К. Джетер - Войны охотников за головами-1: Мандалоpский доспех

— Должна вас проинформировать, — донесся голос меддроидессы, — что дальнейшие повреждения будут иметь губительное воздействие на нашу способность выполнять основные функции на должном уровне.

Денгар продемонстрировал дроидессе бластер.

— Еще раз услышу о повреждениях, — устраню кое-кого с помощью магнита. Дошло?

ОНУ1-Би отшатнулась и наткнулась на коротышку-помощника.

— Понимание, — сообщил тот. — Законченность.

— Чудненько. Займитесь пациентом, — Денгар сунул бластер за пояс, посмотрел на Ниелах. — Ну как, нравится?

Девчонка сама не заметила, как расправилась с пайком Теперь она вылизывала металлизированную обертку.

— Ответишь на пару вопросов, — сказал Денгар, — получишь еще.

Девчонка смяла обертку в кулаке.

А я старею… Было время, когда его не волновали ответы на вопросы. Он вообще бы не опустил оружия, пока перед ним не остался лежать остывающий труп с выжженными мозгами. А все Манароо… Любовь — фатальная ошибка для охотника за головами. Кто-нибудь вроде Бобы Фетта мог выжить в этой игре лишь потому, что избавился от безнадежных и лишних эмоций. Смотреть на Фетта — даже когда он лежит без сознания — все равно что смотреть на оружие, на тяжелый десантный карабин, заряженный и готовый к стрельбе. Сними с него мандалорские боевые доспехи и обнаружишь под ними нечто равно смертоносное и непроницаемое. Денгар знал: в этом-то заключается разница между ним и охотником, которого Галактика боялась больше всех остальных. Денгар сумел сохранить свою душу — ее-то и разыскала Манароо и решила, не обращая внимания на колючий жесткий характер, связать с ним судьбу.

Манароо сама попросила жениться на ней, а он, смущаясь, сказал: «да». Ему не хотелось превращаться в несущую смерть машину со слепой, непроницаемой маской вместо лица.

Именно поэтому он отослал Манароо, как только они перенесли Фетта в убежище. Они не будут встречаться, пока дело не будет закончено. Денгар сознавал, как рискует тот, кто связывается с таким человеком, как Фетт. Старая Гильдия исчезла бесследно, оставив после себя нескольких крутых парней, у которых хватало причин сердиться на Бобу Фетта. Если они узнают, что он еще жив, то всей толпой ринутся на Татуин, чтобы прикончить его. И меня… Вспыльчивый трандошан Босск, естественно, возомнит, что тот, кто дружит с давним врагом, достоин немедленной смерти. Это маленькое убежище быстро заполнится трупами.

Хотя там, где риск, там и выгода. А выгода заключается в том, что Денгару позарез необходима возможность оплатить все долги, а потом жить с Манароо. Он хотел выйти из игры, а единственный способ выполнить это решение — продолжить игру. По крайней мере, еще несколько конов. А играть лучше всего вместе с сильным партнером. С Бобой Феттом. А главное: он сам предложил. Когда Денгар отыскал его на прожаренной солнцами пустоши, у Фетта хватало сил только, чтобы заговорить — не защититься. Денгар был готов оборвать его страдания, но задержал руку, услышав слова. Единственный козырь, оставшийся у него…

Очень сильная карта. Мы смогли бы договориться. Он и я. Недурная команда. И все зависит лишь от одной детали…

Не солгал ли ему Боба Фетт?

Фетт тоже давно зазубрил правила Он мог поставить на время — ему нужно время, чтобы залечить раны и придумать, что делать дальше. Эта мысль не давала покоя. История еще не знала случая, чтобы Боба Фетт работал с партнером; он всегда был одиночкой. Так с чего бы ему изменять привычкам? Фетт ничем не отличался от прочих охотников: дело есть дело. Просто в этом деле Фетт был лучше всех, вот и все. Гильдия — неплохое тому доказательство.

И когда силы вернутся, все может перемениться, фетт может не заплатить. Наградой за безопасность и жизнь окажется выстрел из бластера и дырка в груди, большая настолько, что пролезет кулак. Вся Галактика в курсе, как Фетт помешан на своих тайнах; его прошлое никому не известно и, похоже, таковым и останется, потому что все, у кого появлялась привычка ворошить его, приобретали билет в могилу.

Вот поэтому Денгар отослал Манароо. Одно дело, когда он рискует собственной шкурой… Денгар не хотел, чтобы любимая женщина закончила жизнь, глядя в черный зрачок бластера…

— Так что же ты хочешь узнать?

Денгар с трудом вырвался из сумрачных размышлений и посмотрел на девчонку, меряющую его жестким взглядом.

— То же, что и раньше, — он кивнул на вход в закуток. — Какая связь между тобой и Феттом?

Ниелах качнула головой.

— Я не знаю.

— Во как! — Денгар коротко рассмеялся. — Ты пролезла сюда — кстати, не самый умный поступок — и даже не знаешь, зачем?

