Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 6 - Оро Призывающий

одного не пойму. Ты же, вроде бы, здесь совершенно новенький, тебя в камеру-то привели за десять минут до меня! Откуда ты всё это знаешь? И ещё…

Я склонил голову чуть набок.

— Почему ты всё это мне рассказываешь?

— Ну, с первым всё довольно просто, — вздохнул очкарик, слегка сбавив уровень драматизма в голосе. — Видишь ли… это что-то вроде моего хобби.

— Хобби? — ладно, даже этому очкарику было чем меня удивить. — Сидеть в тюрьме, что ли? Каждые выходные, вместо дачи с банькой и рыбалкой — на нары? Тогда даже как-то странно, что всем рулит он, а не ты.

— Нет-нет-нет! — он замотал головой. — Я никогда до этого не… Просто, я хотел сказать, я изучал всё это. Собирал информацию про тюрьмы, местные уклады…

— А, нравилась уголовная романтика? — я усмехнулся. — А так ведь и не скажешь. Тихий, интеллигентный мальчик из хорошей семьи, а туда же. Ещё и сериалы про это, поди, смотрел?

— Не романтика, скорее… научный интерес, — поправил меня он. — Знаешь, как у энтомолога.

Я усмехнулся второй раз. Всё равно тянуло на очень странное хобби. Не то чтобы я осуждал, нет, просто неожиданно как-то.

— Я действительно из хорошей семьи, — продолжал очкарик. — Мой отец — барон Аншел…

— Стоп, Аншел? — я сощурился. — Помню его, да-да. Средней руки аристократ, но с крепкой деловой хваткой и кучей связей, стал кем-то вроде галактического посредника по самым разным вопросам, выбился повыше и вертится на самом верху. Он и с моим отцом как-то пересекался, потому я его и вспомнил.

— Он самый, — кивнул мой сокамерник. — А я его младший сын… Грант Аншел.

Ну, вот мы и узнали его имя.

— На самом верху — это ты точно сказал, — Грант криво усмехнулся. — Все эти приёмы, деловые встречи, посредничества и решения вопросов… отец живёт этим. А я не могу. Это не моё, это так скучно. Меня интересовали только две вещи: вот это моё хобби…

— Энтомология, — кивнул я.

— Энтомология, — заключил Грант. — И управленчество. Отец почти не бывает дома, а ведь там куча дел, которыми нужно управлять… которые можно оптимизировать, потому что то, как он ведёт дела сейчас — это не идеал, совсем не идеал…

Грант вздохнул; его лицо печально вытянулось.

— Но он сказал, что я ничего в этом не смыслю, и отдал всё управление моему старшему брату.

— Хотя бы не младшему, — прокомментировал я. Ох уж эта вечная проблема отцов, детей и братьев…

— Тогда я хотел уехать, но он был против, — продолжал паренёк. — Хотел, чтобы я ездил с ним, набирался опыта, ума… говорил, что выбьет из меня дурь, сделает толковым посредником.

— А ты не хотел, — кивнул я.

— Разумеется, не хотел! — с голосе Гранта зазвенело лёгкое возмущение. — Не хотел… и уехал, вопреки его воле. Плюнул на все его аристократические блага и тысячи связей и решил жить сам по себе. Он… отреагировал в своём стиле и отрёкся от меня напрочь.

Драма-драма.

— Так что мне осталась только…

— Энтомология.

— Энтомология, — снова подтвердил Грант. — Только вот энтомолог… не попадает под одно стекло со своими жуками и бабочками.

Он горестно вздохнул.

— И это как раз отвечает на второй вопрос. Зачем я тебе всё это рассказываю. Ну, сам понимаешь… Ты спас меня лишь временно. Но — тем не менее, спас, хотя бы на день, вот я и решил тебя отблагодарить.

— Временно? — уточнил я, вылавливая в пустом стакане из-под компота последнюю ягодку.

— Ты же сам сказал, что ты здесь на сутки, — на лице Гранта было тихое смирение. — Пока ты тут, меня не тронут. Но как только ты выйдешь отсюда… ждать они не станут, поверь. Придут уже через минуту.

— Думаешь, ты так уж им нужен? — усомнился я.

— У Фоунса на меня серьёзный зуб, — он покачал головой. — Это ведь из-за него я здесь…

— Что, обворовал его дом?

— Нет! — тот аж подпрыгнул от такого предположения. — Просто… да глупость, на самом деле. Сболтнул при нём, чей я сын, и он решил, что я — его шанс срубить лёгких денег. Сфабриковал дело за два дня и надеялся получить выкуп от моего отца. Ну, отец… просто посмеялся над ним. И надо мной.

Я дёрнул бровью. Некоторые отцы всё-таки такие мудаки.

— … Фоунсу это не понравилось, — закончил Грант. — Не знаю… может, они хотят прикончить меня из мести, а может, планируют отрезать от меня по кусочку каждые несколько дней и посылать ему, в надежде, что он передумает. Меня в любом случае не радуют все эти варианты.

Я философски кивнул.

— Ну да, ну да. Это что ж получается… мы оба впали в немилость к страшному господину Фоунсу.

— Тебе-то везёт, — с завистью посмотрел на меня очкарик. — Тебе нужно протянуть какие-то считанные часы… да и за себя ты тоже постоять можешь, если вдруг придут. Главное — оставаться до конца суток тише воды, ниже травы, и тогда, может, пронесёт…

— Тише воды? Звучит как отличный план.

— Ну да.

— Ниже травы, значит. Принято, так и поступим.

— Рад, что ты… эй, ты куда?

Глаза Гранта расширились; встав из-за стола, я подхватил пустой металлический поднос.

— Сидеть тише воды, — подмигнул я ему. — И ниже травы.

И — быстрым шагом направился в сторону Таннера и его компании, оставив Гранта сидеть за столом и ошалело лупать глазами мне вслед.

Впрочем, на меня сейчас глядел не он один. Проще, наверное, было сказать, кто не глядел на меня в этот момент.

— … и вот, короче, этот лошок и говорит! — одним из немногих, кто сейчас не глядел на меня, был как раз Таннер; он сидел, вальяжно облокотившись на стол, и затирал своим шестёркам какую-то упоительную история. — Что, значит, погоди, не-не, Таннер, давай поговорим всё, перетрём сначала… а у самого в глазах измена, ну, понял, значит, что не вывезет против меня. А я ему и отвечаю — слышь, такие, как ты, для разговоров непригодны, вы понимаете только…

— … только грубую силу, — подхватил я. — С занесением в грудную клетку.

На меня