Адмирал Империи 25 - Дмитрий Николаевич Коровников

— Лейтенант! — на бегу бросила княжна, узнав затянутую в бронекостюм фигуру знакомого офицера. — Что там с реактором?

Громушкин, молодой офицер инженерной службы, устало откозырял и покачал головой:

— Капитан-командор, реактор на пределе. Еще немного, и расплавится. Охлаждающие системы повреждены обстрелами с орбиты, и еле справляются. Как бы не рвануло…

Тася стиснула зубы. Только ядерной катастрофы нам сейчас не хватало! Одно хорошо — если реактор и правда взорвется, то похоронит под обломками и несколько батальонов американцев, что сейчас находятся по периметру центра управления. В любом случае никто из них не уйдет живым.

Но это крайняя мера. Пока еще есть шанс удержать базу или хотя бы организованно отступить, сохранив людей, нужно постараться это сделать.

— Держите контроль над реактором до последнего! — приказала княжна. — Отключайте второстепенные системы, сбрасывайте нагрузку. Продержитесь хотя бы час, лейтенант!

Громоушкин понимающе кивнул и, развернувшись, побежал к техническому сектору. Тася проводила его мрачным взглядом. Слишком многое сейчас зависело от работы инженеров и техников. Если они не справятся, то каюк всем…

Внезапно пол под ногами содрогнулся, и разом погас свет. Княжна пошатнулась, но устояла, вовремя ухватившись за стену. Аварийные лампы тут же залили коридор зловещим багровым сиянием. Сердце Таисии застучало еще сильней прежнего. Только не это! Взрывы в инженерном отсеке могли означать только одно — русские линии обороны окончательно смяты, и противник рвется к самому сердцу базы.

Капитан-командор со злостью стукнула кулаком по стене. Нет! Еще рано сдаваться! Пока бьется сердце последнего защитника гарнизона, есть надежда. А значит, надо драться до конца! Таисия рванула дальше по коридору. Внезапно рация на идентификационном браслете княжны ожила, и сквозь треск помех пробился до боли знакомый голос:

— Ваше высочество? Это вице-адмирал Джонс!

— Слышу вас, адмирал! — улыбнулась Таисия Константиновна, вспоминая как тот дрался с одной рукой сразу с несколькими «морпехами». — Докладывайте!

В наушнике раздался тяжелый вздох вперемешку с хрипом. Похоже, этому бравому американцу тоже досталось.

— Южный сектор потерян, — мрачно отозвался Илайя Джонс. — Штурмовики Коннора Дэвиса прорвались через ангары. Часть моих, то есть наших людей полегла, остальные рассеяны по периметру базы. Боюсь, рота резерва как единое подразделение больше не существует…

— Вас поняла, — тихо сказала она в микрофон. — Отводите кого сможете к командному центру. Попробуем устроить там наш последний рубеж обороны. Конец связи.

Не дожидаясь ответа, княжна отключила рацию и ускорила шаг. В голове лихорадочно крутились обрывки мыслей. Если Джонс и его рота, а с учетом ополченцев скорее батальон не смогли сдержать «котиков» Дэвиса, то действительно все кончено. Слишком мало времени на организацию новой линии обороны, слишком мало бойцов. А ведь американцы наверняка еще не израсходовали и половины своих сил и резервов…

Миновав контрольно-пропускной пункт, Таисия вбежала в просторный зал с несколькими лифтовыми шахтами. Здесь царило напряженное оживление — последние защитники базы лихорадочно укрепляли баррикады из всего, что попадалось под руку: мебель, передвижные бронированные блоки, обломки стен, даже тела погибших товарищей…

Навстречу княжне выскочил капитан Зарубин, бледный как смерть:

— Ваше высочество! Южные шахты потеряны! «Янки» лезут как тараканы, сметая заслоны один за другим! А теперь они уже и здесь!

Он указал рукой куда-то вглубь зала. Проследив за его жестом, Тася увидела клубы дыма и вспышки плазменных разрядов — там шел ожесточенный бой.

— Делайте что хотите, капитан, но держите лифты до последнего человека! — сказала княжна, хватая капитана за руку. — Вы меня поняли⁈

— Слушаюсь! — просипел Зарубин, вырываясь из цепкой хватки девушки.

Между тем первые очереди пуль с визгом впились в наспех сваренные стальные щиты баррикады, за которыми отстреливались наши ополченцы.

— Разрешите обратиться, ваше высочество? — пробасил знакомый голос у Таси за спиной.

Она обернулась. В нескольких шагах от нее, прислонившись к искореженной лифтовой двери, стоял Артем Греков — верзила-сержант из ее личной охраны. Правая рука бойца до локтя была перемотана окровавленными бинтами, но в левой он сжимал тяжелую штурмовую винтовку.

— Говори, Артем! — кивнула княжна, присаживаясь рядом.

— Похоже, вся эта свистопляска скоро закончится, — мрачно процедил сержант. — Пушистые «котики» адмирал Дэвиса совсем озверели, лезут напролом, не считаясь с потерями. У нас заканчивается боезапас и люди. Еще полчаса такого веселья — и база падет…

Он замялся и исподлобья глянул на Таисию:

— Прошу прощения за прямоту, но, может, пора уходить? Вам, ваше высочество, нельзя здесь больше оставаться. Если «янки» прорвутся…

— Даже не начинай, сержант! — оборвала его княжна. — Я все понимаю, ты выполняешь функцию моей охраны, но сейчас уже не до этого. И ты помнишь, что не только дочь императора, но еще и офицер!

Греков виновато опустил голову, пряча усмешку в густой бороде. Вот ведь упрямая бабенка! Другая бы на ее месте давно сделала ноги, а эта сама рвется в пекло!

— Так точно, ваше высочество! — гаркнул он, щелкая каблуками. — Разрешите занять оборону рядом с вами?

— Вот это разрешаю, — Таисия весело рассмеялась. — Только, смотри, не упади в обморок!

Еще полчаса кровавой бойни. Полчаса, чтобы успеть эвакуировать хотя бы часть выживших, спасти бесценные данные и послать последний сигнал бедствия на орбиту. Космофлот Империи все еще сражается в системе. Должны же они в конце концов прийти на помощь своим!

С этими мыслями Тася припала к прицелу своей штурмовой винтовки и нашла первую цель…

…Лейтенант Хоук укрылся за грудой искореженного металла, которая когда-то была лифтовой кабиной. Рядом, прижимаясь спинами к холодной стали, сидели Найлз и еще двое космопехов. Остальные либо погибли по дороге, либо оказались отрезаны огнем противника.

Вокруг свистели пули и рвались гранаты, превращая просторный зал в ад на земле. Русские дрались, как одержимые дьяволом, отстаивая каждую пядь командного центра. Особенно свирепствовал пулемет, засевший где-то на верхнем ярусе. Он буквально безостановочно поливал огнем, выкашивая зазевавшихся «морпехов».

— Черт, да сколько же их там осталось⁈ — простонал Найлз, зажимая рукой рану в боку. — Лезут и лезут, как чертовы деметрийские тараканы!

Хоук мрачно усмехнулся. Сержант был недалек от истины. Такое впечатление, что русские все не кончаются, хотя логика подсказывала — их в сравнении с американцами, что находились сейчас снаружи, осталось не так уж много. Просто дерутся грамотно, с фанатичным упорством.

— Сэр, надо что-то делать! — один из «морпехов» с тревогой покосился на лейтенанта.