— Я пришла все выяснить. Поэтому мне нужно поговорить с ним, — Ниелах посмотрела на вход, потом на Денгара — Поэтому я и оставила его там, где ты мог его отыскать…

— Стоп-стоп-стоп! Ты оставила? Она кивнула.

— Я нашла его. Но ничего не смогла для него сделать.. я бы не исправила то, что сделал сарлакк. Ему нужна была медицинская помощь. Я поставила на то, что ты о нем позаботишься. Что ты сохранишь ему жизнь.

— А почему он так важен для тебя? Он — охотник за головами. Ты — танцовщица. Что он с тобой сделал?

Вот чего Денгар точно представить не мог — так это того, что Фетт свяжется с женщиной. Этот почти что монах…

— Говорю тебе… я не знаю!!! Мне известно, что между нами какая-то связь, я не знаю, какая, что-то есть между нами двоими. Я поняла это, когда впервые увидела его. Во дворце, при дворе Джаббы. Когда жирный гад убил бедняжку Оулу… когда ее потащили на цепи… — Ниелах сжала обе руки в кулаки, но не смогла скрыть их дрожи; костяшки ее побелели. — Мы стояли там… мы смотрели… и ничего не могли сделать…

— И не смогли бы, — согласился Денгар с той же горечью, что кривила рот Ниелах. — Галактика — жестока.

Но девчонка была не здесь, не с ним, потерялась в воспоминаниях.

— А потом мы услышали ее крик… я не могла смотреть дальше. Я отвернулась. И увидела его. Он просто стоял в стороне… и смотрел.

— Охотники за головами, — сухо заметил Денгар, — приобретают привычку не вмешиваться в чужие дела.

Если только им не заплатят.

— А когда крики стихли, а Джабба и все остальные стали смеяться… он все еще был там. Как и раньше. И наблюдал, — Ниелах опустила ресницы. — А потом… случилось самое странное. Он повернул голову и посмотрел на меня. Прямо в глаза, — в ее голосе смешивались страх и удивление. — Через весь зал… как будто там никого не было, кроме нас. И я поняла, что нас что-то связывает Связь — не то слово. Что-то в прошлом. Я знала его имя. хотя никто не называл его мне. Вот и все, что я знаю…

— Ладно…

История заинтриговала Денгара. Чисто из практического интереса: если эта женщина что-то значит для Фетта, можно включить ее в сделку.

— Ты говорила о прошлом. Своем прошлом?

Девчонка кивнула, — Ну что ж, начало хорошее. Но ты ничего не помнишь, я правильно понимаю?

Еще кивок.

— Так как же ты очутилась у Джаббы Хатта?

— Я не знаю, — Ниелах раскрыла ладони, пустые и вздрагивающие. — Я не знаю, как я туда попала. Все, что я полдню, это Оула… и другие танцовщицы. Они помогли мне. Они показали… — ее голос стал мягче.

— … что делать.

Ей стерли память. Денгар видел признаки: смущение, страх, кусочки, осколки прошлого, чужое существование, просачивающееся по каплям… И процедуру не завершили. Память рассыпана по всему мозгу. Если выжечь кусок за куском, объект может погибнуть. Самый легкий, самый дешевый, способ убийства разумного существа. Итак, кто-то хотел сохранить ей жизнь… Фетт?

— Давай поговорим о твоем имени? Ниелах… Ты его помнила?

— Нет, так называл меня Джабба. Не знаю, почему. Но я знаю… — она хмурила брови. -… я знаю, это не мое имя. Мое настоящее имя… кто-то забрал его у меня… я не смогла., вернуть. Хотя очень старалась…

Каждое ее слово подтверждало подозрения Денгара, Ниелах — имя для рабыни, ей оно не подходило.

Аристократические привычки прорывались даже сквозь нынешний облик. Она бы не выжила… Хищники Дюнного моря обглодали бы ее кости, если бы в ней не жил дух бойца. События развивались бы по-другому, окажись она на месте Оулы. Девчонка не задумалась бы придушить старого хатта голыми руками.

У Денгара шевелились и другие подозрения, о которых он предпочел умолчать. Без Фетта не обошлось.

Должно быть, именно Фетт привел ее во дворец; вероятно, он же стер ей память. Вопрос только: зачем?

Хороший вопрос. Денгар не мог поверить, что так приказал ему Джабба. Хатт любил молодых и хорошеньких, но еще больше любил кредитки и не стал бы впутываться в похищение дочери какого-нибудь аристократа. То, что случилось с Леей Органой, произошло по ее собственной вине. Девчонке не следовало вламываться во дворец. Знатная девица со стертой памятью — совсем другое дело.

Значит, Фетт работал на кого-то другого. И в то же самое время явно получал деньги от хатта? Весьма сомнительно. Из собственного опыта Денгар знал, что охотники предпочитают брать один заказ за раз, так чтобы потом не пришлось решать серьезный вопрос: чьим деньгам оставаться более верным.