Фантастика 2025-64 - Сергей Александрович Богдашов

младших ходить станешь, от заданий не отказывайся. Любых. Чем больше пользы принесешь Обители, тем лучше. Да и потом не пропадай. Понимаешь, о чём я?

Встав, я молча до земли поклонился. Чего ж тут не понять! В любой серьёзной организации достигнуть сколько-нибудь значимого уровня можно, только имея протекцию. Исключения редки и мимолетны. Своим советом Весела Желановна чуть ли не прямым текстом сказала, что я могу на неё рассчитывать и что, если не остановлюсь в развитии и буду приносить пользу, Обитель меня отблагодарит. Отныне здесь есть те, кто готов замолвить за меня слово, и только от меня зависит, насколько это слово окажется весомым.

— Удачи и упорства тебе, Тихомир, — взмахом руки отпуская меня, пожелала женщина. — Не оступись.

Оформили меня быстро. Буквально на следующий вечер приняли клятву у малого алтаря, выдали значок, нарукавную повязку, представили назначенному десятнику. Принятие в дружину давало многое. Возможность заниматься на закрытых ристалищах; отсутствие необходимости платить за обычные уроки и скидку на оплату дополнительных курсов; право обращаться к служителям и старцам низшего ранга с вопросами. Взамен приходилось периодически дежурить на рыночной площади и других публичных местах, или выполнять иные, не особо хлопотные поручения. Уверен, позднее от меня потребуют нечто более серьёзное, но пока так.

Чем заняться в Березове? По большому счету — нечем.

Театров, музеев, выставок произведений искусства тут нет. Художники малочисленны и обслуживают элиту, рисуя портреты или вырезая статуи для украшения богатых домов. Иногда расписывают стены в Обителях или иных публичных зданиях, в них народ приходит, любуется. Есть аналог кино, но удовольствие это дорогое и не для всех, к тому же показывают исключительно документалки — воспоминания участников.

На ярмарках можно увидеть представления кукольных театров. Репертуар слабоват. Впрочем, на ярмарках много чего можно увидеть, начиная от состязаний стрелков и заканчивая уличными фокусниками-скоморохами. Кто-то из них в обычные дни является ремесленником или перебивается случайной работой, другие кочуют из города в город круглый год за исключением зимы.

Развито хоровое пение, причем существуют профессиональные труппы, выступающие на пирах. Танцевальных трупп нет, хотя лучшие из певческих вводят элементы действий в перерывах, так что лет через сто-двести, возможно, дело дойдёт до полноценных представлений. Отдельных певцов тоже нет. Сказителей много, некоторые из них довольно известны и популярны.

Собачьих боёв не устраивают за неимением собак. Вот странно — кошек много, а от собак осталась только память народная. Дескать, были такие в изначальном мире, да померли. Причем ругательства в языке сохранились, слово «сука» считается страшным оскорблением.

Таким образом, из развлечений у нас игра в зернь, то есть кости, учеба и петушиные бои. Последние — удовольствие сильно на любителя. Ах да, ещё кулачные бои, к которым в воинской среде относятся с пренебрежением. Совершенно правильно делают. То, что меня кулаки пару раз выручали, не более чем везение в сочетании с особыми обстоятельствами.

Ещё можно спиваться потихоньку. Так себе перспектива.

Всё свободное время я проводил или в учебных классах, или на ристалище. В воинских навыках меня натаскивал дед, кажется, воспринимавший избиения внука в качестве релаксации. Что-то у него не получалось, а что именно, он не говорил. Поэтому каждый вечер он возвращался из города, призывно махал рукой и шел на небольшую площадку в глубине подворья, где выбивал из меня пыль, заставляя выкладываться на полную. Я бы давно взвыл и попытался увильнуть от оказываемой чести, если б не понимал, насколько ценный опыт мне передают. К своим семидесяти годам дед подошел к черте, отделяющей шестую ступень от седьмой, переступить её мешали отсутствие толковых наставников и денежный вопрос. Стимуляторы для роста сформированного божьего сплетения стоят дорого, а без них оно развивается на данном этапе медленно.

С утра меня ждала Обитель. В основном слушал лекции старцев, хотя периодически приходилось выполнять те или иных их необременительные поручения или просто занимался в одиночестве. Кстати, мой рассказ об Обители Отверзающего и практикуемых в ней методах Весела Желановна выслушала с большим интересом. Информация в слухах и пересказах до неё доходила и раньше, я оказался первым её знакомым, кто лично посетил Отверзающего и беседовал с его служителем.

А потом меня настиг быт. Постепенно начала заканчиваться денежка.

Опоясанный значит взрослый, взрослый должен содержать себя сам. Тот факт, что я живу в доме отца и матери, значения не имеет, потому что я не женат. Нормой в таких случаях считается выполнять тяжелую мужскую работу и давать какую-то сумму матери на пропитание. Можно, в принципе, не давать, просто если узнают соседи, относиться начнут чуть хуже. Это не позор, а легкое пятнышко на репутации.

Проживание в Березове стоит денег. Все приезжающие в столицу представители сотни и их семей скидываются и оплачивают услуги поварихи, скотника и другой обслуги. Выходит дешево, однако траты постоянные. Плюс расходы на снаряжение, на оплату лекций, какие-то мелкие покупки — и в итоге оказывается, что пузатый недавно кошелек постепенно становится всё легче и легче.

— Никто в охрану лишний меч не ищет? — спросил я Завида вечерком. — Мне бы наняться куда.

— Не, не слышал, — порылся в памяти друг. — Сейчас много кто из гридней наняться хочет, мигом прибегают, едва о свободной вакансии узнают. Границы с тьмой ведь почистили.

После локальных геноцидов, устроенных боярскими дружинами чудищам, рядом с темными лесами стало намного спокойнее. Как следствие, высвободилось большое число профессиональных воинов, отправившихся в столицу на заработки. В городе образовался избыток боевой силы, ищущей, куда бы себя применить.

— Зря с Остромиром не поехал, — с умным видом сказал Завид. — С ним бы заработал.

— В Булгарии я уже был. Хочется чего-то нового.

— Можешь подождать, пока кто-то из наших в Бело Озеро отправится. Вроде, Твердята собирался, — он поскреб затылок и внезапно выдал. — А вообще, поговаривают, Огнеяр Путятич ватагу собирает, роднинцев пощипать. Не хочешь в поход сходить?

Хороший вопрос.

Стычки на границах разных княжеств — обычное дело. Соберется сотня-другая бойцов и идёт в набег, разорять селения и угонять холопов. С той стороны, соответственно, набег пытаются отразить, а через пару месяцев организуют ответный визит. Занимаются этим все. На мелкие столкновения центральная власть не обращает внимания, только в особых случаях отправляя грамотку с предупреждением, что, мол, у нас с теми-то отныне мир, так что от драк воздержитесь. На какое-то время предупреждение действует, потом кровавая круговерть начинается заново.

Иногда в сопредельные (или не очень сопредельные, всякое бывает) земли организуются серьёзные походы. Ядром их выступают дружины крупных бояр. К примеру, обидел князь Берестья боярина из Мстиславля,