Алекс и Алекс 3 (СИ) - Афанасьев Семён

— Один процент удерживается конторой, — насмешливо комментирует она, глядя на моё вытянувшееся лицо. — Читай талон внимательнее.

— Не благодарю. — Молча забираю комм и поворачиваюсь к ней спиной.

— Кажется, я только что видел неудачную попытку втягивания, — раздаётся сзади голос Моше. — Которая планировалась, как начало вербовки.

Оборачиваюсь, чтоб объясниться, позвать с собой и поблагодарить за помощь, но этого не требуется: оказывается, он говорил не мне, а Чоу.

Которая улыбается ему сейчас во все тридцать два. И я буду не я, если в её глазах не горит оттенок восхищения.

Ну ничего себе…

Когда я отхожу уже метров на пять, они как раз заканчивают обсуждать достоинства местного офицерского бара. Чтоб направиться туда.

Мой невысказанный вопрос виснет в воздухе: я хотел честно поделиться с Моше выигрышем, тем более, есть за что.

Но при Чоу обсуждать ничего не намерен. Тем более, говоря строго, разрулила всё в одно касание она, а не он.

— Это же манипуляция? — с надеждой спрашиваю Алекса.

— Она самая. — Хлопает ресницами смайлик. — Но это никак не отменяет её результата. Ни по скорости достижения, ни по модулю значения, ни по направлению вектора.

Глава 8

— Блин. И что теперь с этим делать? — ворчу во внутреннем пространстве по инерции. — Я категорически не собирался вообще с ней ни в какие альянсы интегрироваться. Уже не говоря о том, чтобы что-то вместе делать.

— Тебе нужно, чтоб я что-то ответил именно в данном случае? — вопросительно и устало поднимает брови смайлик.

— Боже упаси. Бормочу про себя. Я чудесно и сам понимаю, что надо делать.

— Наш израильский товарищ, несмотря на незавуалированный и вполне определённый интерес к Чоу, добросовестно и честно озвучил ровно то, что и я думаю по этому поводу. — Алекс всё же пускается в комментарии. — Да. Она всего-навсего пытается развернуть вектор ваших с ней эмоциональных связей. У девочки явно кто-то в неплохих преподавателях раньше был, кстати.

— Ты сейчас о чём?

— Есть мнение, что при манипуляции модульное значение отношений важнее, чем их знак, — смеётся Алекс.

— А теперь то же самое, но нормальным языком растолкуй. А то, как обычно: все слова по отдельности понятны, а в сумме ноль.

— Она может влиять на тебя, и даже в определённых элементах управлять тобой, ровно в двух случаях. — Покладисто поясняет сосед. — Когда ты очень положительно относишься к ней, например, как к Камиле. Или наоборот — когда воспринимаешь её крайне отрицательно.

— Ага, в последнем случае у неё просто идеальное управление мною получится. — Тут уже я не собираюсь сдерживать смеха. — Прямо побегу выполнять всё, о чём она попросит. С пробуксовкой и с высоким подниманием бедра.

— Н-у-у-у, зачем так линейно, — иконка превращается в изображение бородатого престарелого ханьца. — Допустим, та же ситуация, что и с Анной. Сортир, трое дебилов. Только вместо Хаас была бы Чоу. Твои действия, прямо сейчас? На тебе чуток норадреналина в кровь, и ещё кое-чего, для чистоты эксперимента…

Судорожно вдыхаю воздух. Пульс учащается.

— Ну и как тут не материться. — Отвечаю бородатому китайцу через долгие полминуты. — Около восьми десятых секунды я бы решал, что делать. Это если бы все пребывали в состоянии покоя. В смысле, если угрожающей безопасности или здоровью агрессии в её адрес на момент контакта бы не было.

— А потом? — ехидничает сосед.

— Делал бы ровно то же самое, что и с Анной. Как оказывается. Сам от себя не ожидал. Ты умный.

— Вот и я о том же. — Импозантный и чуть утрированный китаец снова превращается в обезличенный жёлтый кругляш. — А теперь вернись-ка на ноль-восемь секунды назад и сам себе ответь, что было бы, если б ей в этот момент ещё какой-то ущерб наносился. МНЕ НЕ ОТВЕЧАЙ! — перехватывает он моё намерение. — Я как раз отлично знаю ответы на свои вопросы. Как правило.

— Бл##ь. Это же просто кощунство какое-то. Пойду присяду на минутку. — В раздрае чувств плюхаюсь на ближайшую скамейку. — Слушай, а как так-то?!

