Князь Демидов. Том VII - Евгений Бергер

в этой войне, как будто участвуешь только ты. — хмыкнула Хихаль: — Но, в любом случае — я могу лишь дать совет. Предостеречь! И я говорю — будь аккуратнее. Для духов сейчас обычное мирное время. И они не будут делать скидку на Сааджа.

— Какие мы нежные…

— Так заведено.

— Лучше скажи, что там с печатью? — я остановился возле забора и начал выглядывать свой «Руссо-Балт».

— Если честно, то выглядит очень странно. Она почти рассосалась, но… как будто тут завязана, какая-то мелочь. Причём, судя по всему — не очевидная. Не понимаю, как решить этот ребус. Нужна помощь опытного специалиста. Может, стоит обратиться за советом к Пусе? Потому что, если Толик обделается, но печать ты так и не успеешь снять — есть большой шанс, что всё начнётся по новой!

— Мратство… — я увидел, как Толик уводит Люси и Оксанку в арендованный моколь с Митричем: — Так не пойдёт. Нужно срочно что-то делать!

— Вот и я о том же! Позвони Пусе. Она точно поможет.

Усевшись в «Руссо-Балт», я вытащил мобильник и нашёл контакт Пуси:

— Привет!

— Несказанно рада слышать твой голос. — ответила Ведьма-старшая: — Как вы?

— На удивление — очень даже не плохо… Отыгрывали очередную шпионскую игру для Императора. Но очень сильно вымотались. — выдохнул я, глядя на дремавших богинь: — Как говорит молодёжь — это была полнейшая жесть! Но суть не в этом. Мне кажется, что печать контракта с Толиком наконец-то начинает сходить на нет.

— Правда? — удивилась Пуся: — Это очень хорошо! Ты можешь приехать, и я всё проверю. Возможно, стоит провести ритуал по расторжению. Потому что, если всё действительно так — то есть шанс, что Толик серьёзно заруинит данное мероприятие сам того не желая. И тебе придётся начинать с самого начала.

— Да… Мне уже сообщили. В общем, через часик буду. — я открыл окно и махнул Митричу, чтобы ехал строго за нами: — Ты в домике?

— Ага.

— Отлично! Жди. — я сбросил вызов, и спрятав мобильник в карман, откинулся на спинку дивана.

Плечи и трицепсы начало тянуть. Как будто я не с Саранчой сражался, а тягал очень тяжелое железо. Давненько такого не испытывал.

Правда, как только начал расслабляться и погружаться в полудрёму — богини почему-то решили прилечь поближе. Устинья запрыгнула ко мне на колени. Рудольф, свернувшись клубочком, прижалась сбоку. И лишь Лина осталась сидеть напротив, смущённо глядя в окно.

— Ох… — я обречённо вздохнул: — Иди сюда.— Вот ещё! С чего бы? — нахохлилась она.

— С того, что это приказ. Садись рядом.

— Я солдат, а не домашняя зверушка. Прошу — фильтруй приказы. — возмутилась Защитница Рима и мгновенно пересела ко мне: — Я положу голову тебе на плечо… Просто потому, что так удобно.

— Да-да-да… — я уже не особо обращал внимание на то, что говорит волчица.

Не знаю, что именно поспособствовало моей усталости… Стресс из-за первой реальной угрозы прыжка, или всё-таки из-за того, что пришлось махать Жекичем?

Но мозг совсем расслабился и под сладкое мурлыканье Устиньи благополучно отключился.

+++

Спустя сорок минут мы уже подъезжали к Университету. Новость о том, что дворянских детей едва не сожрала Саранча довольно быстро облетела Империю. Не остался в стороне и наш отец…

— Как… — голос Аркадия был очень злым: — Как так вышло, что мой мальчик спокойно прошёл в Торговый Центр?!

— Произошла случайность. Мы не думали, что он ринется внутрь. — спокойно ответил я.

— Толик же всегда смышлёный и очень продуманный! Как так вышло, что он ринулся в одиночку против целой армии Саранчи? Это… совершенно нетипично для него! А если бы он там умер? Что тогда? Мы бы точно этого не пережили… Ох, я завтра же вылетаю в Москву на дирижабле! Толик у меня получит… Ох, получит! Свободу почуял — распоясался совсем!

— Нет. Сейчас его лучше не трогать. Толик впервые в своей жизни… герой! Поэтому — дай ему насладиться триумфом. Пускай глупым, но всё-таки триумфом. А я с ним сам переговорю.

— Переговори! Буду очень благодарен. В любом случае, ты понимаешь его лучше, чем я… наверняка подберёшь правильные слова.

— Обязательно.

Казалось бы, а почему Аркадий сразу не позвонил Толику и не высказал всё лично? А бедного отца перекосило от ярости ничуть не меньше, чем меня, когда наш сорванец пристрелил Великого Князя. Возможно, где-то в подсознании — Демидов прекрасно понимал, что для его сына сейчас наступил очень важный момент в жизни. А поговорить и вставить мозги на место — это мы всегда успеем.

— Ты уж спуску ему не давай! Ладно? Чуть начнёт брыкаться — бери ремень и всеки. Вот прям по-братски! Наотмашь. — не унимался Аркадий.

— Понял. Всё будет в лучшем виде! Не переживай. — заверил его я.

— Надеюсь. Фу-ух… Господи, спасибо, что они все целы и невредимы. — в динамике послышался характерный звук открывающейся бутылки бренди: — Кстати, сын… Мне тут пришли документы на твоё имя от Великой Княжны. Она передала тебе в дар две квартиры. Одна в Москве, а другая в Питере… Сто сорок четыре квадрата и сто двадцать шесть.

— Это моя награда за моральное уничтожение Ройтбергов.

— Нет. Награда за уничтожение Ройтбергов пришла на две минуты раньше. Уведомление о том, что Дом Романовых передаёт тебе в дар огромную площадь в центре Москвы. А квартиры… Ну… Ты уверен, что оно тебе надо?

— Не понял. Ты про что? — я реально не догонял, чего отец так мнётся.

— Квартиры. От Великой Княжны. Сам подумай!

— Чего?

— Господи, да это же знаки внимания! Неужели непонятно?

— Знаки? От Её Императорского Высочества? — удивился я.

— Именно! Она к тебе подкатывает. Причём, довольно агрессивно. Две квартиры в столицах Российской Империи… Я горд, что на тебя положила глаз представительница Дома Романовых, но это очень большая ответственность.

— Подожди. Я выполнил задание. И мне просто подарили квартиры. Всё! Никакой подоплёки в этом нет.

— Володя! Как ты не понимаешь? Если мужчина или женщина дарит кому-то жилплощадь — это ЖИРНЫЙ намёк на симпатию и дальнейшее совместное проживание. Смекаешь? Она что-то сказала про квартиры?

— Спросила, не буду ли я против. А я что, дурак по-твоему? Думаешь, я откажусь от квартир?