Джеймс Лучено - Под покровом лжи

Было в нем что-то от старого паука. Лицо Хаако было изрезано глубокими морщинами, под глазами набухли мешки, дряблый подбородок плавно переходил в дряблую же шею.

Вице-король раздраженно дернул рукой.

— Он сказал, что буд'ет присутствовать. Дл'я м'еня этого вполне достаточно.

— Для вас… — прошептал Мончар.

Ганрой с неудовольствием уставился на своего представителя,

— События разворачивал'ись им'енно так, как он предсказывал. Наемники Коула совершили напад'ение, и «Доход» разрушен.

— Но разве это повод для л'икования? — спросил Хаако. Его голос, пропущенный через коробку искусственного речевого аппарата, звучал глухо. — Этот ваш план стоил Торговой Фед'ерации первоклассного грузовоза и биллионов в слитках ауродиума.

Мигательные перепонки Ганроя выдавали его. Он долго и часто мигал, прежде чем к нему вернулось самообладание.

— Од'ин корабль и од'ин сундук с сокровищами. Если наш покровитель действит'ельно тот, за кого с'ебя выдает, такие затраты не стоят упом'инания.

Хаако с важным видом поднял разбитую параличом руку.

— Если он действительно тот, за кого с'ебя выдает, его сл'едует бояться, а не восхищаться им. И вообще, как мы можем быть увер'ены? Какие выгоды он об'ещал вам, государь? Вы же вид'ели только его голограмму, он мог утв'ерждать вс'е что вздумается.

Ганрой выпятил и без того выдающуюся челюсть.

— У кого могли атроф'ироваться мозги до такой ст'епени, чтобы делать подобные заявления, если он не в состоянии их подтверд'ить?

Откуда-то из складок мантии он выудил портативный голопроектор и установил его на столе.

Когда, несколько месяцев назад, ситх — Повелитель Тьмы впервые связался с ним, Ганрою показалось, что тот знает практически все о нем самом и его пути наверх, в частности, как Ганрой свидетельствовал в директорате Торговой Федерации против «Супертанкера Пульсара» во время массовой кампании по обвинению «Пульсара» в «злонамеренном пренебрежении прибылью» и «благотворительных пожертвованиях, которые не принесли очевидной выгоды».

Несомненно, именно эти показания и другие подобные проявления алчности и привлекли к нему внимание Дарта Сидиуса.

Но даже несмотря на это, Ганрой оставался бы настроенным не менее скептически, чем его советники, если бы Дарт Сидиус не продемонстрировал ему свое широчайшее влияние и власть. Действуя скрытно, Дарт Сидиус организовал присоединение нескольких миров, являющихся ведущими поставщиками сырья, к Торговой Федерации на правах условного членства. В обмен на выгодные условия торговли и, по возможности, защиту от контрабандистов и пиратов, эти миры отказались от представительства в Галактическом Сенате. И каждый раз Дарт Сидиус обставлял все так, что успехом в достижении прибыльной договоренности Федерация была обязана Ганрою, что сильно укрепляло его авторитет и способствовало его назначению в директорат.

А что касается того, действительно ли влияние Дарта Сидиуса объяснялось его способностями ситха, этого Ганрой не знал, и желанием узнать не горел, исходя из того немногого, что он знал о ситхах — древнем, возможно, мифическом ордене черных магов, которые много тысяч лет назад оставили Галактику.

Некоторые считали, что ситхи — это джедаи, поддавшиеся влиянию Темной стороны Силы. Другие утверждали, что именно джедаи положили конец власти ситхов в жесткой битве Света и Тьмы. А третьи говорили, что ситхи сами перебили друг друга в борьбе за власть. Но Ганрой не знал, что из этого правда, а что — нет, и надеялся, что и не узнает.

Он уставился на проектор. Близился назначенный миг…

Не успел он додумать эту глубокую мысль, как над пластиной проектора появились голова и плечи призрачной фигуры в капюшоне, опущенном на глаза, так что собравшимся оставалось любоваться на выступающую нижнюю челюсть и раздвоенный подбородок. Голос призрака в капюшоне словно заржавел от долгого неупотребления.

— Вижу, наместник, что вы собрали своих холуев, как я вас просил, — начал Дарт Сидиус.

Ганрой понимал, что Мончар и Хаако вряд ли сочтут словечко «холуи» за комплимент. Хотя тут мало что можно было поделать, он счел за лучшее попытаться исправить положение.

— Это мои сов'етники, влад'ика Сидиус.

Лицо Сидиуса ничего не выражало.

— Да, конечно, ваши советники, — согласился он без выражения. Потом помолчал, словно прислушиваясь к бесчисленным парсекам, которые их разделяли. — Я улавливаю дух недоверия, вице-король. Последствия нашего плана вам не по душе?

— Нет, что вы, вовсе нет, влад'ика Сидиус, — пролепетал Ганрой. — Просто н'екоторых очень взволновала пот'еря грузовоза и сл'итков ауродиума, — он выразительно покосился на советников.

