Экстерминатор - Антон Чернов

не блещет. И последние полтора года учебки занимался, правда, уже без прицела на полноценного экстерминатора, а скорее на боевика. Что с учётом его отрядной роли — нормально. И девчонка — вполне неплохой оператор, правда, больше в анализ. И со спецификой работы с медиками-спасателями, кстати говоря.

Самое же главное, что в рыхлой структуре «забивальщиков» Майкл был «в авторитете», как он сам выразился. Не главный — главных у этой публики не водилось как класса. Но занимал достаточно весомое положение, чтобы пара десятков забивальщиков, причём не только экстерминаторов, поддержали его «представление» и желание «отловить и отметелить заучку».

— Расклад сам понимаешь, Майкл, — рассказывал я парню (всё так же с Милой, так что начинало зарождаться подозрение, что эта парочка — мифологический «идеальный человек», андрогин). — Проблема в том, что ходить в Либерию или ещё куда — не имею времени. Нам сдавать экзамен, потом служить. Знания на командирских курсах — наши же жизни.

— Понимаю, старшой, — кивнул задумавшийся парень.

Как я понимаю, ради собственного психологического комфорта он стал называть меня приватно «старшим», а публично — командиром.

— Пять бойцов, только не понимаю — на кой чёрт тебе из нашей компании? Люди-то не особо надёжные, — поморщился, но и ухмыльнулся он. — Да и не особо умелые, хотя не все…

— Мне — на проверку способностей. Успевающие курсанты — пойдут в состоявшиеся и действующие отряды, — решил я не наводить тень на энергозабор.

— Это да-а-а, — дошло до Майкла. — Хех, отряд неудачников, — оскалился он.

— Сам командир. Медик Андрей. И эта бешенная Ирина, она вроде в первой десятке по успеваемости, — нейтрально напомнила Мила своему парню, промолчав про себя.

Сама-то она была более чем неплохим оператором, освоившая аж два направления поддержки и тактического планирования: спасательскую (это если Майкл всё пролюбит), и как боевой оператор поддержки (это если случится чудо).

Как вояка она, конечно, не блистала умениями, но и совсем уж «гражданским специалистом» не была: и ствол держать умела, и в боевой доспех влезть могла.

— Поговорю с народом, подумаю, командир, — озвучил Майкл.

— Подумаем, — кивнула Мила, что меня несколько больше обнадёжило.

А в целом — мне с Андрюхой пришлось насчёт «новобранцев» советоваться. Не вполне «по-командирски», конечно, но нужного объёма знаний и опыта у меня не было. А медик, несмотря ни на что, был неплохим специалистом и к полевой должности готовился. Так что к просьбе о «психотесте-опросе» отнёсся с пониманием, нудя «опять работать!» и «энтропия, бессердечная ж ты сука!» не больше четверти часа.

Хотя на «добор» десятки ушёл почти месяц. И я был занят чертовски (хотя мой график, как я с удивлением узнал, был «неполным», именно на командирских курсах). И «рекруты» то не годились сами по себе, будучи или тупыми или откровенными лентяями и неучами, или отказывались сами, под соусом «у зелёного командира гробанёмся, нахрен этих придурков!»

Но, несмотря на это, через месяц у нас вышла стандартная отрядная десятка. Я — ну это понятно. Андрюха — полевой медик, Мила — тактический оператор-связист и аналитик. Ирка — снайпер и зам по стрелковой подготовке. Майкл — по рукопашной, по шеям он давал, «защищая честь отряда», с энтузиазмом и удовольствием. И в рукопашке был посильнее Ирки, что парня несколько смирило с разгромным превосходством мелкой в стрельбе.

Ну и новобранцы, три из которых «бывшие забивальщики». Самсон, здоровенный детина, весом центнера в полтора! В рукопашке — страшен, силён, как полуторасотенкилограммовый детина, не пренебрегающий тренировками. Но — добродушен, внутренне. И не очень умный. Я бы сказал — тупой, но нет. Тугодумен, не блещет памятью и умом, но не дурак. Хотя вопросы к приёмной комиссии появились — парень действительно не слишком подходил для службы, ну уж как самостоятельная боевая единица (которыми, в идеале, должны быть все экстерминаторы) — точно. Да и с меткостью у него были проблемы: на стрельбище та же Мила выдавала гораздо лучшие результаты.

Но, опять же, нашему «отряду неудачников», как незаметно прижилось с лёгкой руки Майкла (ну а я, как положено командиру, нудел и возмущался), такой Самсон вполне годился. Приказы исполнял идеально, силён, а в доспехе — многократно силён. И как тяжёлый пехотинец, с тяжёлым оружием — практически идеален. Ну а проблемы с меткостью для большинства вариантов тяжёлого вооружения и не проблемы. Ну а высокоточным — либо я, либо Мила можем управлять. В системах наведения и управлении Самсон откровенно не разбирался, хотя выплыв из «печального алкоголизма» — занялся. Может, и станет не только «ходячей крепостью и транспортом», но и бойцом со временем, посмотрим.

Пара ребят, из бывшей майкловой компании — да в общем-то, довольно странно то, что типичные парни. Стивен и Клемент, искренне рассчитывавшие «потом нагнать, а пока оторвёмся» и «доотрывавшиеся» до ситуации, когда «хрен догонишь». Не идиоты, не особые лентяи, но раздолбаи. Впрочем, получив пару раз по шеям от меня и Майкла, не свалили, а «подобрались». И попытки «немного бухнуть» у них закончились. Роль у них выходила стандартных бойцов-стрелков, ни времени, ни базовых навыков для овладения какими-то интересными специальностями они не имели.

И наконец, рекруты, пришедшие ко мне самостоятельно, в процессе поиска-проверок. Родственники, брат с сестрой, экстерминаторы моего потока, Роман и Рита. Ситуация у них была в чём-то схожа с майклово-милиной, в личную жизнь я не лез, но родственники всю жизнь были вместе и желали вместе и быть. А при разборе на отряды после выпуска вряд ли бы так вышло, хоть они плачь. И вот, прослышав про «отряд неудачников», отловили меня сами и предложили себя в качестве рекрутов, но «только вдвоём».

От такого предложения в нашем положении только идиот бы отказался, хотя, конечно, проверили родственничков. И — вполне сносные курсанты, потенциальные экстерминаторы. Не в первой десятке, но уж точно не «забивающие», способные к любой боевой роли. У меня, по плану, выходили они разведывательной парой, благо на дисках-антигравах парочка летала просто удивительно ловко, синхронно. Ну и вообще — оба небольшие, глазастые. наблюдательные.

То есть — отряд сформировался, и… И вот тут начиналось то, чего я на командирских курсах был лишён. А именно практического опыта боевого управления, причём по нескольким причинам, часть которых сам с удивлением узнал. Первая — отсутствие реального опыта боевого взаимодействия с отрядом, о чём мне один из мастеров-наставников не деликатно намекнул прямым текстом. Но это — мелочь, хотя эффективность тренировок как