Фарт (СИ) - "hawk1"

- Что, тяжко представить? – усмехнулся Геббельс.

Сергей кивнул головой.

- Ну представь себе упрощённую схему. Я как-то вывел такую для себя. Вот друг перед другом стоят два прямоугольника – правый это муры с внешниками, левый, соответственно, честные рейдеры. Представил? Они враждебны друг к другу. А теперь раздели прямоугольник на четыре квадратика. Первый квадратик правого прямоугольника условно нейтрален к третьему квадрату левого прямоугольника. И такие связи можно построить для каждого квадратика. Но в целом, оба прямоугольника враждебные. Сверху от прямоугольников расположи еще два квадрата – это институт и барыги. Эти нейтральны ко всем. И снизу два квадрата – это будут атомиты с сектантами. Эти ребята ко всем враждебны. Так легче?

Сергей неуверенно кивнул.

- И все равно запутано. – сказал он.

- Это еще не запутано. – усмехнулся Геббельс – А теперь мысленно скопируй эту картинку, уменьши в десять раз и помести в каждую фракцию. И так повторяй до бесконечности. Ибо пока есть коллектив, внутри всегда будет явная и тайная вражда, дрязги, интриги и т.д.

Сергей покачал головой.

- Ничего не изменилось. Все как на старой, доброй Земле.

- А что должно поменяться? – удивился Геббельс – Чтобы что-то поменялось, человек сам должен поменяться.

- И что, и у внешников тоже такое... такая банка с пауками?

- А что, внешники не люди, что ли?

- А как же нолды?

- Ты, наверное, чего-то недопонял. Нолдами мы называем всех внешников, чей уровень в технике превосходит наш многократно. У нас тут тоже две группировки нолдов.

- Так внешники еще и неоднородны?

- Конечно нет. Особо друг с другом стараются не грызться, но, бывает, что и повоевать могут.

- А если они настолько крутые в оснащении, что им мешает подмять всю зону под себя. Сидят же. Терпят. Далеко от баз не вылезают.

- Старожилы рассказывали, лет пятьдесят назад тут было четыре группы внешников. Оснащение у них было на нашем уровне. Потом появились два новых игрока. Как раз те, которые сейчас остались. Быстро выкинули «старичков» из песочницы, поделили охотничьи угодья и пошли, как ты выразился, подминать зону под себя. Иммунным совсем житья не стало. Загнали их чуть ли не в Пекло. И тогда из своих берлог повылезали хваты. Раньше так рейдеров называли, а теперь это имя собственное. Это такие иммунные, которые прожили в улье от двадцати лет и больше. Представляешь сколько у них даров и до каких высот они подняты? Загнали внешников на базы и встали. Дальше идти сил не хватает, уж очень большое преимущество у внешников рядом с базами, но и не выпускали их далее пары километров. А внешники здесь ради чего? Ради прибыли. Нет потрохов – нет и прибыли. Да и хватам, в конце концов, надоело караулить их базы. В общем, договорились. Отдали внешникам часть территорий на востоке и порешали – за этой линией шалить не будем, но, если перейдете – уж не обессудьте. Претензии принимать не будем. Также и своим сказали. Что за эту линию – на свой страх и риск. Таким образом, в этом регионе образовались три условные зоны. Восток – Красная Зона. Царство внешников и муров. Центр и Запад – Зеленая, зона ответственности «честных» рейдеров. Между ними – Серая Зона. В которой и муры, а порой и внешники, и рейдеры постоянно пробуют друг друга на зуб. Основное место боестолкновений, постоянные попытки экспансий как с одной, так и с другой стороны. А также мутные стабы, которые с одинаковым удовольствием подмахивают и тем, и этим, при этом сами оставаясь в сторонке. До поры, до времени. Ну и прибежище многочисленных ренегатов как с одной, так и с другой стороны. Да-да, у муров тоже диссиденты бывают.

- Молодцы мужики! – с восторгом сказал Сергей, выражая одобрение действиям хватов.

- Этот случай далеко не единичен. Более того, он периодически повторяется в разных регионах. Улей не терпит доминирования чего-то одного. Ему нравится гармония. Да и не все внешники такие уж звери. В некоторых регионах с ними вполне мирно торгуют. Да даже в нашем я знаю пару таких стабов в серой зоне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Что, своих людей на фарш пускают?

