Убить топа 5 (СИ) - Изотов Александр

— Думаешь, я не знаю, кто ты?

Мигом оттолкнув его, я протиснулся мимо, лихорадочно оглядывая стену.

— Ищи, Геральд, ищи! Трещина где?

Я быстро пробежал вдоль колонны, трогая пальцами стену. Трещину я увидел сразу.

— Ли-и-ирой Дже-ен… — крик Шурупа оборвался.

В это месте действительно стена растрескалась, вспучилась, будто что-то садануло изнутри. Сквозь щели даже просвечивало внутреннее помещение. Там было что-то яркое.

— Я отвлеку его голе… а-а-а! — это оборвался крик шамана.

— Геральд, кирку доставай, скорей! — я притянул к себе охотника, который особо не спешил.

В его руках появилась кирка.

— Бей давай! — нетерпеливо указал я.

— Неплохая многоходовка, — одобрительно кивнул Геральд и, размахнувшись, саданул по стене.

— Убью-у-у! — закричал Спрут.

У меня отлегло от сердца, когда кирка легко вошла в камень. Сразу хороший кусок отлетел, чуть не задев меня по ноге. Хорошо крошится, это гуд!

Снаружи раздался еще вскрик, наступила тишина.

Я нервно покручивал молот, не отрывая взгляда от верхней кромки нашего укрытия.

— Иди сюда, тва-а-арь!

У меня екнуло сердце. Это была Луна. Я скривился — хотелось выскочить и показать этому порочному, кто тут эльф.

Шаркнул щебень, кажется, совсем рядом, и следом приглушенный вскрик. Звуки отражались от стены, и я плохо ориентировался, далеко это, или нет.

Все. Снова тишина.

Геральд стукнул еще, и еще! До меня не сразу дошло, что этот стук нас демаскирует.

— Блин, Геральд, — прошептал я, протягивая руку к его, чтобы обратить на себя внимание.

В этот же момент он хорошо вогнал кирку, провернул ее, и из стены с ужасным скрипом, а потом и с грохотом осыпалась сразу большая порция кладки.

Я выдохнул. Удача! Дыра, достаточная, чтобы пролезть!

— Э-э-эльф-ф… — раздалось шипение совсем рядом.

Я поднял голову. Прямо над нами на колонну выползал, оттопыривая острые локти в небо, Порочный. Моб вальяжно медленно повернул голову в одну сторону, в другую, а потом опустил взгляд.

— Почему эльф-то? — удивленно поднял голову Геральд, — Он думает, что знает, кто мы такие?

Я зарычал, и, уперевшись в спину охотнику, впихнул его в отверстие.

— Поше-ел давай!

Геральд нырнул в отверстие, его ноги заерзали, пока он протискивался. Я же повернулся, встретившись взглядом в Порочным. Он с интересом разглядывал меня.

— Отд-а-а-ай! — прошипел моб, и сместил когтистую руку вниз, хватаясь за ребро колонны.

Его тело напряглось — готовится к прыжку, а нас разделяет всего метр.

Блин, прощай, рекомендашки! Ну, будем Геральда просить, может быть, он каким-то чудом вспомнит, что бегал с нами?

Ни на что не надеясь, я зарядил «весенний гром». Пятый уровень. По семидесятому. Сколько там шанс оглушения? Ноль целых две десятых?

Я рассмеялся, как древний самурай перед смертью, и Порочный прыгнул.

— Н-на! — крикнул я и саданул молотом прямо промеж черных зенок.

Вы нанесли 215 урона Порочному эльфу 70 уровня.

Оглушение — успешно!

Когтистые пальцы не дотянулись всего миллиметр, эльф просто не успел.

Оглушение!

Успешно!

Я застыл, как будто это меня оглушили!

Это невозможно!!!

Не-во-змо-жно!

Там ноль целых шанса!

— Невозможно!!! — уже через секунду кричал я, впихиваясь в отверстие. Ну, как тут Геральд-то пролез?

Через пару секунд я вывалился с другой стороны. Геральд стоял впереди, ко мне спиной.

Знакомое помещение внутри храма, только все раскурочено в хлам. Треснутый алтарь, где раньше парила тарма. Руки эльфара, нависающие над алтарем, обломаны, валяются в стороне. Полбашки у статуи нет.

С другой стороны, в верхнем углу между потолком и стеной зияет пролом, который тянется до окна — будто кто-то большой там выпрыгнул.

