Игорь Негатин - Магистр

Ознакомительный фрагмент

Людей не хватало. Просто жуткий дефицит. Это при том, что в Сьерра не протолкнуться от безработных наемников. Мало кто хочет наниматься на службу к Черным Псам. Одни боятся, а другие нас просто не любят. Третьи и рады бы, но это или отморозки, или бездельники. С гномами дела обстояли гораздо лучше. После того как к Дарби прибыла жена, он готовился к очередному празднику – провозглашению рода.

Все наши планы обретут плоть и кровь лишь тогда, когда Дарби выйдет на площадь в окружении десятка побратимов и, произнеся какую-то жутко вычурную речь, стукнет о землю посохом. Этот день станет днем рождения клана. Будет составлена грамота с особой печатью, и во все гномьи кланы разошлют письма, извещающие, что Дарби стал главой рода Легионеров.

Конечно, признание рода придет не сразу. Главы семей и родов, получившие такую весть, ухмыльнутся и сделают вид, что ничего особенного не произошло. Не будет ни подарков, ни поздравлений. Наоборот, начнутся пристальное наблюдение и сбор информации о деятельности нового клана. Лишь год спустя кто-нибудь из старейшин примет решение поздравить Дарби. После этого пойдут разные закулисные игры, интриги и переговоры. Клан под опекой черных рыцарей – это не просто клан, а клан очень опасный.

Несмотря на неторопливость этого мира, такие новости разносятся очень быстро. Тем более что уже многие знали, что на службу набираются гномы-изгои. Не только воины, но и ремесленники. Даже сейчас, как утверждал Дарби, он с легкостью набрал бы еще сотню. Если в Мэше все пройдет по плану и удастся заработать немного деньжат, я дам на это согласие. Влетит это в шесть тысяч даллиноров в год. Три тысячи жалованье и три тысячи на содержание. Смогу создать пять отрядов по двадцать человек, которые перекроют все наши земли. Два отряда можно разместить на побережье и три в районе предгорья. Будь у меня денег побольше, я бы не сто, а двести нанял! Увы! Бедность, как говорится, не порок, а большой-большой грех.

С другой стороны, на одних гномов лучше не рассчитывать. Не спорю, бойцы они хорошие, но… сами понимаете. Чтобы держать армию в двести гномов, надо иметь за плечами сотню своих воинов. Нельзя класть яйца в одну корзину. Мало ли что… К каждому из этих гномьих отрядов, охраняющих мои земли, надо будет присоединить пятерых воинов из числа нанятых Мэддом.

Кстати, когда я рассказал об этой идее Димке, он долго веселился и предложил назвать этих контролеров комиссарами, выдать им по буденовке и кожаной куртке. Чтобы все было как в песне «И комиссары в пыльных шлемах…». В ответ я предложил Воронову оторваться от очередной служанки и сделать мне маузер. Чтобы… как в песне.

Пока шкипер со своей командой и наши спутники обустраивали место для ночлега, мы с Гэртом тихо разговаривали, прохаживаясь вдоль берега. Третий член нашей компании, о котором я расскажу немного позже, присел на прибрежный валун и нахохлился как мокрый ворон. Он чем-то напоминал эту птицу. Такие же черные глаза и неприятная привычка смотреть на собеседника немного искоса.

– Хорошая погода, – пробурчал Гэрт и попытался поплотнее закутаться в плащ.

Еще в Кларэнсе, во время нашего первого знакомства, я заметил, что его левая рука плохо слушается своего хозяина. Изуродованную кисть скрючило, и она стала похожа на птичью лапу. Гэрт пытался согреть руку под теплым шерстяным плащом, но, видимо, неудачно. Погода давала о себе знать.

– Мерзнет. – Он перехватил мой взгляд и тряхнул головой. – Особенно когда выхожу в море.

Гэрт провел ладонью по изувеченной руке, и мне стало немного неловко за любопытство. Будто специально намекнул на травму.

– Часто приходится путешествовать? – спросил я.

– Нет, не так уж и часто. Последний раз ходил морем год назад, в Крэйо, надо было доставить прах умершей… – Он запнулся и сделал невольную паузу. – Умершей женщины.

– Кто-то из ваших близких? Извините, я не хотел бередить старые раны.

– Этой женщиной была жена Робьена Кларэнса. Мать Мэриан.

– Я не знал, что он вдовец. Она болела?

– Просто пришло ее время. Все мы смертны, – неожиданно резко ответил он и замолчал. Судя по его взгляду, Гэрт питал к покойной не только дружеские чувства, но и нечто большее, чем в таких ситуациях не принято хвастаться.

– Прошу прощения.

– Все нормально, Серж! Тем более… Тем более что у норра появилась другая. Молодая и красивая. Скоро она станет его женой. Жизнь не стоит на месте.

Разговор прервался, и мы отправились к лагерю. Там уже разложили несколько костров и начали готовить ужин. Потянуло запахом мясной похлебки, напоминающей кулеш. Зимой здесь стараются готовить жирную пищу. Конечно, если доходы и запасы позволяют это делать.

Когда мы закончили ужинать и запивали похлебку горячим чаем, я смог незаметно рассмотреть нашего третьего спутника. Да, того самого, который так походил на ворона. Этот мужчина прибыл вместе с Гэртом. Ему около тридцати пяти, худощав, нетороплив, но судорожные движения его пальцев выдавали быструю реакцию и общую подвижность. Он теребил в руках какой-то непонятный амулет: черный камень в серебряной оправе, висящий на золотой цепочке. Узкое бледное лицо с впалыми щеками, на которых горел нездоровый румянец. Глаза серые. Одет в серый бесформенный балахон, напоминающий рясу монахов-францисканцев. Нет, дюнком он не был. Этот человек гораздо опаснее. Это маг, принадлежащий к четвертой, то есть высшей магической гильдии. Да, один из тех, кого называют совестью Асперанорра. Инквизиция. Судя по всему, нас в городке ожидала не просто кучка нежити, но и довольно сильный тадд-мэрр – скорбящий жрец. Еще один изгой. Враждебно настроенный и непредсказуемый.

После ужина мы выставили посты и отправились отдыхать. Я лег на кошму, разложенную неподалеку от костра, завернулся в плащ и попытался заснуть. Рядом храпел Гэрт. Вот уж кто спать мастер! Засыпает моментально. Вроде только лег, поворочался для приличия – и уже рулады выводит. Маг лег чуть позже. Он обошел наш лагерь по периметру и развесил какие-то охранные амулеты. В темноте они мерцали синеватым светом и навевали сон.

Все, пора спать! Я повернулся на другой бок и, пригревшись, заснул. Провалился в вязкий сон, как в омут. Без сновидений.

Ночью неожиданно проснулся. Открыл глаза, будто кто-то невидимый хлопнул меня по плечу. Огляделся и удивился. Мне показалось, что дежуривший у костра гном спал. Нет, он не заснул, а оцепенел. Какого дьявола?! Гном уставился на костер как завороженный. Это еще что такое?!

В лагере было тихо, но тревожно. Возникало чувство, что кто-то наблюдал со стороны, размышляя о твоей тушке как о раннем завтраке. Я медленно поднялся и взял оружие. У соседних костров та же картина! Дежурные смотрели на огонь как заговоренные и не реагировали на обращения. Если честно – стало не по себе. И вот кто-то невидимый, почувствовав мое состояние, послал еще одну весточку. Тихий знак.