Бруталити-шоу - Александр Майерс

— еще бы, высота эскалаторов метров тридцать. Запыхаешься тут.

Блин, с моей ногой и вовсе тяжело будет подняться. Смогу, конечно, но не хотелось бы тревожить рану. Так что ночевать придется внизу.

Тара молча шагала рядом. С чего она вообще увязалась?

Вообще-то знаю, с чего. Она увидела, что я так просто не сдаюсь и решила, что рядом со мной будет безопаснее. Не могу ее в этом винить. Хотя кажется, что со мной она только получит проблем. С Гробом закусился, а потом вообще с парнями D-ранга…

Пока мы не спеша спускались, я оценивал раскинувшееся внизу великолепие. Широкая платформа, слева и справа пути, уходящие в темноту тоннелей. По ним когда-то ходили поезда, а сейчас пути полностью забиты уже знакомыми мусорными хижинами.

По центру платформы вдоль всей длины располагался стенд, с обеих сторон которого были экраны. На них что-то транслировалось, на каждом свое. Множество игроков стояли и залипали в эти экраны, выдавая гамму различных эмоций, от безмолвного ужаса до неудержимого хохота. Отсюда было не видно, что показывают, но полагаю, что шоу.

На другой стороне платформы тоже были эскалаторы — по ним ходило гораздо меньше игроков. Интересно. Эти лестницы ведут на другую локацию?

Когда мы спустились, отыскали-таки душевые — они располагались в тоннеле слева. Мужские и женские отдельно. Пять кредитов с меня сняли без проблем, несмотря на отсутствие позывного.

Душ представлял из себя пластиковую кабинку метр на метр. Сначала подавалась вода, потом гель, потом опять вода. На все про все — три минуты. Мне хватило, даже комбинезон успел сполоснуть. Гель оказался ядерным, кровь почти отмылась. А может, это ткань такая, легко отстирывается.

После душа почувствовал себя лучше. Водичка была прохладной, и я ощутил прилив бодрости. Дождавшись Тару, потащил ее к экранам. Хотелось своими глазами увидеть, как выглядят шоу.

По пути я случайно наступил на ноги игрока, торчащие из палатки. Тот аж вскрикнул от неожиданности.

— Извини, — буркнул я.

— Смотри, куда прешь! — сказал тот, высовывая грязную морду. Живет возле душевых, а сам как свинья.

Увидев мое лицо, он вдруг ахнул и подскочил.

— Э! Ты же сто восьмой! Первый на стартисе, который Гроба облапошил!

— Я, — похоже, слава уже бежит впереди меня. Хорошо это или нет, пока трудно сказать.

— Ну-ка стой! Повернись!

— Зачем?

— Повернись, дай посмотрю! Блин, точняк! Я сразу понял! Скажи что-нибудь!

— Пошел на хер.

Реплик рассмеялся и хлопнул в ладоши.

— Ну да, сто пудов! Тебе еще никто не сказал? Ты брут!

— Кто? — на оскорбление непохоже, но что он имеет в виду?

— Брут, ёпта. В тебе генетический материал Ричарда Брута. Рика. Слышал про такого?

— Нет.

— Еще услышишь, — репликант снова хлопнул в ладоши, на сей раз с досады. — Повезло, с-сука…

— И в чем мое везение?

— Как в чем? Ричард Брут — это вообще! Он легенда!

— Расскажешь?

— А пожрать есть что?

— Самому мало, — сказал я, все же помня, что за бесплатно тут ничего не бывает. — Носки возьмешь?

— Сойдет! Я Винт, если что.

Тара тронула меня за плечо:

— Я пойду поищу, где поспать можно.

— Хорошо, — сказал я. — Увидимся возле экранов.

Внезапно с платформы раздались выстрелы, крики и смех. Я посмотрел и увидел кружащий вокруг репликанта боевой дрон. Реплик, чуть согнув ноги, внимательно следил за аппаратом и подпрыгивал на месте, как боксер.

— Танцы, — махнул рукой Винт. — Не обращай внимания. Часто выпадают. И зрюкам весело, и репкам тоже.

— Зрюки — это зрители?

— Ага. Типа злюки и зрители в одном, дошло? Ха-ха-ха, — хрипло рассмеялся Винт.

Он уселся возле своей палатки, достал изнутри бутылку с мутной водой и сделал несколько глотков. Протянул мне, но я отрицательно помотал головой и уселся рядом, протягивая репликанту чистые носки.

— Рассказывай.

— Короче, Ричард Брут — он тоже репликант, как мы с тобой, — начал Винт, пряча подарок в палатку. — Только в миллион раз круче! Когда-то он тоже был мясом, как мы с тобой, а теперь у него и свобода, и деньги, и телки, и частный остров, и…

— Как он всего этого добился? — перебил я исходящего слюной реплика.

— Ясное дело как — участвовал в шоу. Во всех подряд. Когда в ранге подрос — только в боевых! За них и рейта больше всего дают, дошло? Сколько он людей за карьеру положил — это копец. Говорили как-то по телику, девять с чем-то тысяч… Говорит, когда до десяти тыщ дойдет, закончит карьеру.

— Охренеть, — мне было тяжело представить такое количество. Этот Ричард еще не свихнулся?

— Да-а, — протянул Винт и хлебнул еще водички. — Многие его убить хотели. Как только ни пытались на тот свет отправить, ничего не вышло. Говорят, что он не просто реплик, а прям-таки высшая раса! Сильнее, быстрее, мозги по-особому работают. И чувств никаких нет. Машина смерти!

— Угу, — кивнул я.

Нет чувств? Думаю, даже если они и были, после девяти с лишним тысяч убийств их по-любому лишишься. Я тоже явно способен лишить кого-то жизни, но девять тысяч раз?..

Выстрелы на платформе стихли, и раздались аплодисменты вперемешку с оскроблениями. Мой собеседник на секунду бросил туда взгляд и опять повернулся ко мне.

— Самая крутая история про него знаешь какая? Как он в «Последнем живом» участвовал! В роли бегуна!

— Что за история?

— О-о, брат, — Винт аж облизнулся. — Это не просто история, это легенда. Короче, когда у Рика уже все было, стало ему скучно, наверное. И он решил, так сказать, вернуться к началу. Инсценировал смерть, стер себе память и отправился на «Последнего живого» как мясо! А пэ-жэ знаешь что за шоу? Это кабздец! Сотни репликов и всякие отбросы со стертой памятью…

— Обычные люди?

— Ну да. Преступники, бомжи, банкроты. Корпорация их покупает.

Я кивнул. Выходит, мы не единственный источник «мяса».

— А еще охотники, зомби… Короче, за один сезон до тысячи человек может сдохнуть! Победитель только один. Охренеть, да? Самое популярное шоу!

— Не сомневаюсь, — скривился я. — И Ричард победил?

— Сам как думаешь? С блеском!

— Погоди, а почему его никто не узнал?

— Цифровую маску сделал. Камеры и те, кто с чипами, — Винт постучал себя по лбу грязным ногтем, — видели другое лицо. Даже он сам. Он вообще не знал, кто он такой, и все равно победил!

— Молодец, — буркнул я. — Про меня-то что?

— А-а, — репликант широко улыбнулся. — Твоя фишка вот в чем — перед тем, как отправиться на «Последнего живого», Ричард сдал свой генетический материал в лабораторию корпорации! Чтобы если он все-таки сдохнет, наследие осталось. Потомки, так сказать. Ну и появляются теперь иногда такие,