В потолке тоже дыра, будто проплавленная, и через нее прямо на плиту алтаря льется чистый свет. Перед алтарем стоит старый знакомый Годфри, руки в стороны, смотрит на свет, задрал голову.

— Э-э-эльф! — донеслось из отверстия.

— Геральд, быстро к алтарю! — я толкнул его в спину.

Мы побежали, но вдруг Годфри повернулся, и нас сдула невидимая волна.

— Останется только один, — спокойно сказал он, и снова отвернулся к свету.

Мы вскочили, и Геральд повернулся, глядя на меня.

— Не нравится многоходовка, — он покачал головой.

— Мне тоже, Геральд, — сказал я, с беспокойством глядя, как из отверстия появились когтистые пальцы.

Через миг высунулась голова, черные глаза прищурились от света, эльф зашипел, будто от боли. Но не остановился, он все так же с ненавистью смотрел на меня.

Я лихорадочно соображал. Пусть Брутто все тот же друг Геральда, несмотря на сложные отношения. Как он отреагирует на то, что гном Хаммер побежал к алтарю, оставив его другана на растерзание мобу? А ведь Геральд может обмолвиться об этом. У таких гнилых чуваков, как Брутто, может оказаться воспаленное чувство солидарности. Сам же друга подложил под излучатель, но не сможет простить, что кто-то другой обидел Геральда.

И сгорит синем пламенем мое приглашение к эвенджерам.

— Геральд, замолвишь своему другу за нас словечко? — спокойно спросил я, — В Мстители хочу вступить.

— Друг говорит, клану надо помогать, — кивнул охотник и повернулся к Годфри.

— Возьми это, — я открыл обмен и ссыпал ему рекомендашки.

— Отличная многоходовка.

Я улыбнулся и пошел к отверстию. Все мы чем-то жертвуем. А вот в то, что второй раз приключится чудо и прокнет ноль целых хрен десятых шанса на оглушение, я не верил. Да и не откатился еще скилл.

Но надо дать шанс Геральду.

Я перехватил молот. Эх, мои рекомендашки. Отдал охотнику, а запомнит ли? Остается надеяться на чудо.

Вот моб уже вылез из дыры, и, странно покачиваясь и щурясь от света, уставился на меня. Медленно двинул одну руку, другую.

— Иди сюда, тварь, — сказал я точь-в-точь, как Луна.

Внимание привлек блеск под ногами. Блеск вещи, которую можно подобрать и положить в инвентарь.

Что может валяться в разрушенном Храме Эльфар во время такого эвента, как Земля Сражений? Да все, что угодно. От куска руды до какого-нибудь зрачка титана. От безделушки, и до самой уберной на всем сервере вещи.

Не сводя глаз с эльфа, я осторожно поднял вещь. Большая, как переспелый кабачок. Поднял ее на уровень глаз.

У меня глаза полезли на лоб.

— А-а-ах! — вырвалось у меня.

Хина-тарма

Это же куколка тармы. Куколка сердца города!

— Э-э-эльф! — просвистел Порочный и, оттолкнувшись, взлетел в воздух.

Смертоносная тень летела сверху, замахнувшись когтистыми пальцами.

Я даже молота не поднял. У меня едва слезы не навернулись, когда я отправлял куколку тармы в инвентарь. Просто, чтобы хоть раз ощутить это. Смысл? Ну, смысл?!?

С плиты воскрешения сюда не вернуться…

Порочный эльф 70 уровня нанес вам 971 урона.

Вы убиты!

Глава 8. Сила и слабость темных. Часть 2

Я только открыл глаза, как сразу понял, где я.

Темный потолок, на нем играют отсветы факелов. Рисунки какие-то, иероглифы типа египетских. А я лежу на чем-то твердом.

Ох, ну это прямо нежданчик, конечно, но я впервые был этому рад, ну просто несказанно рад. Я сразу повернул голову.

Все тот же зал, статуи со стражами вдоль стен, в конце зала трон на высоком постаменте. Пустой!

На ступенях под троном лежат все те же эльфийки, пьют кровь из бокалов, смотря туповатым взглядом и хихикают. Слышу их голоса, наверняка какие-нибудь женские разговорчики. Богу Крови кости перемывают.

Я быстро сел. Посмотрел на свои руки. Конечно, в душе промелькнула слабая надежда, что сейчас увижу кожаные перчатки моего Антшота. Но нет. Все те же рукавицы гнома.

Сердце забилось чаще. Я открыл инвентарь.

— О-о-о… — с придыханием протянул я, глядя на ячейку с хина-тармой. Аж мурашки по коже пошли.