ПРОБУЖДЕННЫЙ из камеры смертников# - Александр Гримм

class="empty-line"/>

Наконец, взвесив все за и против, я остановился на тактике выкуривания. Это был наименее опасный вариант из всех. Правда и он имел свои подводные камни. Чтобы воплотить его в жизнь, мне придется поболтать кое с кем по душам. А делать этого ох как не хочется. Ни то чтобы я был замкнутым социопатом — хотя и не без этого, просто мутная девица вызывала у меня какое-то подспудное желание бежать от нее подальше.

— Эй, удильщица, — от моего голоса «немая» вздрогнула. — Есть разговор.

Девчонка еще ниже опустила голову и посеменила ко мне. Из-за густых черных волос я и раньше не мог разглядеть ее лица, а теперь и подавно. Еще и полумрак библиотеки мешал.

И с чего бы начать? Я ведь даже имени ее не знаю. Мне, что так и обращаться к ней «эй удильщица»?

— Слушай, мы ведь с тобой в одной лодке. Хоть имя свое скажи?

— Зачем?

И правда, зачем? — я едва слышно вздохнул. Разговор обещал быть долгим. Хорошо хоть, несмотря на свою нелюбовь к остальным представителем своего вида, я обладал неплохими разговорными навыками и мог кого угодно убедить в чем угодно. Главное было — найти подходящий подход. А для этого, в первую очередь, следовало оценить свою будущую жертву.

Итак, что я о ней знаю? Судя по блестящим шелковистым волосам без единой седой прядки она еще достаточно молода. Об этом также говорят и ее руки — ухоженные, без пигментных пятен и слоящихся ногтей. Довольно высокая грудь свидетельствует либо об отличной генетике, либо о вмешательстве пластического хирурга. Второй вариант я отмел сразу. Больничная пижама довольно плотно облегала грудь, поэтому я сумел оценить ее форму и сделать определенные выводы. Никакой искусственностью там и не пахло.

Что касается самой пижамы, то она была довольно простенькой. Я бы даже сказала дешёвой. Девушка явно из небогатой семьи и лечится в муниципальном учреждении. И даже понятно от чего, не зря же она все время скрывает лицо. Скорее всего, ей кто-то подпортил мордашку. Возможно, неудовлетворённый кавалер не рассчитал сил, ну или подлая завистница плеснула в лицо кислотой. Разве мало подобных происшествий? Даже я на своём коротком веку повстречал уйму таких случаев.

Вывод напрашивался сам собой. У бедняжки проблемы с лицом и нет надежды на излечение, хорошие пластические хирурги стоят дорого. К тому же далеко не всякую травму так просто скрыть даже при помощи операции.

Скорее всего, после того злополучного инцидента от нее отвернулись многие знакомые. Куда-то подевались многочисленные ухажеры и «верные» до гроба подружки. Рядом остались только самые близкие: отец, мать, дедушка, бабушка, возможно, братья или сестры. А это значит, что девушка напротив меня крайне нуждается в поддержке. А еще она снова хочет почувствовать себя желанной и нужной. И если с первым могут возникнуть трудности, то со вторым никаких проблем.

— Просто хотел сказать спасибо, а имени твоего не знаю. Неудобно как-то. Ты же всех нас спасла. Да и сейчас мы все в тебе нуждаемся, особенно я. У меня ведь даже способности боевой нет, так что без твоей помощи я точно долго не протяну. В общем, если не хочешь говорить — ничего страшного. Просто знай, я благодарен тебе. Спасибо, что ты рядом…

Деланно смутившись я отвернулся.

Отсчет пошел. Три…два…один.

— Доро…Тэя.

— Псссс, господин, — только в этот момент я заметил жестикулирующего Лао. Китаец изо всех сил мотал головой и скрещивал руки перед лицом. Словно пытался предупредить о чем-то важном.

Похоже, я сделал что-то не то. И даже догадываюсь, что именно. Скорее всего, удильщица Доротея — и есть та самая причина, по которой Лао скрыл информацию о глазе Шпиона. Китаец явно увидел то, чего не следовало. Прямо как тогда со мной.

