Путь Хранителя. Том 4 - Роман Саваровский

самозванцем. Совсем не похож на консервативного упрямого барана с мышлением позапрошлого века.

— Удивительно как с таким уровнем комплиментов ты пользуешься успехом у дам, — недобро улыбнулся Гавриил, но его аура, наоборот, сбавила напор, — Видать моя версия в этом мире отличается от той, которую ты знал. Так все-таки я баран, а не обезьяна?

— То была цитата моего деда, — пожал я плечами, — а с рожей похожей на обезьянью это уже мое личное наблюдение.

— Василиса была права, ты ни дня не способен прожить, намеренно не подвергая себя смертельной опасности. Никогда бы не подумал, что доведется услышать подобное в лицо и не разозлиться, — покачал головой Гавриил, — старею похоже.

— Мы оба знаем, что мне нечего терять и ты уже знаешь обо мне вещи куда более компрометирующие и все равно поразительно спокоен. К слову о старости, не парься. Ты и через двенадцать лет будешь в прекрасной форме. Пока не… ну ты понял.

— Пока меня не убьет парень с лазурной татуировкой, — покрутив опустевший стакан, задумчиво проговорил Гавриил.

— Именно. Слушай, раз ты это осознаешь и не ставишь под сомнение, то может обойдемся без сканирования?

— Не обойдемся, — безапелляционно ответил Гавриил.

— И моя удивительно непоколебимая преданность тоже не прокатит? — тяжело вздохнул я, осознавая неизбежность пустить свой мозг через потоковую мясорубку.

От одной только мысли об этом меня передернуло и проснувшийся инстинкт самосохранения стал судорожно подбирать варианты, чтобы этого избежать.

— Увы, — ответил Гавриил, — я должен все увидеть своими глазами. Позволишь?

С этими словами мой собеседник отставил в сторону стакан с недопитым виски и подался в мою сторону.

— Будто у меня есть выбор.

— Выбор всегда есть, — философски подметил Гавриил и вытянул руку, широко растопырив пальцы.

— Убить тебя и сбежать? Не говори глупости. Давай уже начинай, покончим с этим побыстрее, — уняв дрожь потоков и инстинкт самосохранения, проговорил я и склонил голову.

Мое кресло в тот же миг подалось в сторону Гавриила и через секунду моя голова оказалась в цепком захвате широкой ладони, от которой зависела моя дальнейшая судьба.

Пространство вокруг заискрило и завибрировало. Череп будто сдавило в тиски, в ушах стоял пронзительный звон. Голова начала раскалываться от боли, воспоминания мелькали одно за другим, но я был в сознании.

Всплеск удивления отозвался острым приступом боли, и я непроизвольно попытался вырваться из захвата, но бесполезно. Романов уже прошел сквозь все открытые барьеры и перехватил контроль, а тело меня не слушалось.

— Не дергайся, Марк, — отозвался успокаивающий голос Гавриила в голове, и я откинул все лишние мысли прочь и закрыл глаза.

И только я это сделал, как звон в ушах прошел, давление стихло, тиски, сжимающие мою голову, разжались, и я поднял ошарашенный взгляд вверх.

Гавриил Романов тяжело дышал и обливался потом. Его тело дрожало, а правая рука была неестественно изогнута с замершими в одном положении крючкообразными пальцами. Влияние подавляющей ауры заметно ослабло и находиться в кабинете мне стало в разы комфортнее.

Чего не скажешь о Гаврииле. Потоки Романова дергало, как эпилептика в припадке, а его глаза вместе с белком окрасились в насыщенный фиолетовый цвет. Регенерация работала на полную катушку, но этого не хватало чтобы восстановить нормальное дыхание и угомонить разбушевавшееся сердце.

Пульс Гавриила зашкаливал, а из горла вместо слов вырывались лишь хрипы. Спохватившись, я подорвался с места и вцепился Романову в плечи двумя руками. Нащупав пальцами узловые потоки, я применил простую целебную технику.

Астральные сети каждого Романова в своем мире я знал как свои пять пальцев и без труда закрыл уязвимые энергетические бреши своим потоком и последовательно стабилизировал дыхание, успокоил сердцебиение и затянул поврежденные участки.

Когда жизнь Романова оказалась вне опасности я отпрянул назад, бессильно рухнув обратно в кресло. Как только Гавриилу стало легче, он попытался ухватиться за бутылку правой рукой, но пальцы его до сих пор не слушались. Недовольно нахмурившись, он схватил бутылку левой и подрагивающей рукой до краев наполнил стакан и тут же осушил.

Видимо на этот рывок Гавриил истратил больше сил чем планировал, ведь стакан вылетел из его рук и разбился вдребезги.

— А может ты и правда стареешь, — тяжело улыбнулся я, восстановив дыхание.

Гавриил перевел на меня свой усталый взгляд и через короткую паузу заливисто засмеялся. Выглядело это страшновато. Тело содрогалось спазмами, потоки вспыхивали будто фейерверки, а сам смех по звучанию был похож на хрипы умирающего тюленя. Но это определенно был смех.

— Тонкая работа, спасибо, — отсмеявшись, вежливо сказал Гавриил.

Искренняя улыбка не сходила с его побледневшего от перенапряжения лица, а атмосферу легкой отчужденности и напряженности, которая царила в кабинете до этого, как ветром сдуло.

— Ерунда, защищать Романовых мой долг. Даже если от самих себя. И что, стоило оно того?

— Несомненно, — тут же отозвался Гавриил.

Вместо полного глубокого сканирования самонадеянный Романов применил усеченный и гораздо более рискованный вариант техники и вытянул лишь точечные воспоминания из моей головы. Именно что вытянул их наружу, не залезая в мой мозг.

Можно представить, что мое подсознание — это озеро, в которое я дал разрешение нырнуть Гавриилу без каких либо последствий и осмотреть все содержимое. Но вместо этого, из знаний, полученных от Василисы, Гавриил подготовил крючки и наживку, после чего выудил только то, что ему было нужно, без погружения.

Однако, поскольку обработка полученной информации в таком случае происходит не внутри моей головы, всю отдачу для компенсации из-за подобной техники он принял на себя, лишив мой мозг риска каких-либо последствий.

Что было весьма глупо с его стороны, ведь подвергало опасности уже его собственный мозг, который подвергся перегрузке из-за насильственного внедрения в него чужеродных воспоминаний.

— Стоило каждой капли риска, — через короткую паузу добавил Гавриил, старательно пытаясь согнуть непослушные пальцы на правой руке.

— Прости, я все равно не понимаю, кто ты такой и что сделал с настоящим Гавриилом, — покачал я головой.

— Не умничай. Я все видел, — хмыкнул Гавриил, постучав пальцем по своему виску, — ты в своем мире со мной даже ни разу не встречался. Откуда тебе знать какой