Мера зверь (СИ) - Изотов Александр

— Больному поспать полдня, пока скверна выйдет. Я еще подойду, чтобы проверить рану.

— Свободен, Ларс, — Дидрич кивнул и взмахом ладони отправил лекаря.

— Господин, — с видом несправедливо обиженного Ларс кивнул купцу, и, так и не опустив голову, гордым шагом отправился врачевать остальных.

Его проводили взглядом, а потом Секай, усмехнувшись, прошептал:

— Ладно, хоть не убивает…

Дидрич кивнул:

— Лечит лучше, чем ноль, хоть на том спасибо.

Я криво усмехнулся, слушая их разговоры. Мое состояние внушало мне тревогу. Я недолго находился в звериной шкуре, и мне казалось, что эту силу и здоровье ничто не может поколебать.

А тут обычная стрела мне намекнула, что я все так же смертен. А умирать еще раз ой как не хотелось — с одной стороны опять Белиар подкинет мне долгов в копилку, с другой стороны Абсолют, который теперь непонятно как ко мне относится.

Дидрич все-таки опустил руку с широкий поясной кошель.

— Керт не только просил за тебя, но даже заплатил. Мне просили передать тебе это, Белый Волк, когда довезем тебя до лагеря.

Он вытянул на свет маленький свиток, перевязанный шелковой ленточкой, и протянул его мне.

Я опробовал поднять руку, но понял, что она не слушается меня.

— Он точно его подлечил? — Дидрич с беспокойством глянул на меня.

— Эх, жаль будет, если не вытянет, — голос Секая доносился уже, как сквозь вату, — Представь, у него магия велария. Зверь увидел, что мне в голову стрела летит.

Купец глянул на меня круглыми глазами:

— Увидел?! — удивленно спросил он, и выругался, — Не может быть. Телохранитель!

Я вздрогнул. Откуда он знает? Неужели опять прознали, что я пришелец из другого мира?

Мои движения были уже ватными, я заворочался, пытаясь, нащупать под рукой копье. Совсем рядом показались обеспокоенные глаза Хорька…

— Тысячу нулей этому Ларсу в глотку, — сквозь пелену послышалась ругань Дидрича, — Все самому делать надо!

А потом я снова провалился в темноту…

* * *

— А, очнулся, — весело бросил Матс.

Я не сразу сообразил, где нахожусь. Подо мной покачивалась телега, лежал я на чем-то мягком. Поэтому мне сначала показалось, что я опять летаю по Чистилищу.

Стало ясно, что я просто спал все это время, хотя даже снов не видел. Видимо, до такого устал, что даже моей душе было лень куда-то улетать.

— А… это… — прохрипел я пересохшим горлом.

Вокруг медленно проплывали поросшие лесом холмы, местность была совсем уж незнакомой. Солнце было где-то за деревьями, его ласковые лучи игрались со мной через ветки, и я пока не мог сориентироваться, был это вечер или утро.

Одно я помнил точно — возле поселения Ящериц леса не было.

Матс шел возле телеги, на которой я лежал. Он сунул руку куда-то под мешок, выудил большую кожаную флягу, и сунул мне.

— Удержишь?

Мои руки без команды откупорили пробку, и я жадно всосался в горловину. Я пил, пил и пил…

— Ох, Дидрич и устроил этому Ларсу, чуть башку не снес, — тихо хохотнул, — Он одно лечит, другое калчит.

Я наконец оторвался от фляги.

— А лагерь рекрутов? Доехали?

— Уехали мы оттуда, день уж как, — Матс махнул куда-то за спину, — Ты всю ночь продрых. Так что, доброе утро.

Я обернулся назад со смесью облегчения и тревоги.

— Как уехали? А почему?

Моя память сначала отказывалась помогать, а потом я вспомнил последние слова Дидрича про телохранителя. Да еще тот свиток от Керта… Мог ли приор все рассказать про меня?

В душе зародились сомнения. Неужто мне попался еще один из этой самой «обрядовой черни», и теперь хочет меня использовать?

— Из лагеря Ящериц приезжали, помогали восстанавливать повозки, — Матс пожал плечами, — Но господин Дидрич ничего про тебя не сказал.

Тут рядом фыркнула лошадь. Я повернул голову и встретился взглядом с подъехавшим Секаем.

— А, проснулся, нулячий ты сын.

— Ну, вроде.

— Двигаться можешь?

