Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова

тут негде было повернуться. Метраж был хоть и не такой уж маленький, но два спальных места, четырехстворчатый шкаф, письменный стол, тумбочка с небольшим телевизором, стойка с книгами и круглый стол посередине создавали ощущение скученности. Магнитола притулилась на подоконнике и у двери ютилась полочка с тапочками. Маман придет только вечером, а пока Макс разобрал все вещи, остаток денег сунул в небольшой сервант-горку и пошел заряжать стирку. Стирали все обитатели квартиры в машине «Малютка», которую купили вскладчину из-за отсутствия места. Пока все стиралось проверил холодильник и подхватив хозяйственную сумку пошел в пищеблок больницы. Это самый простой путь наполнить холодильник минуя стояние в очередях. Там его, конечно знали. Маман было не с руки там что-то покупать, а Максу все равно. Прикупив продуктов и наполнив холодильник прилег отдохнуть и уснул.

Маман разбудила его и ахнула, как он изменился. На контрасте с тем каким он уезжал сейчас Макс выглядел здоровым под 190 сантиметров ростом мощным молодым парнем с широкими плечами.

— Куда тебе еще расти? — недоуменно спросила его маман.

— Солнце, море и вода повлияли благотворно на молодой организм, — улыбнулся Макс, — ты вспомни, когда последний раз были на море. А тут все сразу и вот результат на лице.

— Да уж. Наверное в деда пошел. Тот тоже был высоким, только я его плохо помню — маленькая была, — задумалась маман.

Вместе поужинали и стали готовиться ко сну.

— Мам нам надо в ближайшие выходные навестить домик и надо решить, что будем делать с комнатой. Сулейман хочет ее себе оставить. Им надо. Двое детей, — осторожно начал Макс назревавший разговор.

— Да давай посмотрим и там и решим. Регистрация прошла?

— Да все сделано в лучшем виде. И еще вопрос — у тебя есть возможность машину купить? Ты вроде как в номенклатуре числишься. Отца не допросишься — он вообще машины не любит. Даже прав нет. — закинул удочки Макс.

— Наверное смогу, — отозвалась маман, — просто никогда не спрашивала об этом. Я же тоже не водитель. Ты себе?

— Ну конечно себе, — подтвердил Макс. — Еще права нужны.

— Тебе школа нужна? — полуутвердительно спросила маман.

— Нет только права. Водить я могу, правила выучил — только сдать экзамен и все, — возразил Макс.

— Узнаю. Не думаю, что это проблема.

— И еще — у отца чеки березочные остались? — мне нужно кое-что из спортивного купить, а на толчке в Урус-Мартане такого не купишь. Там в основном джинсы да батники.

— Конечно остались, — отозвалась маман, — мы ему только костюм справили итальянский. А так он же в основном в форме ходил. Как поедешь в Москву или через нее возьмешь сколько надо. Там выбор больше.

Вот золотая у меня маман, — подумал Макс. Ни тени сомнения. Никаких лишних эмоций. Все строго по делу.

Так осталось пройти диспансеризацию, проверить зрение и сделать новый снимок коленей — это через Сулеймана можно сделать. Маман не буду напрягать.

И надо будет уволиться из ремонтников и оставить тренерские должности. Деньги пока неактуальны, а времени забирать будут много. Только санитарскую работу оставлю. Там шабашка есть — надо же как-то объяснять откуда деньги берутся. И в универе договориться о свободном графике посещений. Для действующих спортсменов это не проблема.

Через месяц все, что наметил было выполнено. Сулейман удивленно рассматривал снимки коленей в двух ракурсах и констатировал полное излечение. Связки восстановились полностью. Зрение уже стало минус 1 и Максу очки почти не требовались. Скорее всего через пару месяцев вообще будет 100 %. Права успел получить в ДОСААФе — сразу категории В и С. На экзамене все правила от зубов отскакивали. Вождение сдавал на ГАЗ-51. Все упражнения выполнил четко — даже когда подавал машину задом к разгрузке не накосячил. Только руль у нее тяжелый. Работать остался только в Бюро. Остальные места передал приятелям и знакомым, кому деньги были нужны. В универе свободный график ему в деканате утвердили, так как он все еще был запасным в сборной РСФСР. Да и оценки были все высшие. Куратор курса подтвердила, что его хотят оставить на кафедре при распределении. Представление было написано и подписано деканом факультета и ушло в канцелярию ректора.

Маман воспользовалась своими возможностями в счет квоты Минздрава выбила машину и мы ожидали открытку на ВАЗ-2106 в ноябре-декабре. Ну, шестерка для этого времени не суперкруто, но всяко хорошо. С ней возни немного, тем более в той жизни у Макса была шестерка и он ее хорошо знал.

Заранее подъехав на станцию ВАЗа Макс договорился о том, что ее полностью подготовят и зарядят по полной. Магнитолу он им потом подвезет. И договорился что будет белая. Оставив небольшую сумму денег как задаток расплатится при получении.

Забежав в Бюро и получив график дежурств Макс заглянул к Руслану отметиться, что выходит на работу. Заодно спросил, что с тем дедком, которого вскрывали вместе. Все-таки первое его вскрытие. Руслан рассказал, что действительно он оказался гражданином Венгрии и его искала гражданская жена через консульство. Очевидно испугавшись, что он мотанул на родину. Но нет приехала и опознала. Тело она забрала, но кремировать решила у себя, а не в Грозном. Согласно завещанию. Оказывается, он тут учился в нефтяном и у него остались знакомые у которых он и остановился. А причину смерти Руслан определил как денатурация белковой основы мозгового вещества, вследствие термического воздействия горящего факела.

Наверное, ему стало там плохо и потеряв сознание не смог выйти из зоны высокой температуры.

Ну да ну да — подумал Макс. Знал бы он реальное положение вещей. А так все в порядке. Дом Богдан на засветил. Точно хотел его оставить себе и рвануть в Венгрию и потом в Пиренеи. Не зря все-таки он отправил завещание. И деньги мадам получила и последнее желание исполнила. И квартирка в Нефтеюганске тоже не лишняя будет.

Ну Пиренеи до 91 года нам заказаны. Пока тут будем разбираться.

Мы с маман переехали в дом. Перед вселением Макс нанял двух санитарок из больницы сделать генеральную уборку и те за день вымыли все и еще и грядки пропололи. У них были свои дома и что такое огород им было известно. С собой взяли только наш маленький телевизор, холодильник, магнитолу и личные вещи. Остальное девать было некуда и оставили Сулейману. Сам разберется, что ему нужно, а что выкинуть. Он честь по чести расплатился со мной и с завхозом больницы. Миронова подписала его заявление на нашу комнату и он вне себя от счастья закатил праздник во дворе нашего дома