Пермский Губернский 7. Ультимат. Том 2 - Евгений Бергер

— Есть пробитие!!! — воскликнул Борис.

— Мехвод контужен!!! — вторили остальные рогатики.

— Идиот… — выдохнул я, и присел рядом с раненым: — Ты на кой-чёрт кидаешься? Пуля бы в меня даже не попала!

— Лучше перебдеть, чем недобдеть… — выдохнул Гриня, корчась от боли: — Неприятно…

— Ох, храбрец тоже мне… Борис! Вызови Монро. Пускай приедет и займётся задницей нашего Супермена.

— Есть!

— Но за самоотверженность — спасибо. — я похлопал молодого бычка по мускулистому плечу, а затем повернулся к истеричной матери семейства: — Назовите мне хотя бы одну причину не убивать вас здесь и сейчас.

— Гори в аду, мразь!

Тут уже не выдержал отец семейства, и поднявшись, вмазал жене пощёчину.

— Заткнись! Вот просто заткнись… И не вздумай больше вякать!

— Вот так, значит? Так, да? — начала всхлипывать престарелая стерва: — Я любила тебя… Всю жизнь тебе посвятила! А ты… Ты…

— Всё. Умолкни. — устало ответил Ларионов и вернулся обратно на крыльцо: — Даже в такой ситуации продолжаешь пить мою кровь…

— Тяжело… — я подошёл к Агафону Серафимовичу: — Может быть, тогда вы объясните, как так вышло? Ваш мотив мне понятен. Но я всё никак не могу объяснить себе один момент… Неужели вы думали, что я вас не вычислю?

— Я понятия не имел, что она всё это задумала! Вернее… я догадывался, что она может учудить. Но не думал, что она обратится к «гастролерам».

— А чего тут не понимать? — прорычала Лариса: — Этот щенок контролирует «Гильдию убийц» по всей Империи. «Улья» больше нет по его же милости. Так, к кому мне ещё было обращаться⁈

— Зачем, вообще, было нападать на машины Осокина?

— Да потому что, за семью надо стоять горой! Ты… жалкий слабак без яиц, который не в силах даже отгородить своего сына от тюрьмы! Посмотри, во что ты превратился? Жалкий мешок с говном… Ты бы никогда и пальцем не пошевелил ради нас! Вот и пришлось разбираться самостоятельно.

— Разобралась? — Агафон Серафимович подскочил и сжал кулаки: — Довольна? Покушение на Пермского Губернского дворянина… Я всегда знал, что ты сумасшедшая, Лара… Но когда ты стала конченой⁈

— Ой, пошёл в задницу, чёртов слабак! Видеть тебя не хочу… Уведите меня! — недовольно фыркнула Лариса, после чего Жучкин накинул на её запястья наручники и увел в полицейскую машину.

— Весь мой охранный отряд… Даже начальника СБ разворотили! — Ларионов недовольно посмотрел на меня: — Обязательно было отправлять штурмовую бригаду и эту… — граф поежился: — … женщину сюда?

— Мне повторить, что произошло? — спокойно поинтересовался я: — Или вы хотите, чтобы я сейчас вошёл в положение и возместил ущерб?

— Я был не при делах!

— А мне плевать, где вы были. Ваша жена заказала убийство моих людей! Хотела сорвать очень серьёзную сделку. А вы не просто муж. Вы глава семьи Ларионовых. И должны нести ответственность за своих родственников.

— Да-да-да… Давите на меня дальше! Золотой мальчишка…

— Простите, вы сейчас пытаетесь меня оскорбить?

— Нет. Говорю по факту.

— Хорошо. Капитан! — я подозвал Оборина: — Зафиксируйте факт отказа от принятия ответственности. Сдается мне, что семья Ларионовых хочет лишиться дворянского титула.

— Есть!

— Ну, что же вы так сразу⁈ — от Агафона Серафимовича веяло злобой и беспомощностью: — Я был на эмоциях!

— Мужчина должен контролировать свои эмоции. А дворянин, так и вовсе за каждым своим словом.

— Поймите вы меня! Ну не знал я… А если бы знал, то всё исправил!

— Боюсь, что уже слишком поздно.

— Боже! Господин Осокин! Прошу вас… Ну, давайте я вам официальное извинение принесу? В любом случае, меня обяжут компенсировать весь ущерб. Ещё и «моралку» навесят… А у дворян там явно не сто тысяч.

— Меня это больше не волнует.

— Но Господин Осокин… Я беру на себя ответственность за деяние своей супруги! Простите меня, Фёдор Александрович. Примите в дар коллекционную «Пагани Зонда». Редкий экземпляр… Коллекционеры за него готовы хорошо заплатить!

— Ладно, что у вас и вашей жены грязный рот… Это я ещё могу простить. Хоть мне и не сильно хочется. Но сам факт того, что ваш… отпрыск некоторое время травил жителей этого города — я, как Пермский губернский, простить не смогу. А потому двадцать пять процентов от всех ваших накоплений отправятся в фонд борьбы с зависимостью.

— Фёдор Александрович…

— Мы можем поступить иначе. По плохому.

— Хорошо. Я принимаю ваши условия!

— В таком случае, я принимаю ваши извинения. И желаю удачи в… вашем нелёгком пути. — сухо ответил я, и развернувшись, мы с Гризли уверенно направились в сторону дороги: — Агни! Мы закончили. Капитан! Вам спасибо.

— Нет проблем, Фёдор Александрович! — кивнул мне вслед Оборин.

Выйдя на дорогу, я ещё раз огляделся по сторонам.

— Агни, ты хорошо постаралась. Теперь можешь лететь домой.

— А вы? — Голубика окинула подозрительным взглядом нас с Викторией.

— Нужно съездить до завода. Проверить состояние поврежденных машин и привести в порядок документы. А ещё подготовить все необходимые бумажки для соревнований. Кстати, да! Поехали с нами. Лишняя рука с шариковой ручкой нам точно не повредит.

— Ой… Что-то, мне так спать захотелось… — Агни сонно зевнула: — Тем более, охранников тут реально было много… Я так устала! Так устала…

— Агни?

— Доброй ночи, Хозяин! — послав мне воздушный поцелуй, Голубика пулей взмыла в небо, а затем улетела в сторону Полазны.

— А ты коварный. — хмыкнула Виктория.

— Не вести же её с собой? Или ты хочешь экспериментов?

— Хех… Я за традиционные отношения. Если нашу «дружбу» можно таковой назвать. — Гризли взяла меня за руку и стала вдруг очень серьёзной: — Знаешь, я очень хочу задать тебе всего один вопрос… Это не претензия. Просто, мне интересна твоя модель мышления.

— Задавай.

— Ларионов остался без семьи на очень длительный срок. И я уверена, что он не знал о делишках своего сына… И точно не ведал, что творит его жена. Почему ты так с ним поступил?

— Пф! А что? Я должен был его по головке погладить?

— Нет, но… мне кажется, Ларионова можно было понять. Чисто по-человечески.

— Чисто по-человечески, значит? — я повернулся к