Под тенью проклятья. Город не для всех - Владимир Лещенко

не напугали! Ты добилась только того, что в случае чего я подумаю о твоем устранении. И насрать на твоего папашу! Я сама поймаю этого чертового эльфа. И уж если ему суждено погибнуть, то только от моей пули...»

Выходя из такси, она бросила визитку в урну...

— Она уехала, — отрапортовала Ридда, возвращаясь к своей позиции у окна. Илли пальцами водила по вазочке с леденцами. Ее взгляд был отрешенным.

— Эта Лайг оказалась довольно стойкой барышней. А Уна и вправду была отличным человеком. Зря она над ней посмеялась, — прошептала девушка.

Ридда в изумлении повернулась к подруге и долго изучала ее лицо. Затем протянула:

— Уны больше нет. Нужно забыть... И вообще, не заводись, Илли. Тебе всего восемнадцать лет. Ну, восемнадцать с половиной. Пусть ты вся крутая из себя и управляешь настоящей организацией, тебе всего восемнадцать! Очнись!

Илли вдруг швырнула вазочку со стола. Хрусталь, ударившись о пол, со звоном разлетелся на мелкие осколки, леденцы градом хлынули на пол. Ридда замолчала, нахмурившись.

— Я никому не позволю лезть в мою игру! — проговорила Иллианга. — Она сказала, что этого эльфа поймает. И достанет для меня пропуск! Ха! Как только я попаду в его камеру, можно будет вызывать труповозку этому подонку. Пусть сколько угодно корчит из себя защитника древнего мира и воина света — мне насрать! Да — насрать! Насрать! Именно что насрать! Этот город для людей! Эти улицы — моя собственность! Уна должна быть отомщена. Она это заслужила.

— Да, ведь ты её любила... — Ридда запнулась, ибо с Уной её шефиню связывали не только дружба и совместная преступная деятельность — в свои неполных девятнадцать леди Кумрал успела попробовать все (ну почти все) в вопросах секса. («Ты все-таки ее любила...» -пискнула придушенная ревность в глубине души.)

— Я никого не люблю! — отрезала девушка. — Не болтай глупостей —лучше проследи за леди Лайг хорошенько. Можешь не заезжать ко мне, докладывай по Реттиру. Эта капитанша меня здорово повеселила,когда займу папочкино кресло, обязательно заберу её к себе. Ладно,скажи Леттине, чтобы собирала малую команду. Есть одно дело...

***

Алдес Вардо

С чего люди обычно начинают знакомство? Они представляются. Когда я называю своё имя, долгих автобиографических данных не требуется — все знают Алдеса Вардо, безжалостного и неуловимого мортера .

Говорят, что прозвища гораздо лучше подходят человеку, чем его настоящее имя. С какой-то стороны это верно, ведь я, которого родители бросили сразу, как я появился на свет, такой же Вардо, как и Алдес. Всё, что я знаю о своей семье, так это то, что я — чистокровный полуэльф... если такое понятие существует. Мама — эльф, папа — человек. Или наоборот. Воспитывался в приюте Святой Ратты церкви Ярта-Милостивца.

«Где твои длинные уши? Нужда оборвала...»

Хотя на наследственность я не жалуюсь. С виду люди во мне никогда не признают эльфа, а мнение ушастиков меня всегда мало заботило.

Любого из них я обставлю без труда.

Я могу достать пистолет и выстрелить вам между глаз раньше, чем вы успеете сообразить, что у вас чешется задница. Я могу с лёгкостью запрыгнуть на перила в ладонь шириной и пробежать по ним, как по главной улице города, даже если внизу десяток-другой этажей. Я могу стрелять с закрытыми глазами на звук. Я могу ехать по шоссе на скорости двести миль... чего там говорить, и по улицам города я езжу так, что ни у одного «синепогонника» сроду не хватило духу догнать меня и выписать штраф.

Незамысловатые выдумки людей видны мне, как на ладони, так что неудивительно, что ещё ни у кого не хватило ума обойти меня в деле. Все, кто имел намерение надуть Вардо, давно уже лежат в сырой земле. И ещё многим предстоит там оказаться с моей лёгкой (или нелегкой— кому как) руки.

Конечно, есть и отрицательные стороны. К примеру, чтобы хорошенько «протрястись», мне надо снюхать столько «серебра», что у бывалого наркомана откинутся копыта. Это накладывает некоторые ограничения на мой бюджет. Зато и отхожу я легче, чем большинство людей. Нет, я, конечно, не идеален — но всем людишкам и эльфишкам дам сто очков вперед.

За пять лет жизни в Джерисе я приобрёл множество имён. Стоит, пожалуй, рассказать о них, чтобы дать мало-мальски приличное представление о моей персоне.

Начнём с конца, то есть с «Утрамбовщика». Так меня стали называть около года назад, когда я уже имел немалую известность в Джерисе.

Завязалось всё с того, что я познакомился в одном клубе с очаровательной эльфийкой... может, она была полуэльфийкой, неважно, и, надо сказать, я ожидал бурное продолжение этой встречи поздней ночью. В общем, я вёл себя, как последний идиот, и, в частности, порядочно надрался.

Вечер я помню не особо отчётливо, только лишь многочисленные намёки эльфийки (совсем позабыл, как eё звали) и путь до моего дома, в течение которого она вытворяла такое, что я трижды чуть не врезался в столб вопреки своему таланту к вождению.

Потом я лежал пластом на кровати