Юрий Холоденко - Демон - Телохранитель

  Вчера же мы так и не нашли простынь, вдруг пришло мне в голову. Точнее мы ее даже не искали. Не беспокоя Алинилинель, я освободил часть лица от материи, и взглянул на окно...

  Оно было аккуратно занавешено шторками...

  Ох, и мама... Не стерпела таки, влезла в комнату, навела свои порядки, побеспокоившись о детках... А мы между прочим голые были, хотя чего мне беспокоиться она моя мама, а Алинилинель и подавно, они же женщины, легко поймут друг друга. Хотя может и нелегко... Я мысленно отмахнулся, какая разница. Мне сейчас хорошо, как никогда, и за уют я маме остался благодарен. Даже очень!

  - Юрочка, Алиночка-а! Просыпайтесь, пора завтракать! Уже пол одиннадцатого... - раздался мамин голос из-за двери.

  Мы, глядя друг другу в глаза, улыбнулись, еще раз крепко обнялись, и с большой неохотой разлепившись, раскатились по дивану. Полежав еще немного, я высмотрел аккуратно сложенную на стуле свежее выстиранную и выглаженную необычную одежду Алинилинель и рядом свою. Мама расстаралась не на шутку. Похоже всю ночь не спала... М-да...

  Поискав глазами брошенные ночью в стену трусы, обнаружил их отсутствие и идеальный порядок.

  Мы не спеша оделись. Я помог, с какими-то завязочками на спине Алинилинель. Еще раз поцеловались, и вышли в свет. В смысле на кухню.

  Енот, точнее Елин, поправил я себя, уже был там. Похоже, с утра он времени не терял, поскольку сидел сытый и довольный. Посмотрев на нас с неодобрительным прищуром родовитого кота домоседа, он отодвинулся от стола, не забыв прихватить чашку с чаем и кусок торта, и сказал:

   - А вот и сони!!! Вы в курсе, - он авторитетно взял в руки мамин мобильный, - что с утра звонили обеспокоенные соседи, и интересовались, не случилось ли чего...?!! - и заговорчески улыбнулся.

  - Это все от зависти... - улыбнулся в ответ я.

  Доченька усаживайся... Елин брысь отсюда, уступи девочке нагретое место!

  Елин послушно поднялся, видимо они с мамой уже спелись, и, улыбаясь, сказал, - пойду я телевизор посмотрю, офигительная штука, однако... - и слинял в зал.

  Я уселся напротив Алинилинель, а стол со страшной скоростью, начал наполняться яствами. Ощущение складывалось, что мама действительно всю ночь готовила...

  Тунец, оливье, холодец, селедка под шубой, крабовый салат, яйца под майонезом, какие-то салатики, котлеты, нарезанные сыр и несколько сортов колбаски... Новый год, одним словом или день рожденья... Где и когда она успела это все выбегать и наделать?! Я поднял бровь и удивленно посмотрел на маму. Та не отрываясь с умилением, смотрела на Алинилинель, и казалось, была готова кормить ее с ложечки.

  - Доченька, вот возьми полотенце, положи себе на коленочки, - мне протянула, а ей уложила мама полотенце.

  Да, чудеса, да и только, - про себя подумал я, жуя махан, который очень любил, - маму как подменили...

  Алинилинель, похоже, застеснялась такого повышенного внимания, что сразу заметила мама.

  - Не стесняйся, все свеженькое... Может, у нас погостите пару деньков?!

  - Спасибо большое, на чистом русском языке ответила Алинилинель, все очень вкусно, не представляю, сколько времени вы потратили, чтобы создать такое...

  - Да пустяки!!! - улыбаясь, ответила польщенная мама.

  - Я готовлю очень быстро и надеюсь вкусно, Юрочка такой переборчивый... - и, шутя, грозно посмотрела на меня. Я чуть не подавился яйцом под майонезом, чем вызвал искренний смех Алины.

  - И когда уезжаете? - опечаленно спросила мама.

  - Может быть сегодня, а может быть и завтра, - ответила Алинилинель, вообще-то нас ищут и за нами должны прийти...

  Уже должны были... - настроение Алинилинель немного ухудшилось. - Дедушка меня очень любит, - чуть улыбнулась она, - но мы ушли убегая от Шаркиса, очень далеко... Боюсь он не чувствует мой амулет, - и она показала пальчик, на котором сидело незатейливое колечко с тремя зелеными камешками, выложенными в виде лилии. - Так что если он за нами не явится, нам придется идти через Мертвые Пустоши одним...

  - И я надеюсь, - она с надеждой посмотрела, моей маме в глаза, - что вы отпустите своего сына с нами...

  - А это опасно? - серьезным взглядом на нее посмотрела она.

  - Не могу этого отрицать, - потупилась Алинилинель, - и должна добавить - очень... Но Юра, - она, ища поддержки, взглянула на меня, - обладает незаурядными способностями, как воина, так и мага... Я думаю, мы справимся, - уверенно посмотрела она в глаза моей маме.

  - И потом, ему нужно не стандартное образование. Я, как полноправный представитель Дома Полуночной Лилии, обеспечу его всем необходимым для поступления в Магическую Академию. Думаю, Магическую школу мы пропустим, ее вполне заменит достойное частное образование, в лице моего дедушки,- она хитро улыбнулась, - более чем заменит... Правда, последние лет шестьдесят, кроме меня он не брался ни за кого... Не любит когда гибнут ученики... - мама напряглась, - но поверте, при обучении Юре это не грозит, он это полностью доказал во время вчерашнего боя.

  Она посмотрела мне в глаза, - если дедушка не будет соглашаться, - она еще шире улыбнулась, - я его уговорю. Он меня очень любит, а когда узнает, что моего телохранителя можно чему-то научить... Думаю, даже обрадуется. Но учить будет жестоко, как мужчину, и МОЕГО телохранителя.

  Алинилинель встала, трогательно придерживая полотенце руками, и повернувшись к нам обоим, торжественно произнесла:

  - Я Алинилинель, принцесса Дома Полуночной Лилии, прошу тебя Юрий, стать моим Личным Телохранителем пока смерть не разлучит нас, или жизнь не воссоединит!!!

  Я, немного офигев от реального титула и формулировки, переглянулся с мамой, и спросил:

  - Как-то сложновато и закручено в поле формулировки связей между жизнью и смертью...

  Алинилинель потупилась, - вы в одностороннем порядке можете разорвать договор, но мотивы должны быть очень серьезными, как-то смерть одной из сторон... Или любовь на стороне...

  Мы снова с мамой понимающе переглянулись, и я, так как чувствовал, что того требовал церемониал, встал и посмотрев Алине прямо в глаза как можно торжественнее молвил:

  - Я согласен стать твоим Личным Телохранителем пока смерть не разлучит нас, или жизнь не воссоединит!

  Искренняя радость осветила глаза Алинилинель и, протянув руку, одним быстрым движением, она дотронулась своим колечком, к моему правому запястью. Я ощутил легкое жжение, и отдернул руку. На запястье красовалась маленькая зеленая лилия, по форме трех камней на кольце. Я взглянул на ее запястье, у нее красовалась такая же.

  - Я Должна была принять тебя в свой Дом, - извиняющимся тоном произнесла она, - теперь ты член Дома Полуночной Лилии, и также находишься под его защитой...