Ночной кошмар (СИ) - Левин Александр Анатольевич

— Дурак, — выдохнула девушка, снимая панель управления двери, — Вот зачем ты задавал вопросы? Лучше молча всё сделал и с честью сдох, как подобает офицеру. Нет же, ум решил продемонстрировать.

Спустя несколько минут неспешной работы дверь закрылась, затем внутренние запоры окончательно её заблокировали.

— Покойся с миром, Алекс, — покачала головой Грейс.

В голосе девушки не было и тени на грусть и печаль — только злая усмешка.

Внезапно раздавшийся громкий клекот, заставил её выхватить бластер и обернуться, но тяжелая туша, что раньше была человеком, уже навалилась на О’Брайн всей своей массой, повалив на пол. У этой твари не было головы, а на месте куда-то исчезнувших рук обнаружились покрытые слизью отростки. Вместо грудной клетки у этого существа была громадная пасть, из которой выстрелили несколько похожих на жгуты из мышц отростков. Они обвили защищенную броне-воротником шею и притянули голову в шлеме к зубастому провалу.

— Нет! — успела крикнуть Грейс, пытаясь вырваться из неожиданно каменной хватки твари, — Черт! Нет!

В следующее мгновение шлем девушки оказался зажат треугольными зубами существа, принявшегося сдавливать свою добычу. Несколько минут О’Брайн пыталась сопротивляться, но в ответ на это щупальца начали выворачивать руки девушки, ломая кости и выдирая уставы.

Взвыв от боли, Грейс попыталась выстрелить из всё ещё зажатого в руке бластера, но его заряд угодил в потолок, а не тварь. В это же мгновение раздался хруст и металлический скрежет. Лицевая пластина шлема пошла трещинами, а зубы существа таки продавили металл. Воздух со свистом стал покидать броне-костюм. Почти сразу лицевой щиток разлетелся множеством осколков, большая часть которых впилась в лицом девушки. Промораживающий холод станции мгновенно обжег раны, кожу и глаза. И без того уже почти не соображающая от боли девушка стала задыхаться. Ещё через несколько мгновений, твари удалось полностью смять шлем, оборвав страдания своей жертвы.

Глава 5

— Внимание! Запаса дыхательной смени Б-ИБКП осталось менее чем на одну минуту!

Звуковой сигнал костюма заставил меня открыть глаза и попытаться встать. Рядом лежал мой рюкзак, каким-то образом слетевший с креплений при падении. Всё тело болело, словно меня била рота пьяных солдат. Пьяных, потому как после трезвых быть мне только трупом.

Заставив себя сесть на колени, я нащупал рукой открытую панель с клапанами.

— Сука, — хрипло вырвалось у меня, — Если ты, мразь, ещё жива, то найду и убью. Медленно.

— Да ладно тебе, — раздалось откуда-то сборку, — В очередной раз простишь, как это было с Винсентом.

Медленно повернув голову, я увидел всё того же загадочного гостя, что уже появлялся в вестибюле местного отдела СВР.

— И кто ты? — спросил я, притянув телекинезом оба баллона.

Тот, на котором индикатор показывал минимум, сразу отбросил. Оставалось понять как установить баллон на положенное место.

— Тебе помочь? — участливо поинтересовался гость.

Покосившись на него, я попытался поставить емкость в крепления, но ничего не получилось. Наплечники и щитки плеч сковывают движения, а шлем слишком большой и не дает завести за голову чертов баллон. А индикатор, между тем, показывает, что осталось только сорок три секунды.

— Да ладно тебе, Алекс, — усмехнулся мой гость, подходя ближе, — В отличии от остальных, я не работаю на СВР и даже не человек… Да и потом… Хотел бы я с тобой расправиться, то сделал бы это давно. Ты, между прочим, провалялся тут, совершенно беззащитный, аж четыре минуты. За это время тебя можно было порвать на части несколько раз.

— Тогда помоги, — протянул я гостю баллон.

Незнакомец усмехнулся и пару раз хлопнул ладонями:

— Браво, Варнер! Ты радуешь меня всё больше и больше, — не скрывая сарказма произнёс он, — Если ты забыл, что я — твоя галлюцинация. Материальности во мне не больше, чем в твоей дохлой жене, которая бродит вон там, — махнул он рукой в сторону вестибюля.

В помещении, где ещё недавно имелось освещение, теперь было темно. И в этой, неожиданно густой, похожей на смолу, Тьме проступал женский силуэт с гривой распущенных волос. От осознания того, что я вижу, по спине прошлась волна холода.

