Корона пепла - Мара Вульф

Однако он, как обычно, думал только о себе и собственных нуждах. Я не совершу такую же ошибку с Нефертари.

– А никто из вас не спросил себя, как Сет распутал такой сложный заговор? – подает голос Гор. – Все это время он провел у Ра, а теперь пытается стравить нас друг с другом.

– Я тоже задавался этим вопросом. – Глядя в полные ожидания лица, я надеюсь, что не ошибаюсь. В этом отношении мне больше нельзя допускать промахи. Ни одного. – Тот навещал Сета в ссылке, а Тот был единственным другом Соломона.

– Думаешь, он тоже втянут в заговор? Не может быть, – произносит Намик. – Он мудрейший из богов. Его не интересует власть, только знания. – В словах управляющего слышится благоговение.

«Да тут кто-то втюрился», – язвит Гор у меня в сознании.

«Захлопни пасть».

Обидевшись, он замолкает.

– Нет, мне так не кажется. Я предполагаю, что со временем Тот догадался обо всем. Вероятно, по какому-нибудь неосторожному замечанию Осириса или Исиды. Он приходил к Сету в изгнании. Он передал Осирису ремень Соломона, а вместе с ним и первую зацепку. И он же привел душу Малакая в пещеру, чтобы брат попросил Нефертари остаться. Он стоит в стороне и дергает за ниточки.

– Но Осирис был главным богом Эннеады. Его голос имел наибольший вес в совете аристоев, – шокированно откликается Намик. – Зачем ему так поступать?

Управляющий дворцом еще не пришел, когда я назвал причину. Причину, которая стара как мир.

– Ему этого стало мало. Отец стремился к еще большей власти, – отвечает вместо меня Гор, и в его тоне сквозит отвращение. – Так он и Аль-Джанна заставил проклясть бесчисленное множество джиннов и ангелов, обратив их в демонов. За это он посулил ему господство над джиннами.

Я перевожу взгляд на Саиду. Ей всегда приходилось давать отпор влиятельным мужчинам из собственного окружения, однако она явно потрясена тем, что Аль-Джанн, один из королей, воспользовался подобным средством.

– Я бы отдала ему свою корону, если бы знала, на что он пойдет.

– Став королем, Аль-Джанн угнетал и эксплуатировал бы твой народ, – мягко возражаю я. – Истребил бы людей. Ты лучшая королева, которая когда-либо правила джиннами. Это не ты совершила ошибку.

Саида криво улыбается. Очевидно, на нее еще что-то давит, но, несмотря на это, она молчит.

– В убийстве демона нет ничего предосудительного. Ничего, за что тебя накажут. Мой отец не желал делиться властью в этом мире, как приходилось делать в Атлантиде. Это в его стиле, – очень медленно произносит Гор. Его ладонь слишком сильно сжимает кисть Кимми, но та даже глазом не моргает.

– Во всем этом есть смысл, – киваю я. – Вопрос лишь в том, верим ли мы в него. Или верим доказательствам.

– Ты ведь уже веришь! – напускается на меня Гор. – И не надо отрицать. Слишком хорошо все складывается.

Верю ли я и имеет ли это значение? Это не оправдывает поступки Сета. Кроме того, мне необходимо позаботиться о Нефертари. Помочь ей выжить в абсолютно чуждом для нее мире. Простит ли она меня так же, как простила после смерти Малакая? У Нефертари должен быть шанс жить дальше, пусть ее жизнь и будет кардинально отличаться от той, о которой она мечтала.

Энола до сих пор не высказывалась, но теперь я замечаю, как она побледнела.

– Интересно, почему Сет не поговорил ни с одним из вас?

Странно, что об этом спрашивает именно она, та, которая всегда держалась от него на максимально возможном расстоянии.

– Потому что не доверял нам. Потому что не думал, будто мы примем его версию событий. Все-таки в прошлом мы этого не сделали, – медленно отвечаю я.

На ее светлой коже вспыхивают синие молнии.

– Если его история правдива, то мы позволили манипулировать собой, словно кучка идиотов. – Мне больно выносить ужас и сожаление в ее широко распахнутых глазах. – Если все так, то мои братья были правы, а я – нет.

Энола приняла нашу сторону, и ей приходилось сражаться против собственных братьев, которые присоединились к Сету в надежде, что тот обратит вспять наложенное на их отца проклятие.

– Прошлое не изменишь, – вмешивается Кимми. – Мы способны повлиять только на то, что происходит сейчас, и тем самым немного на будущее. Корить себя за совершенные ошибки можно и позже. Нам нужно выяснить, какие планы сейчас воплощает в жизнь Сет. – В эту минуту она так похожа на Нефертари, что это вызывает у меня улыбку. – Или Осирис, Исида и Исрафил, – добавляет девушка. – Из Дуата Осирис мало на что сумеет повлиять. У Сета есть Кольцо огня, а у нас – Скипетр света. То есть ничья. Если ему удастся опередить нас и найти Корону пепла, чем это грозит человечеству? Нас уничтожат? Сет намерен развязать войну? Очевидно, он очень зол. Я бы точно злилась. И наверняка Сет чувствовал себя ужасно одиноким. – Гор нашаривает ее руку, которую Кимберли в пылу отпустила, и успокаивающе ее сжимает, пока та невозмутимо продолжает: – Ра его пытал на протяжении тысячелетий, а теперь Тари вынуждена за это расплачиваться. Это нечестно. Никогда его за это не прощу. – От гнева у нее раскраснелись щеки, а кудрявые волосы выбились из прически. Кимми выглядит как богиня возмездия. Которая, впрочем, никому бы не причинила вреда. И все же она права абсолютно во всем.

При мысли о том, что пришлось вытерпеть Сету, у меня в желудке все переворачивается. Я и пальцем не пошевелил, чтобы ему помочь. Несмотря на наше сближение в последние несколько недель, у него не было причин нам доверять. Сломав шею Нефертари, Сет в то же время четко дал понять: он на одной стороне, а мы – на другой. Вопрос в том, должно ли все так и продолжаться. Одно то, что я рассуждаю о мотивах ее убийцы, выглядит предательством по отношению к Нефертари.

– Не надо сразу впадать в панику. С людьми ничего не случится. – Гор в своей неподражаемой манере пробует успокоить Кимми. – Теперь, когда мы поняли, в чем дело, все будет проще простого. Я не позволю этому ублюдку победить.

Она награждает Гора осуждающим взглядом, которого тот, конечно, не видит.

– Не все в жизни завязано на победах. Вообще-то в твоем возрасте тебе следовало бы это знать.

– Говорит девушка, которая ненавидит проигрывать в шахматы, – бормочет он, но Кимми не обращает на это внимания.

– Он сотворил с Тари нечто ужасное, но… – она делает глубокий вдох, – но он не только лгал. Думаю, Сет искренне стремился стать вашим другом. Кто-то должен