Владимир Контровский - Криптоистория Третьей планеты

Дракон исчез, а вместо него появился многоногий Серебристый Спрут, распустивший многочисленные, длинные, гибкие и цепкие щупальца; и взгляд его огромных круглых глаз был вдумчив и внимателен.

«Ваше творение, Аббат, древнейшее из привнесённых вами в этот Мир, — подумала дочь Таэоны. — Таких Спрутов здесь несколько, но суть у них у всех одна: почти все ведущие религии Третьей основываются на бренности и никчёмности земного бытия и заманчивости загробной жизни. Дракон — было дело — пообкусал Спруту щупальца, зато теперь Красный избегает объятий Серебристого: времена настали другие. А Спрут — спруты — тут же оживились: людям нужно во что-то верить, и притом верить искренне…»

Звери сменяли один другого: хищные и миролюбивые, доброжелательные и злобные, крупные и помельче, всех цветов и форм. Скользкая зубастая Змея терроризма и поднявший колючки Ёж антиглобалистов, облачённый в ржавые скрипучие доспехи Рыцарь-Призрак имперских амбиций и неуёмной тяги к власти — это астральное создание правило здесь в течение веков и тысячелетий, да и сейчас, пожалуй, кое на что ещё способно; лениво жующая что-то Овца потребительства, рвущиеся куда-то Синие Птицы исканий и творчества и поблёскивающие злыми глазками Крысы стяжательства и преступности. И прочие, и прочие, и прочие…

Иногда в окраске Зверей проявлялись следы магии той или иной Высшей Расы, и несколько раз прошили «зверинец» быстрые чёрные нити — следы присутствия Тёмных Магов там, на Третьей. И сновал между многоликими Зверями изумрудно-золотой Паук с чёрным отливом, неутомимо выплетая свою клейкую бесконечную паутину, и дрожала над всем несметным скопищем золотистая дымка — аура Демона. Однако сам Монстр упорно не желал явиться, он сопротивлялся, и это тревожило Звёздную Королеву: значит, этот самый опасный Зверь становится всё сильнее и сильнее, коль скоро он уже может противиться могучей магии Хранителей.

Видение стало блекнуть — явленного достаточно для того, чтобы оценить.

— Я слушаю вас, Маги, — сказала Эн-Риэнанта, погасив видение. — Желавший видеть — видел, а теперь пришло время слов.

— Мы не видели Демона, зато я видела нашу Сеть. Мы свяжем его, Королева! — Хэсти несколько наивна, но она свято верит в конечное торжество Жизни, и это хорошо. А зелёная паутинка Заклинания Сети — Королева её тоже видела — ну что ж, может быть, она как-то подействует на Монстра. Жаль только, что заклятья Садовников так медлительны.

— Концентрация разрушительных тенденций в этом Мире явно повышена. — Крухх осторожен, и это понятно: в Эксперименте Тллеа он принимал самое активное участие. И ему сейчас стыдно — в той мере, в какой стыд присущ эскам. — Мне пока затруднительно окончательно сформулировать моё мнение, Звёздная Владычица.

«Ну ещё бы! — Королева ощутила нечто очень похожее на злость. — Ты вообще сейчас предпочёл бы оказаться за тридевять Миров отсюда! Нет, милый, сиди и смотри на дело своих заклятий! И думай, как и что ещё можно исправить!»

Серебряный Маг молчал, словно для него не было здесь более важного дела, чем внимательное изучение переплетения граней Кристалла, вновь ставших видимыми.

— Чёрных эсков мы выловим, — уверенно произнесла Спасённая. — Они стали хитрее и меняют свои предпочтения, не задерживаются возле одного какого-то эгрегора, но мы их всё равно выловим — так или иначе. — Эйви не разбрасывается, она поставила себе конкретную задачу и будет её выполнять.

— На Третьей идёт Битва Эгрегоров, это ясно. Определено обычное для всех Разумных Рас противостояние Добра и Зла, и я не вижу оснований для жёсткого вмешательства. — Грольф мыслит широкими категориями, не вдаваясь в подробности — Глава фратрии всё-таки. Однако вот о Монстре он ни слова не сказал.

«Что-то с ним странное творится… Не обратил ни малейшего внимания на Магиню-Дарительницу, — а она явно этого добивается! — Эйви за всё время Консилиума и взглядом не удостоил… Интересно, и очень на него не похоже…»

Мелкие мысли не мешали и не отвлекали Эн-Риэнанту от главного: они появлялись просто автоматически, как свойство сознания истинной Инь-Ворожеи, остающейся таковой всегда и везде — хоть под Лавиной Хаоса.