- Ну почему сразу на фарш? Нарушил ты какое правило стаба – вот тебе выбор: либо штраф споранами, горохом, жемчугом, если влетел по-крупному. Либо отрабатывай добытчиком. Либо чего-то вырежем не слишком нужное. Печени там, половинку. Или яйцо одно, у тебя их все равно два. – Геббельс посмотрел в ошалевшие глаза Сергея и рассмеялся – Забыл, что я тебе про регенерацию говорил? Через пару недель новое отрастет. Да и донорство есть. На Земле же кровь и сперму сдают за деньги? Тут только ассортимент расширили. Платят честно и много. Тем более внешников не только внутренности интересуют.

- Чего им еще надо?

- Они сюда пришли за ресурсами. Так что все ценное: драгоценные металлы, редкоземельные, предметы искусства. Нефть и газ их не интересует.

Сергей помолчал, пытаясь переварить гигабайты информации, выброшенные на него. Потом встрепенулся и задал более актуальный вопрос.

- Я-то тебе зачем? Тоже выпотрошить и сдать?

Геббельс внимательно посмотрел на него, чуть склонив голову на бок.

- Слушай, ты произвел впечатление умного человека. Стал бы я тебе скармливать жемчужину, если бы хотел вытащить потроха? Сам же теперь представляешь ее стоимость. Знаешь почему меня назвали Геббельсом?

- Пиздишь до хуя? – предположил Сергей.

- Потому-что доктор! – громыхнул Геббельс и глаза его полыхнули гневом – И еще потому, что у моего крестного было извращенное чувство юмора. Я попал сюда доктором биологических наук семь лет назад. Сумел заинтересовать Институт. Работал у них пять лет. Пока мою работу не прикрыли с формулировкой «нецелевое расходование средств» и «исследования, угрожающие стабильности СТИКСа». А чуть позже вообще выкинули из Института.

- Сурово. Что же ты там исследовал?

- У меня было две работы. Первая - по корректировке внешности на этапе формирования кваза. Малыша видел? А ведь он – кваз! Моя работа.

- Значит, все-таки не совсем ошибся, когда его за лотерейщика принял.

- Ну да. Он бы и стал как лотерейщик без моего вмешательства. Лысенький и страшненький. – хихикнул Геббельс – А вот вторая работа – корректировка дара на этапе формирования.

- Ничего себе! Это что, ты можешь любой дар «вырастить»?

- Далеко не любой, ксеров и знахарей, к примеру – нет. Но из ограниченного списка - да. Могу.

- И я могу себе выбрать? – не поверил своему счастью Сергей, мысленно облизываясь.

- Нет. Я взял тебя не для того, чтобы твои хотелки выполнять, а для того, чтобы продолжать исследования. – Геббельс весело посмотрел на Сергея – С тобой мы как раз и будем список расширять.

Сергей быстро спустился с небес на землю. Вернее, под землю. Он лабораторная мышка. И более никто. А у мышек не принято спрашивать в каком из экспериментов они желают участвовать.

- Но почему именно я? Я ведь новичок и ничего не понимаю. Ты рассказывал, как иммунные трясутся над своим даром. Жрут горох в три горла и глотают жемчужины не задумываясь, хотя риск превратится в кваза довольно велик. Да тебе стоило бы свистнуть – и у тебя очередь была бы из желающих заполучить крутое умение, вместо способности срать вовремя.

- На первую часть твоего вопроса я тебе сам отвечу. Далеко не каждому имунному можно подкорректировать дар. Примерно одному из тысячи. С новичками выбор возрастает до одного из ста, примерно. Новички еще не отравлены Ульем. Их организм еще пластичен. А у тебя, плюсом ко всему, очень удачно переплелись… – Геббельс пощелкал пальцами в воздухе, подбирая слова – Нет, ты не поймешь. Для этого нужно быть знахарем. Короче, с такой энергетикой, как у тебя, иммунных очень мало. Один из десяти тысяч. Идеальный вариант для работы. Ну а на второй вопрос ты мне ответь. Только включи логику и подумай.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сергей задумался, одновременно переваривая ту информацию, что получил ранее по Улью. Стабы нанимают бойцов для защиты, а некоторые, побогаче, содержат свою собственную армию. Боевых даров у иммунных не очень много. Если верить Геббельсу, то процентов двадцать. И даже эти двадцать процентов стоят на первых ролях в Улье. Раскармливать бойцов жемчугом – та еще лотерея, да еще и затратная. Слишком накладно. А с Геббельсом - это не просто лотерея со стопроцентным результатом. Это - возможность штамповать бойцов под конкретные задачи. Да любой стаб никаких жемчужин на это не пожалеет. Невидимые диверсанты, умеющие ходить сквозь стены. Шпионы, обманывающие ментатов и меняющие внешность. Снайпера, попадающие белке в глаз на любой дистанции. Штурмовики, с броней вместо кожи и стреляющие из зенитки с рук. Да много чего придумать можно.