Гиперборея. Три царевны - Константин Степанович Собко

подвала в другой, то есть создавали перемычку, чтобы продолжить путешествие по мирам. А ещё я запомнила мальчика, который пришёл с Кандаганой.

— Вот это да! — удивился домовой. — У неё есть сын?

— Похоже. Он был немного старше меня, худощавый, темноволосый. Всё время стоял у окна и смотрел на тот самый шпиль. Иногда он оборачивался, и я видела его белые глаза.

— Белые? Это страшно.

— Да, неприятное впечатление. Я не могла понять, на кого он смотрел…

— И где он теперь? Наверно, вырос и превратился в злого демона? Как ты считаешь, Свития.

— Кого ещё может воспитать Кандагана? Конечно, демона.

Они ещё несколько минут постояли на вершине холма, а затем исчезли.

* * *

— А теперь второй подарок, — сказал домовой, как только они вернулись в комнату Свитии.

Он направился к кровати и очень ловко нырнул под неё. Свития не успела ничего сказать, а он уже выбирался наружу, кряхтя, держа в руках деревянный сундучок. Затем он повернул ключ.

Крышка медленно поднялась, а вместе с ней из глубины сундучка поднялось небольшое замысловатое сооружение: четыре столбика с верёвочками. На верёвочках висели разноцветные трубочки и колёсики.

Домовой поставил сундучок перед Свитией и сказал:

— Это наш главный подарок. С днём рождения, царевна!

Поток воздуха всколыхнул трубочки и колёсики, и в комнате зазвучала тихая мелодия.

— Как здорово, — прошептала Свития. — Спасибо.

— Тебе нравится? — так же шёпотом спросил домовой.

— Да, Тимоша. Ты заметил, что тема не повторяется?

— Ага. Ещё как заметил. Это не шарманка. Это такая штучка, которая играет музыку эльфов.

— Спасибо, Тимоша, но больше никаких подвалов, коридоров, харчевен.

Домовой закатил глаза под лоб и вздохнул.

— Хорошо, Свития. Больше никуда и никогда.

— Кстати, на что вы обменяли этот сундучок?

— Ни на что. Эльф Молчун отдал его нам просто так, когда узнал, зачем мы пришли в его мир.

И вдруг Свития почувствовала, что кто-то летит сквозь миры именно к ней. Этот кто-то был очень далеко и мастерски маскировался.

— Подожди, — сказала Свития и встала. — Кто-то сюда летит. Очень сильная защита… Уверена, что это не тёмный. Только глупец бросится в атаку сломя голову. И всё-таки, Тимоша, тебе лучше уйти.

— Ни за что! — воскликнул домовой. — Это будет похоже на бегство! К тому же, может быть, это летит хороший и очень сильный друг?

— Сейчас я выясню. Пусть подлетит поближе.

Незнакомец выглядел маленькой звёздочкой в великой сумятице миров. Эта звёздочка то ярко вспыхивала, то исчезала в бездонных искрящихся глубинах. Мириады сущностей заслоняли своей энергией того, кто продолжал двигаться ей навстречу. И всё же Свития сумела на секунду проникнуть сквозь защиту незнакомца. Она прикоснулась к спокойствию и доброте.

— Выяснила. Опасности нет — это друг, — сказала она. — Похоже на очередной экзамен. Значит, парадная одежда.

Она окуталась ярким сиянием, и домовой увидел на Свитии роскошный наряд: высоко приталенное длинное белое платье с широкими рукавами и небольшим воротником. Края воротника обрамляла тонкая золотая кайма, края рукавов и подол были украшены ярко-синими узорами. На поясе синего цвета висел чехол с берилловым жезлом. Вензель семьи, словно маленькая бабочка, красовался на правом плече.

— Зеркало здесь! — сказала Свития, и перед ней появилось большое зеркало. Оно висело в воздухе, но казалось, будто было крепко приколочено к невидимой стене.

Посмотрев на своё отражение, царевна сказала:

— Хорошо. А если вот так…

И она опять окуталась сиянием. Увидев её второй наряд, домовой воскликнул:

— Царевна, ну что это такое?!

— А что? Такие наряды в Новом мире будут носить венценосные особы и их приближённые.

Рукава этого наряда выглядели так, будто в них засунули кочаны капусты. Ниже талии платье раздавалось вширь до невообразимых размеров. Воротник вздымался выше головы.

— Верни свою парадную одежду! — воскликнул домовой. — Видеть это уродство не хочу! Ты как в детстве опять шалишь!

— Ладно, ладно, я пошутила. Парадная одежда!

И царевна окуталась сиянием. На ней опять появилось длинное белое платье. Ещё раз посмотрев в зеркало, Свития кивнула головой и сказала:

— Зеркала нет!

И зеркало исчезло.

Домовой облегчённо вздохнул.

Тихо и мелодично прозвенел колокольчик. Гость влетел в комнату и остановился в нескольких шагах от Свитии. Он несколько секунд смотрел ей в глаза и, убедившись, что она совершенно спокойна, приветливо улыбнулся. Свития ответила ему улыбкой.

Выглядел гость следующим образом: рост около пятидесяти сантиметров, шевелюра и борода ярко-рыжего цвета, лицо широкое, губы полные, а нос немного с горбинкой. Наверное, он надел парадную одежду: льняная рубаха сияла ослепительной белизной, холщовые штаны, скорее всего, были тщательно выглажены буквально перед встречей. Из-под штанов выглядывали мягкие розовые ботинки, украшенные кусочками янтаря. Розовая мантия покрывала его плечи. На голове красовалась лихо заломленная тёмная шапочка с несколькими рядами бисера из янтаря.

Продолжая улыбаться, гость парил посреди комнаты, бесшумно помахивая прозрачными крылышками.

— Здравствуйте, — сказала Свития. — Я знаю, кто вы. Вы унер.

— Здравствуй, царевна, — ответил гость. — Верно, я унер. Могу сказать точнее: я вождь унеров Бальянер. Поздравляю тебя с днём рождения.

— Спасибо. Вы это знаете?

— Мы всё знаем. И Тимофея я знаю. Как поживают Тминия и Кеша?

Домовой наморщил лоб и ответил:

— У Кеши, как мне кажется, скоро могут начаться неприятности, — и он мельком посмотрел на Свитию.

— Опять что-то натворили? Впрочем, ладно, это ваши домашние дела… Меня вот что интересует.

Под сопровождение тихой мелодии эльфов Бальянер облетел комнату, пугая бабочек и жуков, затем завис над озером и даже опустил палец в воду. И вернулся назад.

— Вы великие волшебники, — сказал он. — Как это у вас получается: захотели и сделали? Ведь это всё настоящее!

И Бальянер вытер платком мокрый палец.

— Сила мысли, — ответила девочка и пожала плечами.

— Мы всё знаем, — повторил Бальянер, — но такой силы мысли у нас нет. Ну да ладно. Сегодня, Свития, я уполномочен показать тебе путь в