Мертвый космос. Падение - Red Lotus Alchemist

безумца. Кларк вскинул голову. Там, в полумраке, по потолку немного неуклюже, но при этом довольно быстро, цепляясь за выступы, к Мерсеру подбирался заразитель. Сумасшедший ученый, похоже, тоже его заметил — но не попытался спастись. Напротив, Мерсер раскинул руки, и, запрокинув голову, прокричал:

— Так идем же со мной, ибо я узрел лик Господа!

Этот псих не просто не боялся — он буквально жаждал заражения! Но раньше, чем заразитель свалился ему на голову, среагировал Айзек. Точнее, среагировало его тело — сам инженер даже не успел подумать, уже стреляя в некроморфа. Видимо, на «Ишимуре» чертовски быстро вырабатываются необходимые для выживания рефлексы… Сгусток перегретой плазмы сбросил заразителя с потолка и отшвырнул в сторону.

Лицо Мерсера исказила гримаса злости, смешанной с удивлением и каким-то суеверным ужасом. Но Айзек не собирался спасать врага — пересилив себя, вторым выстрелом он снес тому голову вместе с шеей.

Не давая себе осмыслить сделанное, Айзек добил ползущего к нему покалеченного заразителя — и опустил резак, до боли сжав рукоять. До этого ему пришлось убить двух человек — и оба раза это был удар милосердия для тех, кому уже нельзя было помочь. Тогда он все сделал правильно. Сейчас — тоже. Но в этот раз он не добил очередного бедолагу, а именно напал и убил. Несмотря на всю ненависть, которую Айзек питал к Мерсеру, он не был убийцей. До этого момента.

Кларк прикрыл глаза, прокручивая в памяти злоключения на медицинской палубе, Охотника и запись, рассказавшую о его создании и, на закуску, смерть Джейкоба Темпла и Элизабет Кросс. В борьбу с совестью вступила холодная ненависть, которую Айзек испытывал к ученому.

Его метания так вовремя прервал сигнал коммуникатора: на связь вышел доктор Кейн.

— Я на пути к причальной палубе, — сообщил ученый. — Встретимся там и погрузим Обелиск на челнок. Да, Амелия, — добавил он изменившимся тоном. — Скоро я верну его домой…

Айзек коротко выругался: все-таки у Кейна серьезные проблемы с головой… Оставалось надеяться, что хоть в плане Обелиска он знал, что делает.

Со стороны вентиляции послышались гортанные вопли, окончательно отрезвившие инженера. Больше не глядя на останки Мерсера, он направился к лифту.

Итак, Обелиск хранился в грузовом трюме на причальной палубе. Нужно было как-то переправить его в летный ангар — и если электроника отказала, это будет чертовски непросто. Кендру же, казалось, больше волновал сам челнок, а не идея Кейна запереть Разум Роя. Айзек не мог ее винить. Им в любом случае нужно уносить ноги с «Ишимуры».

До побега оставалось совсем немного — но Айзек сильно подозревал, что именно последние шаги окажутся самыми тяжелыми. Но он обязан их пройти. Ради Николь. Ради напарницы. Ради тех, кто не дожил до спасения. И ради того, чтобы кошмар «Ишимуры» навсегда остался в прошлом.

Это должно закончиться здесь.

Глава 11. Альтернативные решения

Мой драккар, как ворон, чёрен,

И на атомном ходу.

Через северное море

За тобою я иду.

(Стимфония — Охота на ведьм)

В комнате с мертвыми телами, вопреки опасениям Айзека, его не поджидала толпа некроморфов — но вот трупов стало заметно меньше. К тому же, среди безобидных покойников притаились еще притворщики. Кларку пришлось вспомнить львиную долю своего запаса нецензурной брани, пока он отбивался от нескольких заставших его врасплох монстров. В итоге до вагонетки он добирался уже бегом — к черту, он не подписывался бесконечно рубить на куски этих тварей, тем более, что к компании расчленителей быстро могла подоспеть подмога.

— Нахрен все это… — выдохнул Айзек, почти упав на сиденье в вагонетке — естественно, предварительно закрыв дверь. — Больше в космос ни ногой. Ни за какие деньги.

Отправив вагонетку на причальную палубу, Кларк занялся делами, ставшими уже привычными за время пребывания на борту «Ишимуры». Для начала — перезарядил оружие и стазис-модуль и пересчитал оставшиеся боеприпасы. Плохо дело… Для резака в скором времени придется снова где-то искать батареи.

«Буду надеяться, что нам удастся свалить отсюда раньше», — подумал Айзек, запуская проверку состояния костюма. Прорех не прибавилось. Хоть что-то хорошее. Зато на экране мигал индикатор, напоминающий о необходимости заменить картридж медблока. Кларк пробормотал несколько ругательств, доставая одну из раздобытых на медицинской палубе небольших полупрозрачных пластин толщиной в палец. На просвет было видно, что изнутри они напоминали соты, и каждое отделение заполняли различные препараты. Еще бы не напутать и поставить его нужной стороной…

Отложив старый картридж в сторону, Айзек шумно выдохнул, подумав о том, какой адский коктейль циркулировал сейчас по его сосудам. Пожалуй, не менее убойный, чем ядовитый «коктейль» за авторством Кендры, которым они пытались отравить Левиафана… Все эти препараты не так уж безобидны, и последствия еще обязательно дадут о себе знать. Но пока у Айзека еще оставались в запасе несколько часов, и сейчас это главное. Хоть он и чувствовал усталость, но мог еще сражаться или работать, а голова оставалась ясной. Если бы еще не болела…

Невнятный, неразборчивый шепот теперь преследовал Айзека практически неотступно — так, что он даже перестал обращать на него внимание. Главное — что он почти выбрался из этой передряги. Скоро его злоключениям придет конец…

К этому времени вагонетка давно уже достигла причальной палубы, но Айзек не спешил немедленно рваться в бой. Еще неизвестно, как долго ему придется ждать Кейна.

Вновь послышался сигнал коммуникатора. Вот и Кейн — стоило про него только вспомнить…

— Мистер Кларк, я приближаюсь к ангару челнока. Вам надо… — голос ученого звучал сбивчиво. — Вы должны найти дорогу в грузовой отсек. Обелиск… хранится там. Рядом с вами, то есть, с транспортной станцией, должен быть лифт, который позволит поднять Обелиск в ангар. Молю, вы должны помочь мне! Это единственный способ!

— Не беспокойтесь, док, — произнес успокаивающим тоном Айзек, больше переживая о том, как бы разволновавшийся ученый не разбил челнок. — Я этим и занимаюсь, верно? Сейчас посмотрю, что можно сделать…

На платформе царила тишина — как и в любом из помещений этого проклятого корабля, пока не давали о себе знать некроморфы. Всего несколько часов назад отсюда начались скитания Айзека по «Ишимуре». Еще недавно он, перепуганный, но уже разжившийся плазменным резаком и упокоивший первого некроморфа, стоял по ту сторону. Как же он обрадовался тогда, увидев за стеклом живых и невредимых Кендру и Хэммонда! Теперь из троих остались двое. А ведь на момент прилета