Время сбросить маски - Лан Ань Ни

Сун Жулань вздохнул. Он не хотел совершить ошибку и нарушить душевное равновесие Хэ Ланфэн. Но с другой стороны… он многое вспомнил. Если бы и она смогла вспомнить… И все же… нет… ему не следует опираться только на свои желания. То, что осталось неизменным для него, для нее навсегда изменилось.

– Эй, сяо Лань, слышишь? Что-то шипит. Случаем, не твои мозги кипят? День был насыщенным, лучше отдохни. Я переписал ответы на все прошения, они будут отправлены уже завтра утром. Пойду к себе, а ты зря времени не теряй и ложись спать.

– Спасибо тебе, брат Вэйнин!

– Пустяки! Доброй ночи! Пойду я… Главное только… по дороге не столкнуться с шиланом…

– Доброй ночи, брат Вэйнин! Если что, зови на помощь, – улыбнулся Сун Жулань.

Золотые лотосы раскрыли лепестки, озарив покои принца ярким светом. Юноша так и сидел некоторое время, опираясь на стол. Его глаза были закрыты, а брови нахмурены.

Лун-ван был прав. В прошлом Сун Жулань совершил немало ошибок. На что же он надеялся теперь? Будущее туманно. За ним наблюдает множество глаз.

Будет лучше, если она останется в тени. Его желания были не так важны, если он хотел защитить своих близких. Звучало грустно, но иного выхода он пока не нашел.

* * *

– Неужели я совершил так много зла в прошлой жизни? – вздыхал Чжао Вэйнин. – Вот, значит, какова расплата! Небеса жестоки!

– Что ты там бормочешь, смертный? Лучше подержи! – Ли Мэй передала Чжао Вэйнину еще одну сплетенную из щепы коробку. Юноша снова тяжело вздохнул. Он и без того держал в руках целую башню из коробок, коробочек и свертков. Позади него в воздухе зависли еще две высокие башни. Коробки, из которых они были сложены, были перевязаны кровавыми лентами. Те были привязаны к пальцам Чжао Вэйнина, и когда он шел, башни летели за ним, словно послушные воздушные змеи.

Прохожие то и дело оборачивались юноше вслед. Многие принюхивались. Их привлекала кровь человека. Но пока рядом с Чжао Вэйнином была Ли Мэй, никто не смел ему вредить.

– Скучно-то как! Долго еще? Сколько можно покупать? Когда мы уже вернемся? – ныл Чжао Вэйнин. – Скучно до безумия! Скоро звезды появятся, а мы еще не дома. Есть хочу! Пить хочу!

– Какой ты нетерпеливый! – покачала головой Ли Мэй. Длинные подвески, прикрепленные к шпилькам в ее волосах, мелодично зазвенели. – Мы не можем вернуться. Еще не все из списка куплено.

– Какой список? Ничего не вижу!

– Носить его с собой – неудобно, потому что он очень длинный. От твоей макушки и до пят. Потому я все держу в голове, – заявила Ли Мэй.

– Ужас какой! Я, очевидно, доживу до конца этого дня лишь чудом! И за что мне все это? Я согласен переписывать прошения, чинить крышу, поливать цветы, подрезать кусты, разводить тушь, да что угодно делать… пусть будет самая черная работа, только не это! – снова принялся причитать Чжао Вэйнин. Ли Мэй лишь отмахнулась от него. Она оставалась поразительно бодрой и от многочисленных покупок получала лишь удовольствие.

Торговая сторона Инь оказалась самым настоящим лабиринтом из улиц, улочек и проулков. Кругом были лишь лавки и палатки с самыми разнообразными товарами: от тканей и готовой одежды да обуви до изысканных украшений, от посуды и мебели до лекарств и книг. От одного из городских озер, словно рукава, расходились в разные стороны вырытые каналы. И они были забиты лодками, груженными фруктами, рыбой, мясом и прочими съестными товарами. На переброшенных через воду мостах продавали сладости и паровые булочки. Торговля шла бойко! Уже смеркалось, но духов, вышедших за покупками, становилось все больше и больше.

– Неужели все это пригодится нам в Лесу голодных призраков? Очень сомневаюсь! Что лежит вот в этом свертке? Румяна? А здесь… двенадцать шпилек и три пары сережек… Вот тут… шесть рулонов ткани… Лес голодных призраков полон обезумевших мертвецов и всякой прочей нечисти. К чему туда наряжаться?

– Глупый! – Ли Мэй стукнула его по голове одним из свертков. – Эти вещи потребуются мне здесь. Начался Цветочный фестиваль. Во все времена он считался большим праздником. Представители трех из девяти великих семей – духи растений. Ежегодно именно они организуют фестиваль. А в этом году праздник будет особенным, ведь наш повелитель вернулся.

– Ну и? – скучающим тоном проговорил Чжао Вэйнин.

– Что еще за «ну и»? Повелитель демонов не сможет отправиться в Тянься до конца фестиваля, ведь в противном случае он проявит неуважение к наместникам. Мы примем участие в празднествах! Это очень важно, и потому нужно подготовиться!

– Хм… неплохой повод для новых знакомств! Может быть, получится выиграть…

– Что ты там опять бормочешь, смертный? – нахмурилась Ли Мэй. – Задумал снова слоняться по столице без дела с моими братцами или играть в «Угадай число[13]»? Вот уж нет! Понеси лучше вот это! Да осторожно неси, не урони! Это ваза очень ценная: она покрыта нефритовой глазурью! Прабабушка определенно знает, кого посылать за подарками! Я покупаю лишь самые лучшие вещи…

– А я и не знал, что шиланы – ценители прекрасного! – проговорил юноша, раз за разом вздыхая. Он перевязал новые коробки и свертки кровавой лентой, и с той поры позади него плыли уже три башни с покупками.

Ли Мэй успела обойти едва ли не все лавки на торговой стороне. Кроме того, она то и дело останавливалась у палаток, придирчиво оглядывала товары, строго разговаривала с продавцами, спорила, обсуждая цену и качество. У Чжао Вэйнина разболелась голова. Лучше бы он и в самом деле остался в Павильоне Золотого Лотоса и помогал Сун Жуланю с прошениями!

– Снова недоволен! Потерпи еще немного! Как только я закончу с подарками для дочерей наместников, подберу тебе готовую одежду. В одной лавке неподалеку можно купить верхнее одеяние из непромокаемого шелка. Летом в нем не будет жарко, зимой, напротив, легко согреешься. Я выберу одеяние алого цвета, тебе очень подойдет…

– Терпеть не могу выбирать одежду! Лучше бы меня кто-нибудь сожрал, чем это!

– Говори тише, глупый! Кто-то может принять твои слова за предложение! – Ли Мэй опять стукнула его по голове свертком. – Неси! Это нежно-розовые румяна и краска для губ. Подарю сестрице Ланфэн. Она всегда такая бледная! А это гребни для волос из панциря черепахи… тоже отдам сестрице Ланфэн. У нее волосы такие же густые, как у меня, их тяжело расчесывать. И бронзовое зеркало неси! У сестрицы Ланфэн должно быть свое зеркало!

– Бессмертные мечники ценят простоту и не терпят излишеств. Зачем все это