Чужеземец - Роман Соловьев

почему такое невероятное событие произошло именно с ним? В школе Рябцев считался хорошистом, никогда не хулиганил, но и в ботаниках-зубрилах тоже не числился. Когда он учился в девятом классе, его дядя, Владимир Рябцев, командир дивизиона артиллеристской бригады взял Сергея посмотреть боевые пуски «Смерчей».

Это было сильное и незабываемое зрелище. Под боевыми грозными машинами во время пусков гудела и дрожала земля. А ракеты, взмыв вверх, в лазурное чистое небо, на секунду неожиданно замирали, и тут же с гулом устремлялись вдаль, оставляя за собой огненный красно-синий хвост и поражая где-то далеко впереди невидимого врага… После залпов грозных орудий в степи клубилась пыль, вперемешку с дымом, а воздух вокруг дрожал необычным, плотным маревом…

Именно после боевых пусков Сережа Рябцев твердо решил – стану артиллеристом!

К окончанию школы, кроме базовых знаний, он хорошенько подтянул физподготовку, и вскоре относительно легко поступил в Екатеринбургское высшее артиллеристское командное училище.

Когда Сергей учился на третьем курсе, однажды ночью они с друзьями изрядно приняли на грудь, отмечая День рождения товарища. Сергей с однокурсниками решили малость «построить» «первачков», показать «карасям» тяготы армейской службы. Это обычная, даже немного шутливая процедура, так когда-то и их поднимали ночью «старички», еще на первом курсе. Но нынешняя молодежь оказалась не робкого десятка, в казарме завязалась драка, а один из «перваков» умудрился вывалится в окно со второго этажа и сломать обе ноги.

На следующий день в училище началось серьезное расследование. Троих товарищей Сергея сразу отчислили, грозились исключить и его, но вовремя вмешался дядя, полковник Рябцев, тогда он уже командовал гвардейской бригадой. Парня оставили в училище, но до первого серьезного «залета».

На время оставшейся учебы Сергей порвал дружбу с «зеленым змием», даже никогда не пил пиво, боясь неожиданно сорваться…

Ну а когда закончил училище, и уже служил лейтенантом в артиллеристской бригаде, опять стал частенько «закладывать за воротник». В армейской среде это считалось нормальным явлением, главное, чтобы не «попалило» командование. Четыре года назад, на учебных стрельбах, старший лейтенант Рябцев и лейтенант Прохоров в очередной раз оказались под хмельком. Прохоров неправильно сделал вычисления, передав боевому расчету неверные данные, а Сергей вовремя не проверил и не проконтролировал. Ракеты ушли за границы полигона, разбабахали в хлам старые кошары на овцеводческой точке и разнесли «Ниву» местного чабана. Хорошо еще, что стреляли «болванками», а пастух в это время пас отару овец далеко в степи.

Разъяренный командир бригады орал так, что штукатурка сыпалась с потолка. Но к счастью, комбриг никогда не сдавал своих. Он лично ездил к ошарашенному чабану и полюбовно договаривался. Пастуху отдали списанный военный «Уазик», вместо разнесенной в клочья «Нивы», а солдатики пятой батареи еще пару недель восстанавливали разрушенные, как после бомбежки, овцеводческие кошары. Старший лейтенант Рябцев и лейтенант Прохоров получили строгий выговор за халатность на учениях, и дело все же спустили на тормозах. Однако, комбриг навсегда занес бедоносцев в черный список.

В то время Сергей даже думал уволится со службы. Да и жена Маринка постоянно подтрунивала: «Серега, иди лучше в бизнес, хватит тебе бухать и тупеть на своей службе…» Но Рябцев просто не представлял себе жизни без армии: без полевых сборов, стрельб, боевых пусков. Сергей не понимал, что он вообще будет делать на гражданке; и какой, на хрен, из него бизнесмен, с его мягким доверчивым характером? Как раз примерно в то время, по Указу Президента России, неплохо подняли оклады и довольствие офицеров, комбриг немного подзабыл «косяки» старшего лейтенанта Рябцева, и Сергей все же решил остаться на военной службе.

Конечно, Рябцев иногда все так же выпивал, но уже строго после боевых дежурств. Ну а то, что он немного мягок с подчиненным личным составом – легко объяснялось. Рябцев и остальные офицеры добровольно выбрали армейскую стезю в жизни, ну а солдатики-срочники…они же попали служить в армию, в отличие от офицеров и контрактников не по своей воле, – на хрена же их еще стращать и напрягать?

Нет, наверняка все неприятности в моей жизни – от употребления алкоголя. Даже вчера, когда случился этот странный случай с перемещением в другой Мир, я находился в изрядном подпитии…

Теперь точно навсегда завяжу с бухлом, только бы вернуться назад, в свой привычный и родной Мир… И почему я не попал, скажем, в Россию девятнадцатого века, с ее неторопливой размеренной жизнью, или в Средние века. Там хоть все ясно: татаро-монгольское иго, феодалы-князья… Ушел бы, на хрен, куда-нибудь в леса, и жил себе спокойно: охотился, рыбачил…Так нет, совершенно незнакомый Мир, своеобразный народ, и почти под каждым кустом животные-мутанты… Скрываюсь и куда-то бегу от местных властей, которые так и мечтают положить мою голову на плаху. Путешествую в грязной, вонючей одежде без денег, без «мобилы», со странной девочкой, которая запросто запускает из ладошек огненные шары…

Сергей замер. Ему послышался где-то вдалеке топот лошадиных копыт. Он осторожно выглянул в маленькое окошко, и заметил, как по дороге скачут шестеро вооруженных всадников. Трое отделились и направились прямиком к башне.

– Таха! Таха! Вставай, у нас, кажется, гости…

Девушка приоткрыла глаза, и подскочив, осторожно выглянула в окно:

– Дозор имперцев… только этого нам сейчас не хватало! Рэй, придется рискнуть. Лезь по веревочной лестнице наверх.

– А она точно выдержит?

– Нет времени. Через три минуты они будут здесь! Давай, поднимайся!

Сергей вздохнул и полез по веревочной лестнице на верхушку башни. Веревки предательски трещали под его весом, и он в ужасе представил, что если они лопнут – он сорвется и упадет между пролетов лестницы, почти с десятиметровой высоты. Когда Сергей все же долез до верха и зацепился за толстые доски, то наконец, спокойно вздохнул. Он подтянулся и упал животом на деревянные перекрытия.

Следом взобралась и Таха. Она быстро приподняла веревки наверх.

Девушка легла на перекрытия и приложила палец к губам, показывав, чтобы Сергей лежал очень тихо. Внизу уже послышались громкие голоса. Дозорные взбирались по каменным ступеням. Они остановились на среднем ярусе, где недавно отдыхали Сергей и Таха.

– Донат, я же говорил тебе, что здесь никого нет…

– Гарник, посмотри на сено. Здесь точно недавно кто-то спал.

– Наверх он точно не мог взобраться, дальше и ступенек нет.

– Знаешь, я чувствую, что ублюдок где-то рядом. Ладно… давай спустимся вниз и осмотрим окрестности.

Когда дозорные спустились уже наполовину, у Сергея вдруг сильно защекотало в носу от толстого слоя пыли на настиле. Он не удержался и громко чихнул, с ужасом осознавая, что только что с потрохами выдал и себя,