— Тебе прямо всю цепочку объяснить? — не унимает своего ехидства голос Алекса. — Или просто посочувствовать? Это и есть базовые механизмы саморегуляции биологического вида. Эволюционно закреплённые программы выживания на уровне базовой прошивки, если угодно. Во-первых, самка детородного возраста. Это очень мощный императив. Во-вторых, она тебе много раз говорила, что на личном уровне она тебе нисколько не враг, просто бизнес. При этом, там, где могла, она всегда действовала тебе в плюс. Ну, как лично она этот плюс понимает.

— Вот же… Получается, надо внимательнее смотреть по сторонам и не вестись, когда попаду в ситуацию с Чоу, аналогичную Анниной. — Быстренько делаю вывод и поднимаюсь со скамейки. — Ладно, пойдём Жойс забирать. А то уже спать охота.

— Глубина вашего анализа, Алекс, может соперничать только с утончённостью ваших манер, — узнаваемо пародирует стиль Бака Алекс. — Я о твоём нетривиальном выводе из посыла, который был совсем о другом. Я совсем не то хотел тебе сказать! Имел ввиду, что для манипуляции важны сами эмоции, их модуль. Никак не знак или вектор, если говорить конкретно о тебе.

— Пояснишь?

— Не сейчас. Проснусь — тогда. Если срочное, дави на иконку.

И сосед испаряется, подвешивая всё тот же символ с красной полосой поперёк.

_________

— Тебя можно поздравить? — заведующий кафедрой (называвшийся в данном заведении именно так, на гражданский манер) сегодня был необычайно весел и бодр после проходившего тет-а-тет общения со своим собственным руководством.

— С чем поздравлять будешь? — флегматично спрашивает Бак, не отрываясь от клавиатуры.

— С выигрышем на своём соискателе, — удивляется начальник. — Или ты сегодня ещё где-то выигрывал?!

— Меня поздравлять не с чем, — ровно отвечает подполковник. — Соискатель — это соискатель. У меня их порой и до десятка доходит единовременно. Его успех — только его успех. Я к результату никаким боком. Хотя-я-я, ты где-то в одном прав. Отчасти приятно. Хотя бы оттого, что одна тема не срывается, и намечается ещё одна. — Бак поднимает наконец глаза на своего шефа и задумчиво перебирает в воздухе кончиками пальцев. — Даже не одна. Намечается полноценный вариант на две темы. Но это пока неточно.

— Как это ты ни причём? — моментально утрачивает половину оптимизма заведующий кафедрой. — Это не ты его готовил, что ли?! Вот же… — мужчина вполголоса ругается.

— Нет, не я. — Удивлённо подаётся назад подполковник. — Я только обеспечиваю условия для самоподготовки. А тянуть из болота бегемота — давно этим не занимаюсь. Ни с ним, ни с кем иным.

— С-сука, обидно. — продолжает досадовать шеф. — Я думал, ты руку приложил. Уже картины себе разрисовал… Мысленно.

— Добрая половина бегемотов, как показывает опыт, норовит в это же болото при первой возможности бултыхнуться обратно. — Флегматично отвечает Бак. — Не мечите бисер, как говорится, перед известными копытными… Кто хочет, сам откуда угодно выберется. Достаточно лишь не мешать. А если человек вперёд двигаться не хочет, ты его никакими силами не заставишь. Это и есть то, что называется внутренней личной мотивацией. У мальчика она более чем в порядке, вот и результат налицо.

— Ну давай, почитай мне лекцию… Ладно, я просто так спросил, — успокаивается начальник. — Думал, может, у тебя что-то наработано готовое, специально для неодарённого против одарённых. Это была бы бомба. — Заведующий кафедрой мечтательно жмурится.

— Если бы. — Подполковник на мгновение изображает гротескное и мечтательное выражение лица. — Я бы тогда точно знал, что ты вместе с твоей кафедрой мне и нахрен не нужен. Погоны тебе в морду швырнул бы прямо сейчас. И ровно через секунду был бы на пенсии, потому что точно знал бы, что делать дальше. Свой первый миллион получил бы завтра с утра, — он демонстративно смотрит на часы, изображая картинный оптимизм. — Часов на восемь бы первую встречу назначил. Чтоб сегодня никто в дом не припёрся; у нас с женой одно мероприятие намечено. А деньги ночью всё равно складывать некуда — банки-то закрыты.