Право на меч - А. Л. Легат

Ристалище Крига, предпоследний бой турнира

Может, Восния уже начала меня портить: еще немного, и начну опаздывать даже в нужник. Касс из Квинты оказался возле ристалища раньше, чем я. Он стоял посреди коридора, будто отбившийся от стада ягненок. И казался куда младше меня: русые кудри, глаза навыкате, вечно дрожащая нижняя губа. Воснийцы выводили детей на манеж, пихали в бордели, губили на покосе…

Я снял перчатку и вытер пятно с бригантины. Криг отмыть не получится. И выиграть бой, испытывая жалость, – тем более. Я не был виноват в том, что воснийцы не учились стоять за себя против парных мечей. И держали молодняк за скотину.

Мимо Касса я прошел не здороваясь. Юноша меня признал. Возможно, видел в прежнем бою и оттого запомнил. Его круглые глаза сделались еще больше, а челюсть отвисла. Так смотрят на стаю бешеных псов.

Нет, дело тут явно не во мне…

– Молодой господин.

Чуть не дернувшись от знакомого голоса, я обернулся. И выдохнул. Полторы недели назад мы с Вардом жали друг другу руки. Скорее друзья, чем враги. Люди Симона и правда держат свое слово, если и ты держишь свое. Бояться нечего.

Нечего же, так?

– Доброго дня. – Я кивнул и остановился.

Вард настиг меня за два шага. Возможно, ему бы стоило поливать те несчастные цветы под самым потолком зала.

– Можно вас на пару слов?

Я заметил, что Вард не принес мечей.

Мы отошли подальше от толпы зевак. Вард сильно наклонился, положил мне руку на плечо, словно заботливый отец.

– Сегодня вы должны проиграть бой, молодой господин.

– Что?..

Вард состроил скорбную рожу и закивал. Я невольно обернулся в сторону мальчишки Долов.

– Я? Проиграть?.. Кассу?! Этому бестолковому, беспомощному…

Я сдержал гнев. Кажется, кто-то нас услышал. Варда бы и землетрясение не смутило.

– Так вам просил передать господин Симон.

Я открыл рот и снова его захлопнул, не подобрав слова. Вскинул подбородок, уставился Варду в глаза.

– Это что, злая шутка? Симон говорил, что…

– Вам вернут взнос за участие. Все десять золотых. Только не наделайте глупостей, молодой господин. Второе недопонимание будет сложно разрешить, верно?

– Я прибыл в Воснию, чтобы побеждать, – процедил я.

– Поверьте, нет такого человека на целом свете, который бы желал поражения.

Теперь и я ничем не отличался от Касса – стоял как болван и таращился на спину Варда.

Болван на очень коротком поводке.

Ристалище в Криге, начало схватки

– Не позволяйте глазам обмануть вас! – надрывался смотритель боя. – Касс из Квинты уже водит за собой сотню! А сам стоит двух!

Я проверил ремешок на голенище, чтобы хоть немного занять себя делом. И хоть как-то удержаться на месте.

Напротив меня стоял воснийский ребенок со светлыми кудрями. Саманья был бы вне себя от ярости: кто бы ни одевал и ни готовил мальчишку к бою, сделано это было отвратно. Я с другого конца ристалища видел, что крепеж на защите давно расшатался у запястья, шлем великоват, а скимитар слишком тяжел для его роста.

Я бы не постыдился пасть во втором бою перед умелым эританцем, который оставил на мне два касания. Оставил не только потому, что я был избит людьми Варда. Боец из когорты знал свое дело и изучил мои приемы лучше, чем все званые умники из Долов и Восходов.

Но сдаться сопляку из Квинты? Такого уговора не было. И если Вард думает, что все ему дозволено, то…

Касс так волновался, что чуть не выронил скимитар из рук.

«Симон, видите ли, просил передать!» – скрипнул я зубами. Переступил с ноги на ногу. Гребаный бой так и не начался.

Смотритель нахваливал, как по заказу:

– Наследник Квинты уже выступал в прошлом сезоне, собрав три победы из пяти…

Мальчишка, кажется, совсем скукожился от лести.

Я всем взглядом передавал, что Кассу лучше бы грохнуться в часовой обморок, чтобы не пострадать. Достал керчетту из ножен, провел ладонью по долу.

Я им что, собака на цепи? Пусть запихнут свои взносы себе в глотку!

– …рассудит сила! – сказал смотритель, и тут же ударили в пластину.

Керчеттам выпал черный цвет.

Касс стал приближаться на негнущихся ногах. Я попросил у Матери двойного солнца еще немного терпения, чтобы не зарубить мальчишку на месте.

Боги и святые меня явно не слышали.

– Извините, но я смотрел ваш бой, и, честно признаться, – залепетал Касс, встав на расстоянии трех клинков от меня, – я ваш большой поклонник!

Я шумно выдохнул в прорезь шлема. Трижды Мать двойного солнца…

Мальчишка продолжил унижаться:

– Для меня настоящая честь сражаться против умельца из…

Левая керчетта легла в мою ладонь, будто напрашиваясь в драку. Я дал ей волю. Касс чуть не подавился, отскакивая в сторону. Я загонял его, как лисица куропатку. Отвел скимитар левой, довел мальчишку до забора, пнул под колено и оставил уродливую черную полосу на блестящей стальной спине.

– Касание, – заметил смотритель. – Излом ведет!

Я даже не вспотею с этим увальнем. Лидер сотни, наследник Квинты, вежливый подонок, папаша которого купил исход боя…

Десны заболели, и я чуть не прикусил язык.

– Вставай! – я крикнул на бездельника Долов.

Мальчишка распрямился и попятился, как хромая кобыла. Я бил вполсилы, проклиная идиота, которого приставили подобрать доспех для мальчишки. Я даже не был уверен, видит ли меня Касс: он неловко водил головой, отступая. Оставлял борозды в песке, чудом не падая. Придерживал левой свой дурацкий шлем…

– Казнить твоего наставника мало, – прошипел я, сделал финт, выбил скимитар из пухлых пальцев.

И без сильного замаха врезал по чужому запястью.

– Два касания! Едва поднялся, вы только поглядите! Неужели…

Я не слушал смотрителя и плевать хотел на трибуны. Стоило бы подойти к этому слабаку и треснуть его мечом по пухлому бедру. Но я стоял и качал головой.

Подумать только. Мои плечи затряслись от беззвучного смеха.

Касс всхлипнул, потер руку, будто я ударил его в полную мощь. Ссутулился и поплелся за скимитаром.

Я не мешал, пытаясь унять странное веселье.

– Это моя вина, господин, – тихонько произнес Касс, подобрав скимитар. – Прошу, не вините моего учителя…

Касс из Квинты стащил шлем, как последний балбес. Я цокнул языком: не хватало еще выбить ему глаз или подрезать ухо.

– Проиграть вам – честь! – выкрикнул он, и я увидел, что мальчишка почти плачет.

«Одолеть тебя на турнире – что отлупить гуся лопатой».

Цирк. Манеж. Позорище.

Я погнал мальчишку вдоль правой стороны ристалища. Слушал, как Касс всхлипывает и вдыхает ртом.

«Сотню индюков