"Фантастика 2025-64". Компиляция. Книги 1-23 - Сергей Александрович Богдашов

пропуская голубоватый кончик мимо себя. Его короткого движения мне хватило, чтобы понять — надо переходить на объёмные заклятья, точечное воздействие бесперспективно. Не поможет. Так что Хлыст я немедленно развеял и жахнул огнем, модифицированным Трезубцем, у которого вместо трех потоков пламени целых шесть, пусть и слегка потоньше. Вернее, сначала отскочил в сторону-назад, уходя от грозди ледышек, и только потом жахнул.

Заклятье бессильно разбилось о вовремя выставленный щит.

То ли Буяну надоело играться, то ли он выяснил всё, что хотел. Как бы то ни было, секунду спустя он использовал какой-то аналог моего Скачка, сократив дистанцию и вынуждая перейти в ближний бой. Чудом я успел слегка отступить, выигрывая драгоценные мгновения, чтобы достать меч из ножен, иначе бы тоже получил по башке и выбыл из строя. Почему не достал раньше? Потому, что не настолько я великий заклинатель, чтобы бросаться в схватке заклятьями без жестов. Стараюсь, кое-какие успехи есть, но избавиться от костылей тяжело.

Что можно сказать про поединок двух мечников? Ну, во-первых, фехтование всё-таки существует. В прошлом мире оно появилось веке в пятнадцатом-шестнадцатом, до того бойцы рубились между собой, в лучшем случае применяя некие «тайные» приёмы. Здесь своя специфика, вызванная наличием индивидуальных защит и прочей магии, в том числе завязанной на артефактах. Искусство всё же возникло, народ сообразил, что тактика «размахнись дальше — бей сильнее» работает не всегда, и начал разрабатывать теорию.

Во-вторых, каким бы прекрасным фехтмейстером ты ни был, если противник банально быстрее, он победит. Отсюда вытекает вполне логичное желание многих разумных опоясанных улучшать нервную систему и сухожилия со связками, наращивая скорость. Логике противостоит присущая мальчишкам любого возраста любовь к оружию и культ меча, существующий в воинском сообществе. Говоря по-простому, воины охотно тренируются, потому что им это нравится и это почетно. Ну и до определенной степени позволяет за счет мастерства нивелировать превосходство в скорости, это тоже надо признать. Опытные бойцы являются живым воплощением обоих направлений, они и шустрые неимоверно, и оружием машут умело. Что Буян и продемонстрировал.

Продержался я не более минуты, и, положа руку на сердце — прекрасный результат. Всё-таки мечник я слабый, а последнего моего противника с определенной натяжкой можно отнести к элите. Или я насчет элиты погорячился? Ладно, пусть не к самой вершине, но дружинники являются профессионалами, в то время как подобные мне, скорее, любители. Дружина постоянно дерется; обычные воины, даже состоящие в отряде, занимаются разным, берясь за любую достойную работу.

Сам поединок… Вот не вспомню ничего конкретного. Отражал удары, не столько видя их, сколько чувствуя, с которого направления летит узкая полоска стали. Пытался бить в ответ. Без особого успеха, хотя пару выпадов сделал. Под конец Буян окончательно перехватил инициативу и просто вышиб меч мне из руки, сильным шлепком по боку поставив окончательную точку в схватке.

— Хорош, — гридень убедился, что я себя контролирую и глупостей делать не намерен, после чего вложил клинок в ножны. — Ты на какой ступени?

— На второй.

— Мог бы легко на третью взойти, — заметил он. — Заклятья умело используешь.

— Позже. Есть причины.

Буян усмехнулся, глядя на то, как я с присвистом всасываю воздух:

— Ну, дело твоё. Хотя для ученика целительницы перекос у тебя странный. Ты уж наставницу не позорь, телом займись, а то дышишь тяжело, выносливости не хватает. Связки слабо отработаны, их тоже подтяни. На одной волшбе далеко не уедешь. А в целом — смог удивить, достойно держался. Подойди как-нибудь, покажу пару вещиц полезных.

Хлопнув меня по плечу, он кивнул Власу и пошел с ристалища. Необычное поведение. Я, возможно, параноик, но с подозрением отношусь к людям, на ровном месте беспричинно желающим мне добра. Или не беспричинно? Слухи о целительских талантах Веселы Желановны уже разошлись, к ней понемногу идет поток людей, по каким-либо причинам не желающих обращаться к местным врачам. Да и в принципе наладить контакт с человеком из свиты целого старейшины любой Обители полезно, в будущем такое знакомство может пригодиться. Тем более что неизвестно, от чьего лица Буян действует. Дружина — структура не чисто силовая, безопасностью первых лиц и выполнением деликатных поручений тоже они занимаются.

Впрочем, я могу ошибаться, приписывая Буяну скрытые мотивы. Не исключено, что он всего лишь захотел оценить перспективного новичка, вот и подошел, проверил. За совет ему в любом случае спасибо.

Расстегнув ремешок под подбородком, с наслаждением стащил шлем. Сейчас доспех сниму, и будет совсем хорошо; судя по ощущениям, нижнюю сорочку можно отжимать, настолько она пропотела. Этот короткий поединок измотал меня больше, чем три предыдущие, вместе взятые. Неудивительно, что к скамьям, где разместилась остальная компания, я ковылял неспешно, подволакивая ноги. Влас даже не спрашивал, хочу ли я продолжить — по мне и так всё было видно.

— Не печалься, ты хорошо держался, — встав и сделав шаг вперед, попыталась утешить меня Пожега.

Я только молча и, надеюсь, выразительно на неё посмотрел. Продержаться против старшего дружинника несколько минут, получить от него похвалу, уйти с ристалища на своих ногах — и расстраиваться? Вот уж чего делать точно не собирался.

Остальные опоясанные считали так же.

— Буян силен, — сообщил очевидное Милан. — Видел я, как он свой десяток гоняет. Забрел однажды на ристалище, где они занятия проводили, так Буян сразу от троих отбивался. Причем двое из тех на пятой ступени!

— А сам он которой? — тут же спросил Стоян

Наш гид призадумался и удивленно выдал:

— Вот не знаю! Не слышал ни от кого.

Лично меня официально заявленный уровень Буяна интересовал мало, я ориентировался на личные ощущения. По ним выходило, что дружинник всё же послабее деда Пересвета. Правда, следовало учитывать, что дед меня дрессировал часто, и иногда на занятиях открывался, показывая реальные способности, а не ограничивался только тем, что способен увидеть и понять молодой гридень. Буян же, по большому счету, не продемонстрировал ничего сверх минимального уровня, позволившего ему оценить «юное дарование». Ха! Вот зачем он бой так построил — хотел увидеть, насколько я с мечом хорош.

Он, конечно, прав. Надо на физическое развитие больше внимания обращать.

Пока я плескался в ближайшей бочке, смывая пот (чуть позже в баню схожу, пока так сойдёт), народ переключился на более животрепещущую тему. Обсуждали завтрашний пир. Ну, как пир? «Пирок», по мнению местных.

— На нормальный пир человек двести приходят, — рассказывал Милан. — Иногда и больше бывает. Многое зависит от того,