Время воина - Валерий Михайлович Гуминский

месте, обвалившись только над спальней. Но внутри дома разгром был ужасающим. Когда улеглась красно-серая пыль, Никита снял защитный купол и впервые в своей жизни почувствовал, как у него пляшут руки. Мелкая неприятная дрожь заставляла выделывать пальцами замысловатые кренделя. Сжав зубы, волхв заставил себя успокоиться. Доченька оказалась права, и заходить в дом было большой ошибкой. Но ошибкой вынужденной. Будь иначе, сейчас на его совести оказалось бы несколько смертей. Никто в такой мясорубке, не обладающий магической силой, не выживет. Далеко не факт, что и одаренный сумел бы выйти из этой ситуации невредимым.

— Все в порядке? — спросил Никита отходящих от оцепенения бойцов. — Ранений ни у кого нет?

— В порядке. Да. Все в норме, — понеслись доклады.

— Валим отсюда, — грубовато приказал Никита, потому что хотел и самого себя взбодрить, и парней отвлечь от неминуемого эмоционального отката. — Скоро здесь будут люди Шереметева, не хотелось бы с ними кусаться.

Осторожно перешагивая через битый камень и разлохмаченные в щепу брус и мебель, они вышли на улицу. Никита с облегчением подумал о том, что высвобождение энергии от раскрывшихся рун не похоже на взрыв. Скорее, соседи примут его за разрыв газового баллона, кои частенько используют в хозяйственных нуждах и в гаражах.

Вздохнул с облегчением, увидев живыми и невредимыми Индейца, Доктора и Мелкого, успевших среагировать на магический взрыв. Они в этот момент находились неподалеку от бани, поэтому сразу попадали в снег, не попав под град разлетающихся кирпичей и стекла.

Только сейчас Никита услышал, как надрывается рация, прицепленная металлической защелкой к левому карману. Удивительно, почему Денис со своей группой еще не ворвался во двор, а до сих пор торчит на улице? По логике событий вероятность опасности для Князя высока как никогда, а никакой реакции. Странно…

— …да отзовись же! — Денис, кажется, готов был сорваться в панику.

— Что случилось? — приходя в себя после чувствительного удара, спросил волхв. Ладно — он. Бойцы до сих пор сидят на корточках, очумело поводя головами. Черная энергия умело поставленной рунической ловушки была невероятно сильной, а это точно говорило о том, что Гольц связан с Ордо Маллеус. Но каким образом неведомый враг узнал о приезде Никиты?

— Здесь князь Шереметев, — напряженным голосом ответил Денис. — У меня не хватает дипломатического такта удержать злого дядьку, возьму и покрошу всех к чертовой бабушке.

— Я уже выхожу, — Никита показал жест «опасность» и «следовать за мной».

Слон вместе с Активом, Сахаром и Малышом тут же образовали выступ, которым и вывалились на улицу, прикрывая Никиту. И замерли от картины происходящего. Вся широкая улица была забита черными внедорожниками, отмеченными гербом Шереметевых. Тяжелая штурмовая пехота князя в таких же черных комбинезонах и броне, ощетинившись оружием, стояла напротив дюжины парней в камуфляжной униформе, куда затесался и Москит с Багетом и Чайником. Судя по всему, бойцы с двух сторон были накалены до предела, готовые открыть огонь. И только один человек стоял в окружении своих гвардейцев совершенно спокойно, засунув руки в карманы диссонирующего с чернотой бежевого пальто. Да еще с расстегнутыми полами.

Князь Шереметев собственной персоной примчался в Новую Ладогу, за сто с лишним километров от столицы, надо полагать не из-за беспокойства о маленьком винтике в огромном клановом механизме. Здесь было что-то другое.

— Как это понимать, барон? — с ледяным спокойствием спросил Шереметев, заметив Никиту в окружении второй группы, вывалившейся на улицу. И это серьезно напрягло штурмовиков князя. — Вы решили игнорировать гербы, висящие на воротах домов, где проживают мои люди?

Чтобы вопрос был правильно понят, он ткнул пальцем в малый герб, едва не свалившийся от взрывной волны, ударившей в забор. Отлитый из металла, клановый герб так и болталась на одном винте, грозясь упасть на землю.

— Прошу прощения, князь, — Никита выступил вперед, чтобы чужие бойцы не подумали, что он опасается их хозяина. — Ваш советник оказался замешанным в неблаговидных делах, напрямую касающихся моей семьи. Чтобы проверить, так ли это, я поспешил сюда для разговора с Гольцем. Поверьте, я не собирался действовать радикальными методами. Обычный разговор, не более.

— Знаю я, как вы умеете ловко заметать следы подобных «разговоров», — льда в голосе князя не убавилось. — Мне крайне неприятно узнать, что вы без предварительного разговора со мной поехали к Гольцу. И, как вижу, получилось совсем плохо.

Он задумчиво посмотрел на крышу, часть которой оказалась обваленной внутрь. С улицы хорошо просматривались голые стропила и торчащая вверх ежиными иголками щепа.

— Я сам едва не погиб, — Никита не собирался оправдываться, однако следовало убедить Шереметева, что в Новую Ладогу он приехал совсем по другому вопросу. — Кто-то устроил ловушку из замкнутых рунических знаков, причем, со взрывом в определенный момент. Значит, этот кто-то хорошо знал, что сюда еду не только я, но и вы. Расчет был на то, что один из нас погибнет или пострадает, в результате чего возникнут очень серьезные разногласия между нашими кланами, вплоть до войны.

Князь на мгновение задумался, глядя в глаза Никиты, выискивая в них зацепку, которая даст повод раз и навсегда избавиться от нахального, прыткого, и чего там лукавить — опасного волчонка. Потом предложил:

— Не желаете продолжить разговор в машине? Не при слугах же обсуждать проблему…

Не дожидаясь согласия Никиты, он развернулся и направился к одному из внедорожников, в котором, видимо, и приехал. Стоявший возле него штурмовик распахнул заднюю дверь. Дождавшись, когда молодой волхв скроется в салоне следом за князем, захлопнул ее и замер на месте.

— Ваше рассуждение здравое на первый взгляд, — сказал Шереметев негромко, — но грешит странным логическим провалом насчет рунической ловушки. Вы не обвинили меня напрямую в покушении на убийство, но намек сделали, ловко ввернув фразу, «что кто-то хорошо знал».

— Я не имел в виду вас, князь, — постукивая пальцами по спинке пассажирского кресла, ответил Никита. — О том, что вы приедете в Новую Ладогу, я просчитал по косвенным признакам. Но кто-то, кто связан с Гольцем, сделал так, чтобы мы оба уехали отсюда врагами.

— Что вам надо было от моего советника?

— Признание в сношениях с Ордо Маллеус.

— Вы…, - у князя едва не сорвалось с губ «с ума сошли», но Шереметев вовремя прикусил язык. — Откуда у вас такие дикие подозрения?

— Я же говорю, за Гольцем давно тянется грязный след. Помимо того, что он пользовался вашим доверием и прикрывался могущественным гербом, Ефим спутался с британцами и папскими инквизиторами. Но не в плане каких-то своих делишек, а завязывал знакомства для вашего Рода, скорее всего. Видимо, там его и подцепили для тайных