— Да ладно тебе, Алекс, — между тем, продолжил незнакомец, — Подумаешь… Дохлая жена, которую ты сам же и убил… Какая, в сущности, разница? Дышать тебе осталось полминуты. Потом ещё какое-то время ты продержишься на том, что есть в костюме, а затем потеряешь сознание, задыхаясь.

Поколебавшись, я посмотрел на индикаторы. Температура — минус семьдесят пять градусов, а давление — половина от нормы. Состав Атмосферы… Кислорода мало — тридцать два процента от допустимого для нормального дыхания. Много углекислого газа, аммиака, сероводорода, летучих жирных кислот — муравьиной, уксусной, масляной, валерьяновой и капроновой. И это без учета бацил и бактерий, которых тут целый букет — Proteus vulgaris, Serratia marcescens, Вас. Subtilis, Вас. Mesentericus и Вас. Mycoides. Стоит вдохнуть этой мерзости, как меня можно будет укладывать в гроб. А если переключить костюм в режим фильтрации…

— Думаешь? — хмыкнул незнакомец, — Думай-думай, Алекс. Это полезно. Но… Открою тебе секрет. Выбраться со станции тебе не суждено. Впрочем, и из системы. Гипер-маяк ты не запустишь, а челнок… Он есть, но на нём нет гипер-двигателя. Это самый обычный спас-бот с крио-капсулой… Лучше поступи как мужчина… Хоть раз в жизни.

— Этот как? — поинтересовался я, позволяя гневу и ярости превратить искру Бездны в моей груди в пылающий огонь.

— Хэх… Неужели ты зашевелился? Как пожелаешь, — покачал он головой, — Но, для тебя же куда лучше поступить иначе… Поясню — даже если ты доживешь до спасательной экспедиции, что без воздуха, еды и воды уже проблема… Ты, ведь, пилот? Чему тебя учили? Гипер-маяки всегда устанавливаются так, чтобы два соседних покрывали рабочую зону третьего, на случай выхода его из строя. А ты здесь… В жопе галактики. И единственный гипер-маяк выключен. Почему не активны, как минимум, два соседних?

Вопросы были здравыми, но думать о них я буду после того, как решу проблему с баллоном. А пока…

Как только яростная сила Бездны наполнила моё тело, я, зажмурив глаза, быстрыми движениями отстегнул шлем и снял его. Потусторонняя сила, с которой связаны все мистики, при определённых условиях способна исцелить нашу плоть. Не всегда и в определённых пределах. Впрочем, с обморожением она справится. Надеюсь.

Невероятный, высасывающий тело и силы, холод мгновенно обжег кожу. Казалось, что мою голову облили фосфорным напалмом и подожгли. Мышцы лица сразу же свело судорогой. Мой резерв внутренних энергий, заполняемый благодаря связи с Бездной и пылающей внутри ярости, стал быстро пустеть. Вместе с ним боль в мышках лица и на голове не унималась, становясь всё сильнее. Глаза, казалось, что-то пытается высосать из глазниц, хоть я и сжимал веки — низкое давление атмосферы на станции делало своё дело.

Быстрыми движениями, я завел баллон в паз на спине и, надавил на него. Раздавшиеся в мертвой тишине щелчки показались мне раскатом грома, от которых заболели уши. Быстро нащупав шланг клапана, я насадил его на блок-кран баллона, а затем повернул до щелчка.

Между тем, всё это отняло не пару мгновений, а несколько минут из-за неуклюжести бронированных перчаток и почти никакой подвижности — броне-пластины сковывали движения рук, мешая и утяжеляя их. А легкие уже горели огнём, вызывая спазмы. Организм пытался сделать вдох, следуя заложенным природой инстинктам. Однако, если я позволю себе это — мне конец.

Следующим движением ударил по крышке дыхательного блока, заставляя её закрыться, а затем, полностью перейдя на энергетическое восприятие, взял шлем и, одев его, принялся герметизировать. Легкие уже даже не горели, а откровенно болели, а лицо, казалось, проткнули миллионы раскаленных игл.

— Б-ИБКП герметичен. Запущена подача дыхательной смеси, — с нарастающей радостью услышал я слова компьютера костюма, — Включена система продувки шлема. Включен экстренный нагрев. Параметры носителя критические! Активирована ИПА (прим. автора ИПА — Индивидуальная Полевая Аптечка).