Я попробовал, поворочался. Тело было ватным, будто затекло все разом, но немного все же реагировало на команды.

— Мне бы немного времени.

— Тебя Дидрич ждет, — проворчал Секай, — Чтоб быстро.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И он, пришпорив коня, ускакал к голове обоза.

Я быстро начал разминать все конечности, сокращая мышцы, и стал подумывать о побеге.

Рядом о чем-то тараторил Матс, рассказывая последние новости. Что все-таки караван потерял несколько воинов, и что Ящерицы забрали часть дани, да еще много чего купили у Дидрича.

А разбойники оказались непростыми, поэтому и стрелы такие сильные. И что Дидрич думает на Желтого Приора, поэтому сменил маршрут.

Я все слушал, а сам скользил взглядом по кромке леса, плывущего вдоль дороги. Я теперь зверь, и могу спокойно сбежать. Использовать себя во всяких обрядах я точно не дам.

В голову пришла мысль — а почему бежать-то? Я же свободен. Даже как-то непривычно стало…

Странный этот Дидрич, подумалось мне, — итак караван потери понес, так еще зачем-то ему надо возиться с раненым. Отдал бы Ящерицам, да и проблем бы не знал.

Матс как раз рассказывал о какой-то там смазке на стрелах, но неожиданно замолчал.

— А, звериная твоя глотка, выжил все-таки, — совсем рядом раздался уже голос Дидрича.

Я повернул голову — купец сам подъехал вместе с Секаем.

Лошадь у владельца каравана тоже выделялась на фоне остальных, как изумруд среди щебенки. Белоснежный конь, ни единого пятнышка, только пепельно-серая грива, аккуратно расчесанная и уложенная. Ну, а седло из светлой кожи, с сильверитовыми нитями, только подчеркивали красоту животного.

— Смотрю, уйти подумываешь?

Я поджал губы. В голосе купца не было никакой вражды, и не ощущалось, что я в плену. Действительно, спустя несколько недель хождения в рабстве неожиданно свалившаяся звериная свобода была непривычна.

— Зачем забрал меня, мастер Дидрич? — спросил я, — До лагеря же ехали, разве нет?

Секай рядом усмехнулся, и покосился на купца. Будто что-то знал, мне неведомое…

— Я бы хотел тебя нанять, — сразу перешел к делу Дидрич.

У меня отвалилась челюсть. Вот тебе на, вот это подарок! А я голову ломал…

— С чего вдруг такое доверие? — этот вопрос я уже больше адресовал Секаю, чем купцу.

— Я увидел тебя, второй коготь, — пожал плечами монгол, — Мне понравилось то, что я увидел.

— Я и сам уже хотел проситься наняться в охрану, — улыбнулся я, — Как раз до Престола Ордена с вами бы дошел.

— Нет, — Секай покачал головой, — Не в охрану…

— Э-э-э…

— Ты телохранитель? — вдруг спросил Дидрич.

Я снова вздрогнул, и осторожно покачал головой. Да откуда эти вопросы у них возникают?

— Нет.

Купец нахмурил брови, потом переглянулся с Секаем.

— Тогда я не понимаю. Ты уверен?

Монгол тоже пожал плечами.

— Он меня предупредил, так бы мне в голову стрела прилетела.

Матс радостно крякнул и хлопнул себя по меховой шапке. Я только сейчас заметил, что там красуется зашитая крупными стежками дыра.

Все удивленно воззрились на Хорька, и тот весело бросил:

— Если бы не Белый, и я бы уже дух отбросил. И как он увидел, не знаю!

Дидрич снова уставился на меня:

— Тогда я не понимаю. Откуда у тебя дар вилария?

— Кого? — переспросил я.

— Ты можешь видеть, что другому грозит опасность. Это очень… — Дидрич сделал паузу, кивая своим мыслям, и через миг закончил, — Ну, очень редкий дар.

Секай выругался, не выдержав:

— Видит Небо, нулячий ты сын, что твой род родил гения. Где, говоришь, твоя деревня, Белый?

Я непроизвольно коснулся нагрудника, под которым на груди лежал талисман Рычка.

— Рядом с Хорьками, — хмуро ответил я.

— Так он последний, — снова вставил Матс, — Нет Белых-то больше…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты и силен, как бык, — удивился Дидрич, — И, говорят, владеешь магией. А теперь еще и дар велария.

Я пожал плечами.

— На мой род приор наложил барьер, но стая понесла незаслуженное наказание, и Зигфрид освободил меня…