Фантастика 2025-97 - Владимир Георгиевич Босин

Аргументы красно-золотые и компания понимали, принимали, но сидеть спокойно мешала бурлившая в подростках энергия. Особенно мощно проявлявшаяся в те дни, когда приходившие «с воли» новости сообщали о новых проблемах Пожирателей.

Неназываемый, при всём его могуществе, чисто физически не мог присутствовать везде. Не говоря уже о том, что далеко не все вопросы можно решить силой. Выручавшие его на начальных этапах карьеры хитроумие и харизма ему изменили, или верны предположения о психических проблемах – в любом случае, подгорало в Британии всё чаще и чаще. Например, уже после Рождества стало известно о неудачной попытке захватить Кингсли Шеклбота, вроде бы ставшего новым главой Ордена Феникса. Кингсли, хоть и происходит из побочной ветви, в Британии хорошо известен и уважаем, наши консерваторы даже не гнобят его за то, что в нём три четверти арабской крови. Провал его поимки, во-первых, привел к очередной волне отставок в Аврорате, во-вторых, ещё сильнее накалил отношения между Министерством и Шеклботами, в-третьих, выходцы из Магриба заволновались. Их у нас не особо много проживает, но на них завязаны кое-какие важные поставки из того региона, ещё школа призыва у арабов очень хороша, сильные колдуны есть.

Короче говоря, народ… Насколько частично клановое и в чем-то родоплеменное общество можно назвать народом… Так вот, народ роптал, сопротивление ширилось, в ответ власти усиливали напор репрессий. Прав у министерских становилось больше, равно как и запретов. Зато безопасности – меньше. Процесс обнищания и маргинализации мы оценивали наглядно, на примере Хогсмида, где с каждым выходным росло число подозрительных оборванцев. Кафешки и магазины, в свою очередь, закрывались либо обзаводились защитой от воров. Счастье великое, что Снейп отреагировал быстро, запретив младшекурсникам посещение деревни. Тем же способом он под видом наказания обезопасил некоторых старших и активных школьников, вроде Джинни Уизли и Луны, за что его ненавидели ещё сильнее.

Всё-таки Гриффиндор неисправим. Они ведь анти-Пожирательскую вечеринку организовали.

Подростки есть подростки, они с восторгом примут всё, что угодно, лишь бы в тайне и нарушая запреты. Поэтому после того, как Снейп восстановил действие одного из декретов Амбридж, — условно названного «больше трёх не собираться», — они решили назло администрации отпраздновать какое-то событие. То ли разгром неизвестными банды егерей, то ли успешный подрыв школьного туалета, то ли просто хотели надраться во славу Святого Поттера, не готов сказать. Гриффам хватило ума не проводить праздник в основном здании замка, поэтому они уговорили Хагрида предоставить под сходняк один из пустующих загонов для животных. Здание почистили, мебель трансфигурировали, горячительных напитков и еды притащили, стены украсили карикатурами на Снейпа и Кэрроу, под потолком развесили фонарики – словом, хорошо подготовились. Не учли только того факта, что толпа учеников, малыми группами тянущаяся в одну сторону, неизбежно привлечет внимание.

В разгар вечеринки на огонёк заглянул Амикус с группой поддержки. Неизвестно, чем бы дело кончилось, скорее всего, очередными отработками участникам, но вмешался поддатый Хагрид. Учитель-лесник бросился защищать подопечных и в порыве высоких чувств разметал представителей администрации, попутно расхреначив здание. В смысле, оно развалилось, у него в стене здоровенный пролом и крыша рухнула. Школьники, не будь дураки, испуганными мышами порскнули в разные стороны, арестовать никого не вышло, сам Хагрид тоже свалил в Запретный лес и теперь живет там. Уроки ведет приглашенный специалист из драконьего заповедника на Гебридах. Кеттлберн и Граббли-Дерг отказались.

* * *

Из семикурсников на пасхальные каникулы никто домой не отправился. Последний год же, дел полным-полно. Лично я планировал большую часть времени посвятить подготовке к ЖАБА и выполнению хотелок моих родственников, но разговор с Гринграсс заставил заняться кое-чем другим.

Слизеринцы в этом году плотно оккупировали нашу гостиную – не в смысле постоянно сидели, а часто появлялись. Вероятно, когда в своей находиться становилось совершенно невмоготу. Мы даже попросили Флитвика расширить пространство Башни, чтобы не тесниться. Слишком частое появление чужаков на нашей территории, в стане интровертов, нравилось далеко не всем, но народ приходил адекватный, вел себя прилично, мог рассказать нечто интересное и полезное, так что со временем ненавистники смирились.

Гринграсс проводила у нас не менее одного вечера в неделю, обычно приходя вместе с Дэвис, Мерфи или кем-то ещё из своей свиты. Общались они в основном с девушками, не чураясь, впрочем, и простых парней вроде нас с Артуром. Именно из этих разговоров мы узнавали о положении дел на Слизерине, и не сказать, что всё услышанное радовало. С другой стороны, далеко не всё расстраивало. Иногда такие посиделки имели последствия в виде наложенных проклятий, переломанных костей, подлитых зелий либо, наоборот, внезапно полученной помощи от нежданного источника. Старшие курсы интриговали всегда, причем не только со змеиного факультета – те, скорее, живут интригой, это их образ жизни. Однако в наш выпускной год накал страстей, сложность и плотность закручиваемых комбинаций вышли на совершенно новый уровень.

К счастью, Гринграсс уже достаточно освоилась и понимала, когда не нужно говорить иносказательно.

— Думаю, ты помнишь, Стивенс, в прошлом году у нас состоялся разговор по поводу ситуации с мисс Вейзи.

Вейзи. Вейзи. Кто такая Вейзи? Ах, Вейзи!

— Милашка-первокурсница и её волосы?

— Да, она. Мне неприятно говорить, но, кажется, твои опасения тогда не были беспочвенными.

Гринграсс замолчала, мне же захотелось выругаться. Вот так и знал, что та история с Малфоем, обороткой и бдением у Выручайки в виде маленькой девочки двух здоровенных лбов не пройдёт бесследно.

— Крэбб или Гойл? – с мрачными предчувствиями вопросил я. – Или оба?

— Крэбб. Мари пожаловалась, он не даёт ей прохода. Да я и сама вижу, как он на неё смотрит.

— То есть всё плохо.

Девушка согласно прикрыла глаза.

Если бы Крэбб попытался в своей грубоватой манере приударить за сверстницей, я бы ему слова не сказал. Ухаживает, как умеет. Однако Мари Вейзи учится на втором курсе, ей всего двенадцать и внешне она – чистый ребенок. Чтобы испытывать к ней сексуальный интерес, на что намекает Гринграсс, нужно быть педофилом.

И ведь не вмешаться нельзя. Сам помочь обещал.

— Она на каникулы домой уезжает? – слизеринка молча кивнула. – Хорошо, Гринграсс, я всё понял. Разберусь.

— Спасибо.

Часть каникул ушла на разработку плана. Беда в том, что Крэбб – не Уэбб, пусть фамилии и похожи. С ним поступить так же нельзя. Род Крэббов стар, даже древен, у него свои обширные владения, ему служит небольшая армия боевиков, с ним породнились едва ли не все лендлорды