвардии…

— Я понимаю ваше желание выгородить этого лоботряса, — несколько успокоившись, продолжал император, — но…

— При всем уважении, ваше величество, — перебил его, Павел Петрович. — Наше с вами решение назначить князя Артемия главнокомандующим операцией по прикрытию буксировки крепости «Севастополь» было на тот момент единственно верным. И если до конца оставаться честным, то кто бы ни командовал в только что оконченном сражении, исход схватки был бы примерно тем же. Не успей гвардейские дредноуты к месту событий, мы бы недосчитались тех кораблей, которые буксировали крепость… А поврежденные линкоры и крейсера «Преображенской» мы обязательно починим и сделаем это в ближайшие сутки, благо время на восстановление всех вымпелов объединенной эскадры у нас пока имеется…

Таисии Константиновне, так же как и Дессе, с первых минут понявшей, что все эти вопли в сторону Артемия являются ничем иным, как театральной постановкой, настолько стало противно слушать льстивые речи трех царедворцев, видеть благосклонный взгляд отца, благодарные щенячьих глазки своего братца, устремленные на Дессе, а также хитрый прищур самого Павла Петровича, что она решила откланяться и поскорей убраться из покоев императора. Сделала это княжна со словами:

— Не только вы здесь самые что ни на есть незаменимые, господа!

Как я уже говорил, Таисия Константиновна сильно скучала без своего линейного корабля, который в данный момент находился в звездной системе «Тарс», где-то на пути в «Тавриду». Отстраненная от дел и изнывающая от их отсутствия, капитан-командор решила взять инициативу в собственные руки. И если к командованию не то, что космофлотом, даже маленькой дивизией ее не допускали, то эта беспокойная душа все же нашла себе поприще, на которое, ни император, ни Дессе, слишком уж уверенные в скорой победе над Коннором Дэвисом, внимания не обращали…

Проведя некую своеобразную инспекцию орбитального пространства вокруг планеты, Таисия, проверяя данные с оптических сканеров, обратила внимание на обломки, как имперских, так и вражеских кораблей, погибших в недавних стычках на этой самой орбите или в ближнем от нее секторе пространства. Осматривая дрейфующие остовы, княжна вдруг осознала, что многие орудия и системы вооружения, установленные на них, все еще могут быть при желании использованы.

— Так это решит проблему нехватки огневой мощи на самой планете! — обрадованно воскликнула Тася и тут же связалась с планетарными техниками из колонистов, которые не меньше космоморяков стоящего на орбите Херсонеса-9 флота, желали помочь отстоять свою родную планету.

Местная администрация с энтузиазмом восприняла идею капитана-командора Романовой. И на протяжении двух дней, без ведома императора и командующего Дессе, увлекшихся перестановками во флоте и планами разгрома противника, специальные команды рабочих извлекали уцелевшие орудийные башни, а также ракетные установки и прочее вооружение с обломков погибших кораблей. Далее инженеры отравляли их на орбитальную верфь, а после технической наладки — перемещали найденные системы на специальные огневые платформы, возводимые на всей поверхности Херсонеса-9.

— Отец будет весьма впечатлен, когда мы превратим эту скалистую ледяную планету в непреступную крепость, на несколько порядков большую, чем обожаемый им «Севастополь», —внутри себя ликовала Таисия, наблюдая за работами по установке артбатарей, а также за ускоренным восстановлением ракетных комплексов, уничтоженных еще во время атаки на Херсонес кораблей Илайи Джонса-младшего…

Таисия гордилась собой, своей догадкой, и тем, что именно она организовала столь масштабные работы по усилению обороны планеты. Тысячи ремонтников и десятки тысяч роботов-строителей трудились днем и ночью, расчищая завалы и восстанавливая поврежденное оборудование, демонтируя орудийные платформы на погибших кораблях и с помощью огромных принтеров создавая новые укрепленные районы…

— Планетарная оборона, может быть, и не играет сегодня такой роли в космических сражениях, какую она играла полвека тому назад, — хмыкнула Тася, с удовлетворением просматривая график восстановительных работ, который приближался к своему девяносто процентному завершению. — Но чувствую, что наши «морячки» из Северного космофлота и Гвардейской Эскадры сильно поменяют свое мнение на этот счет, после того, как будут прижаты превосходящими силами противника к самой поверхности Херсонеса…

Таисия только что на своем офицерском вельботе закончила очередной инспекционный облет установок противокосмической обороны, когда неожиданно получила на пульт странный вызов.

— Ваше высочество, — произнес электронный секретарь. — Арестант номер 1632 из карцера центрального блока полиса Херсонес-сити желает лично с вами увидится…

Тася нахмурила брови. Зачем какому-то заключенному понадобилось свидание с членом императорской фамилии? Однако любопытство в девушке пересилило усталость в конце дня, и она все же