— У некоторых недостает вашего чутья и хватки, вице-король, — презрительно проговорил Сидиус. — Возможно, необходимо посвятить их в наши планы по завоеванию поддержки Торговой Федерации в Сенате. Вот почему мы сообщили «Невидимому фронту» о транспортировке ауродиума. Потеря слитков сыграет нам на руку. Скоро политики и бюрократы будут есть из ваших рук, и тогда Торговая Федерация наконец получит армию дроидов, которая ей так нужна. «Бактоид», «Хаор Челл Машиностроение» жаждут выполнить ваши заказы.

Ганрой принялся переминаться с ноги на ногу.

— Армия, влад'ика Сидиус?

— Богатства Внешних территорий ждут того, у кого хватит смелости захватить их.

Ганрой поперхнулся.

— Но, влад'ика Сидиус, быть мож'ет, мом'ент не самый удачный для подобных действий…

— Неудачный момент? Это ваш звездный час, вице-король. Если у вас за спиной будет стоять армия дроидов, кто осмелится оспаривать полноправную власть Неймодии на звездных дорогах?

— Мы бы приветствовали все, что дало бы нам возможность защищаться от п'иратов и смутьянов, — рискнул заговорить Хаако. — Но мы вовсе не хот'им выходить за рамки соглашения о торговле с Республикой. За возможность обр'етения армии дроидов нам придется плат'ить налоги в трех свободных торговых зонах.

— Так вы уже слышали о намерениях верховного канцлера Валорума? — спросил Сидиус.

— Только то, что он, похоже, приложит вс'е свое влияние, чтобы продв'инуть это предложение, — сказал Ганрой.

Сидиус кивнул.

— Будьте уверены, вице-король, верховный канцлер — наш самый преданный союзник в Сенате.

— У влад'ики Сидиуса есть определенное влияние в Сенате? — осторожно поинтересовался Хаако.

Но Сидиус был слишком умен, чтобы принять этот вызов.

— Вы еще убедитесь, что мои распоряжения выполняют очень многие, — сказал он. — Они понимают то, что вам еще предстоит понять, — что служа мне, они тем самым служат самим себе.

Хаако и Мончар быстро переглянулись.

— Члены директората Торговой Фед'ерации вряд ли одобрят предложение потратить с таким трудом полученные доходы на армию дроидов, — сказал Мончар. — Нас, неймодианцев, сч'итают неимоверно подозр'ительными.

— Что думают по этому поводу ваши — партнеры, мне прекрасно известно, — проскрежетал Сидиус. — Имейте в виду, что глупый друг хуже врага.

— И тем не менее, они будут оспаривать это предложение.

— Тогда мы просто-напросто найдем способ убедить их.

— Влад'ика Сидиус, не поймите превратно, я не хочу показаться неблагодарным… — стал извиняться вице-король. — Но просто… просто, мы же в'едь на самом д'еле как бы и не оч'ень знаем… то есть совс'ем не знаем, кто вы такой и на что вы на самом д'еле способны. Вы же… не пойм'ите превратно, еще раз прошу… вы же мож'ете оказаться джедаем, который задумал нас обмануть…

— Джедаем! — проскрежетал Сидиус. — Да, вы и в самом деле насмехаетесь надо мной. Но это ничего, вам еще предстоит узнать, что я всепрощающий покровитель. А что касается ваших сомнений в моей личности — моем происхождении, с позволения сказать, — мои дела будут говорить сами за себя.

Неймодианцы обменялись недоумевающими взглядами.

— А как же джедаи? — спросил Хаако. — Они н'е останутся В' стороне.

— Джедаи будут делать только то, о чем их попросит Сенат, — сказал Сидиус. — Вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что они станут рисковать своей драгоценной недвижимостью на Корусканте и противостоять Торговой Федерации без одобрения Сената.

Ганрой многозначительно покосился на советников, прежде чем ответить.

— Мы полностью в ваш'ем распоряжении, влад'ика Сидиус.

Сидиус чуть не улыбнулся.

— Я так и думал, что мы с вами найдем общий язык, вице-король. Я знаю, что вы не подведете меня.

Изображение померкло так же внезапно, как и появилось, оставив троих неймодианцев размышлять над сущностью того загадочного союза, в который они только что записались.

Глава 9

Ночь на Корусканте не могла по-настоящему вступить в свои права. Солнце, как положено, скрывалось за горизонтом, но верхние ярусы рукотворного леса небоскребов еще долго ловили лучи заката, оттесняя темноту на дно самых глубоких архитектурных каньонов и в жилища тех обитателей планеты, которые могли позволить себе окна из поглощающего свет транспаристила. Из космоса темная сторона Корусканта искрилась, словно сотканный из люминесцентных водорослей изысканный орнамент, какие можно встретить в музеях народного творчества или фамильных залах старинных родов.