Там, где водятся чудовища - Андрей Станиславович Нуждин

– Ну, видишь, как хорошо. В темноте не разобрал, кто перед тобой, и жив остался. А вот упыри как раз сдохли. Так что в следующий раз погоди помирать заранее.

– Чем он веревку-то перерезал? – пролепетал покрывшийся ледяным потом парень.

– Лапкой погладил, – ответил Старый. Он приподнял руку существа, взял за один из пальцев и нажал. Подушечка промялась, обнажая кривой коготь.

– Святые боги, – только и выдавил Мстиша. – Ты поаккуратнее! Поцарапаешься таким, заболеть можешь! Кто знает, что на тех когтях было! Экая пакость!

– Да не, это просто зверюга, пакость осталась там, за дверью. Погоди, у меня одна мысль появилась!

Светлобородый парень в ужасе отшатнулся, когда диверсант наступил на лапу и дернул ее на себя. Верхняя конечность упыря жутко затрещала и переломилась.

Острый обломок кости прорвал кожу, еще рывок, и «рука» от локтя до когтей осталась у Старого. Обрывок рубахи убитого упырями разбойника остановил сочившуюся кровь, длинные пальцы диверсант разогнул так, чтобы указательный и безымянный торчали вперед.

– Пойдем-ка, побеседуем, – хищно улыбнулся он.

Сталкер поднялся и пошагал к дому, Мстиша поплелся за ним. Кулак снова задубасил по вратам.

– А теперь прячься!

Парень послушно прижался к стене возле двери. Ничего не происходило, пришлось постучать еще. Наконец зазвенел замок смотрового окна, Старый тут же присел, вжался в створку.

– Эй, кто тут? Что надо? – недовольно проворчал молодой голос.

Диверсант приложил палец к губам, призывая невольного соратника сохранять молчание. Окошко захлопнулось.

Выждав немного, кулак вновь пробарабанил по двери. На этот раз окно распахнулось моментально.

– Да кто там балует, а?! – заорал привратник. – Покажись!

Ответа не последовало. С руганью хлопнула ставня, запор яростно вошел в паз. Сталкер что есть мочи замолотил прямо по окну.

На этот раз он еле успел спрятаться. Рычащий страж врат высунул башку в проем и застыл, прижавшись затылком к верхнему краю. В его носу торчали длинные упыриные пальцы, царапая когтями слизистую.

– Открывай, холоп, а то дальше засуну, – посулил давешний пленник, возникнув прямо перед лицом привратника. – Ну!

Ноздри бедолаги расперло еще сильнее, обнажившиеся когти причиняли боль. Здоровяк забыл дышать, на ощупь нашел засов и открыл дверь.

– Хороший мальчик. – Кулак Старого разбил ему височную кость, и страж свалился к ногам диверсанта.

Мстиша даже глазом моргнуть не успел, а незнакомец уже был внутри. Голосящие разбойники, похоже, погибали гораздо быстрее, чем ночные твари.

Жилистая «дубинка» отлично подошла и для колющих ударов, и для увесистых оплеух. В проснувшейся ярости Старый раздирал лица охранявших вход разбойников, протыкал когтями щеки, выдирая лоскуты кожи, ногами добивал упавших.

Мстиша шагнул за порог и поскользнулся в крови. Она была везде: на стенах веерами блестели красные капли, по полу из-под трупов текли лужи. Как ни странно, вид поверженных мучителей придал сил, и парень уже увереннее последовал за удаляющимся шумом.

Он нашел спасителя в зале со столами. Так же уютно пахло горячей снедью, но теперь утварь валялась разбитая вперемешку с бездыханными телами.

– С этими щенками покончено, больше не будут чудесный лесной воздух портить. Осталась парочка взрослых собак. – Сталкер повернулся к парню. – Мстиша, будь другом, поищи мешок с моими вещами. Ты его сразу узнаешь, он необычный такой. А я пока закончу зачистку.