Вот только поделиться этим знанием при всех он не мог. Вокруг было слишком много глаз и ушей. А разлад в команде — это не то, чего бы я хотел. У меня впереди еще много испытаний. И кто знает, смогу ли я их преодолеть, если здесь и сейчас избавлюсь от подозрительной удильщицы?

Тем более что у меня уже были определенные планы на ее костяного рыцаря. Грозный обитатель бездны мог стать ключом к прохождению загадочной библиотеки, поэтому я не мог так просто отступить. Ну не съест же она меня, в конце концов.

— Доротея? Красивое имя, а я Паймо. Надеюсь, мы поладим.

— Паймо?

— Да, если переводить с китайского Белый дьявол.

— А я Дар Божий.

* * *

Доротее никогда не нравилось собственное имя. Слишком претенциозно оно звучало из уст девочки из трущоб. Поэтому, когда с ней знакомились, она всем говорила, что ее зовут «Тэя». Так было проще и ей и малограмотным жителям окраин Каракаса. Так что единственным человеком, который продолжал называть Тэю полным именем, была ее мать.

Когда Тэя была совсем крохой, она однажды спросила маму: почему ее так назвали? Маленькая девочка никак не могла взять в толк каким образом Дар Божий мог появиться там, где не ступала не то что нога Бога, а даже социальные службы бывали раз в десятилетку. Мама тогда по-доброму улыбнулась и сказала, что Доротея упала с неба, прямо как звездочка. Так Тэя узнала, откуда берутся дети.

Правда уже через пару лет поняла — мама ее обманула. Но Тэя совсем на нее не рассердилась из-за этого. Сложно злиться на того, кого уже нет рядом. Мама умерла. А вместе с ней в Тэе умерла и ее детская наивность. Взрослый мир оказался куда более жестоким, чем она себе представляла. А еще более жестоким местом оказался детский дом, куда ее забрали, после смерти матери.

Но об этом она тоже узнала позже. Первое время ей очень нравилось в приюте. Там вкусно кормили и тепло одевали. Правда, не всех, а только красивых детей. Тогда Тэя не понимала, отчего так происходит. Но вот она немного подросла и под опекой директора детского дома превратилась в красивую девушку-подростка. А потом наступил тот самый день и ее жизнь окончательно пошла под откос.

Она навсегда запомнила тот понедельник. Стояла осень. Над столицей Венесуэлы лил дождь. Тэя только вышла из общей душевой и собиралась пойти на завтрак, когда ее по громкоговорителю вызвали к директору.

Девочка подчинилась. Быстро нацепив штаны и футболку, она отправилась к нужному кабинету. Она всего пару раз была в этом месте, но дорогу знала хорошо. Она мечтала, что однажды ее позовут в этот кабинет и познакомят с новой мамой и с новым папой. Хотя Тэя была бы рада и одной маме. Она всё равно не знала, какого это иметь отца.

Когда она переступила порог, то увидела директора, а рядом с ней незнакомого мужчину.

Значит, только папа, — подумала тогда девочка. А затем услышала первые слова будущего отца.

— Красивая, — довольно оскалился мужчина. — А грудь какого размера?

— Второго, — ответила директор и тут же добавила. — Но она хорошо растет.

— Зубы?

— Все на месте. Тэя, открой рот.

Девочка повиновалась. В тот момент она находилась будто в тумане. Она наконец-то поняла свое предназначение. И от этого на душе стало нестерпимо больно. Хотелось кричать и биться в истерике. Но она вспомнила маму и сдержалась. Мама всегда боролась до последнего, она никогда не сдавалась. Даже на пороге смерти она улыбалась и своим примером показывала Тэе, как надо жить полной жизнью. Мама была сильной и Тэя в тот момент тоже захотела стать сильной, прямо как мама. Она сдержалась. И даже робко улыбнулась, когда мужчина похвалил ее стройные ноги.

В тот день дождь лил не только на улицах Каракаса, но и в душе одной маленькой девочки.

В тот день Доротея окончательно «сломалась» и ей на смену пришли сильная Дора и робкая Тэя.

В тот день Дар Божий обратился проклятием для всего Каракаса.

* * *

— Я все правильно делаю? — робко спросила удильщица.

Ее костяной рыцарь продолжал шерстить библиотеку. Точнее, пространство за стеллажами. А мы в это время охраняли удильщицу и ждали, пока появится красноголовый.

К тому времени все