— С позволения Королевы Пяти Доменов, нам хотелось бы поохотиться в Астрале Третьей планеты. Нет, я не намерен загарпунить Красного Дракона или там… — быстрый взгляд на продолжавшего хранить отрешённое молчание Аббата, — …другую какую крупную дичь, но вот хищных лярв мы постреляем с превеликим удовольствием. Их там немеряно развелось, Владычица, и аппетит у них отменный. — Тан Янтарных предлагает внести свой посильный вклад, который по плечу Викингам.

— Не буду скрывать, Королева, моё появление здесь напрямую связано с полученным мною приказом. И приказ этот я получил потому, что Алые Маги обеспокоены. В этой Битве Эгрегоров есть один участник, — я несколько удивлён, что Глава фратрии Ночи обошёл этот очевидный факт молчанием, — который куда опаснее всех вместе взятых лярв, порождённых обитателями Третьей за века. Если его активность и способности зафиксировало наше Око…

«Значит, я была права — они заметили Монстра…»

— …то мы имеем дело с потенциальной опасностью высокого уровня. И мы, стражи Дорог Миров, не преминём вмешаться, если эта опасность приобретёт реальные черты.

«Солдат Алого Ордена всегда солдат — для него полутонов и оттенков не существует. А вмешательство у Магов-Воителей всегда самое радикальное — тому тьма примеров. Но какого Хаоса молчит Всеведущий? Я ведь умышленно — явив Спрутов — дала ему понять, что Голубые Хранители не питают никаких иллюзий относительно степени влияния Познающих на Третью планету…»

— Доблестный Капитан, — на подобных Консилиумах по традиции последнее слово всегда оставалось за Звёздными Владычицами, и поэтому дубль-копия Селианы заговорила перед тем, как настанет черёд самой Королевы, — в первую очередь ответственность за всё происходящее в наших Мирах лежит на нас, и ни на ком другом. Вот если мы обратимся к вам за помощью — тогда пожалуйста, действуйте!

— Бывают ситуации, досточтимая Мудрая, когда мы вправе сами решать, пора нам вмешиваться или же нет, и ты это прекрасно знаешь. Сколько раз бывало, когда твои сёстры из других доменов Хранительниц запаздывали, не будучи способны достоверно оценить степень возникшей угрозы или движимые ложными эмоциями? У нас, Истребителей Зла, куда больше опыта в таких делах. Хотя мнение Звёздной Владычицы и будет принято во внимание — мы чтим законы эсков, — Капитан Алых слегка поклонился Эн-Риэнанте, — но если Монстр потянется к соседним Мирам и к сцепленным Реальностям (что он, похоже, и намеревается сделать), а вы так ничего и не предпримете, Орден вмешается. Именно поэтому моя когорта теперь будет постоянно находиться здесь, поблизости, с вполне чёткой и ясной боевой задачей.

Эн-Риэнанта не питала чересчур тёплых чувств к Третьей, но ей сделалось не по себе, когда она на миг представила, что будет с этим злополучным Миром, если Алые Маги-Воители начнут выполнять свою боевую задачу. Сто шестьдесят девять лучших магических воинов Познаваемой Вселенной — более чем достаточно, чтобы сотворить всё, что угодно чуть ли не во всей области Миров Объединения Пяти. Нет, этого она не допустит: хотя бы потому, что там, в этом самом Мире, пребывают Первичные Матрицы Натэны и Эндара, и очень на то похоже — воплощённые в обитателях этого злополучного Мира.

И тут наконец-то подал свой голос Адепт Слияния; и голос этот был шелестящим, словно древний пергамент или высохшая змеиная кожа.

— Соотношение Добра и Зла в том или ином Мире, — вкрадчиво произнёс серебряный эск, — взвешивается на точнейших Весах Вечнотворящего, и результат этого взвешивания непререкаем. Я не собираюсь таить ни от Королевы Валькирий, ни от её Мудрой, ни от всего Консилиума, что мы, Серебряные, давно занимаемся этим Миром и достигли там многого. На силки всяких там охотников наши, с позволения сказать, спруты и внимания не обратят, — Аббат тускло посмотрел на Тана Тэльфа, — ловите себе мелких лярв, Странники. Но речь не об этом. Если Чаши Весов над Миром Третьей качнутся в сторону Тьмы, нам хотелось бы, чтобы Мир этот отдали нам, Магам-Всеведущим. Грядёт Великая Волна Слияния — девятая, что повторяется каждые четыре тысячи стандартных лет, — так пусть же Неудавшийся Мир уйдет на её Гребне! А солдаты Алого Ордена постреляют по другим мишеням — Познаваемая Вселенная необъятна, как необъятен Разум, сотворивший её такой, какая она есть.