Последнее слово Мстиша не понял, но не стал переспрашивать. Он вышел в коридор и отправился искать, где тут прячут барахло честных путников.

Приближающиеся шаги заставили парня нырнуть за свисающую со стены завесу и затаиться. Мимо протопали несколько крепких мужчин с обнаженными мечами в руках.

Когда они скрылись, Мстиша выбрался из убежища и засуетился, лихорадочно соображая, как предупредить нового знакомого. В конце концов он последовал за вооруженными людьми.

В зале позади единственного уцелевшего стола сидели неслабо потрепанные хозяева притона. Перед ними стоял диверсант с заломленными за спину руками. Рослый мужчина, одетый богаче остальных, подошел к Молчану и строго спросил:

– Это что за чучело? Новая жертва оказалась вам не по зубам?

– Чучело, – хмыкнул тот. – Он убил лесных духов и всех моих людей! Не появись вы, нас бы тоже порешил!

– А ты сам-то кто? – поинтересовался вдруг сталкер, обращаясь к старшему мечнику.

– Я-то? Меня зовут Волкашом, чучело, – лениво отозвался разбойник.

– Тот самый, что скармливает мирных путников упырям, а сам потом их шмотки торгует налево?

– Чудно как-то разговариваешь. Скармливаю не я, а вот эти добрые люди. Ну а ты как хотел? Место здесь тихое, благостное, лишь к ночи страх изо всех щелей выползает, тогда прохожие ищут местечко, где можно заночевать. Тут Молчан их и обирает до нитки.

– А упыри тоже есть хотят, – отозвался хозяин. – И если страшилищ этих не накормить, начинают ко мне в дом ломиться. Так что или ты, или я.

– Неплохая криминальная схема, – кивнул сталкер. – Честно жить ведь тяжелее, чем кормить шелудивых псов людьми, да? Любишь, говорю, посмотреть, как они путников разрывают? Били тебя в детстве, наверное.

Молчан побелел от ярости, заворчал угрожающе. Волкаш захохотал, запрокинув голову.

– Так что нет моей вины в том, что здесь творится. Я только покупаю вещи у уважаемых людей и продаю их другим людям, – приторно улыбаясь, продолжил главарь. – И это последнее, о чем ты спросил. Теперь я…

– Согласен, последнее, – перебил Старый и вдруг нырнул под мышку одному из держащих его мужиков. Тот попытался удержать захват, сам себе выкручивая руки. Рывок – и второй здоровяк налетел подбородком на неловко выставленный локоть, отчего выпустил пленника и почти потерял сознание.

Ошалевшие от происходящего разбойники не сразу бросились на одиночку, поэтому первый «конвоир» беспрепятственно получил сдвоенный толчок в горло и под плечо – и грянулся спиной о пол, выбывая из драки.

Следующий тать пробежал мимо отпрянувшего сталкера, его развернуло вслед за выкрученным запястьем. Разбойник стриганул в воздухе ногами, попутно сбив ими двоих своих подельников.

Захват, рывок – живой снаряд сносит соседа. Уклонение – и два бойца неловко хватают руками воздух, а потом, мешая друг другу, валятся на пол.

Новый противник взвизгнул, когда его выкрученный локоть глянул в потолок, даже на цыпочки встал. Остановившиеся разбойники изумленно наблюдали, как он, поскуливая от нестерпимой боли в руке, выполнял все, что хотел пленивший его одиночка.

Самый торопливый грабитель попытался рубануть мечом по открытой спине пленника, но на его месте вдруг возник «послушный» бедолага. Сталь застряла глубоко в его хребте.

Меч зарубленного врага вошел в живот его невольного убийцы и выскочил обратно, брызги крови на миг ослепили еще одного бойца. Шаг, поворот, голова улетает в угол.

Вот Мстиша еле увернулся от сжимавшей меч руки – кровавый обрубок повис