Дело Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

В таком случае, я для вас, Маркус, Ефросинья Фёдоровна. Либо же просто Фрося. Если честно, то не очень люблю своё полное имя. Удружил же батюшка…

— Красивое русское имя, — пожал я плечами. — Но если вы настаиваете… Так какое же у вас ко мне дело, Фрося?

— Маркус, а можно я у вас сначала кое-что спрошу? — лукаво улыбнулась женщина.

— Да, конечно.

— Вот вы сказали, что вызвали в столицу сотню воинов рода. Это правда?

— Абсолютная, — кивнул я.

— То есть слухи о вас не врут…

— Позвольте уточнить, какие именно слухи?

— Слухи о том, что вы необычайно резкий молодой человек. Который в столь раннем возрасте умудрился вырезать боярский род.

— Враки, — улыбнулся я. — Я убил только главу этого рода. И то, в поединке. А что стало с его семьёй, если честно не интересовался. Да и вообще позже выяснилось, что этот боярин был не самым хорошим человеком и, к тому же, обманывал свою княгиню.

— Негодяй, — хмыкнула Ефросинья. — А зачем же вам такое количество воинов?

— В первую очередь — для охраны. У меня в столице большие планы. И не хотелось бы потом бегать и узнавать, кто спалил одно из моих заведений. Намного лучше это предотвратить.

— Что же, весьма разумно. Но вот… — она замялась, но всё же продолжила: — Если бы конфликт с моим мужем продолжился…

— Вы хотите узнать, пошёл бы я до конца? — уточнил я.

— Да.

— Это зависит от многих факторов. Но, скорее всего, пошёл бы. Как говорится, лучшая защита — это нападение.

— А последствия? — хитро прищурилась Тришкина.

— Вы меня таким образом на адекватность проверяете, Фрося? — улыбнулся я.

— Проверяю, — вздохнула женщина. — Просто прежде чем сделать предложение, хотелось бы понять, кому именно я его делаю. Надеюсь, вы не обижаетесь?

— На обиженных воду возят, — развёл я руками. — А ваше желание вполне понятно. И всё же давайте перейдём к делу. У меня на сегодня ещё переезд запланирован. Да и вообще, найду чем заняться.

— Хорошо. Я, Маркус, хочу ни много, ни мало, а тридцать процентов с вашего дела с трактирами.

Такого оборота я не ожидал. И в первое мгновенье даже растерялся. А затем не выдержал и расхохотался.

— Ох, — вытер я выступившие от смеха слёзы. Боярыня же всё это время сидела с абсолютно серьёзным лицом. — Из вас, Ефросинья Фёдоровна, переговорщик намного лучше, чем из Бориса Майкина. Вроде как требования одни и те же, но у меня совсем другой настрой.

— Рада это слушать, сударь, — одними губами улыбнулась женщина. — Но хочу уточнить, что это не требования, а предложение.

— Ага, теперь всё становится чуть более понятно. И что вы же можете предложить за такой грабительский процент?

— Ну почему же сразу грабительский? Вполне приемлемый, я бы сказала. А предложить я могу многое. У моего мужа огромные связи в столице. Так же как и у моего папеньки. И всеми этими связями я могу пользоваться. Вот, например, откроете вы ещё несколько подобных заведений. А где возьмёте хороший обслуживающий персонал? Или того же управляющего? А ещё могут возникнуть проблемы со стражей, сборщиками податей или преступным миром. Да и с другими боярскими родами, наконец. А наше имя от многого вас оградит. К тому же, мне и самой интересно чем-то таким заниматься. Устала сидеть дома, честное слово. Так что ко всему прочему вы получите мою личную помощь.

— Это уже действительно похоже на серьёзное предложение, — задумчиво кивнул я. — Особенно, если учесть, что в ближайшее время я собираюсь поступать в академию боевых искусств. Правда, я не собираюсь открывать ещё несколько «Майонезных».

— Как так? — растерялась боярыня. — А для чего же вам трактиры?

Вместо ответа я внимательно посмотрел на боярыню Тришкину, раздумывая, стоит ли посвящать её в свои планы. С одной стороны, моя задумка для этого мира довольно инновационная. И если всё выгорит, то можно просто озолотиться. А с другой стороны — Ефросинья права. В том же Ульчинске я бы это дело провернул в лёгкую. А вот в столице у меня возможностей намного меньше. И если дело станет по-настоящему прибыльным, то меня сожрут. И никакой род Дёминых не поможет. И мысли найти высокого покровителя у меня возникали и раньше. А тут он, точнее — она, сам пришёл. Вот только не переоценивает ли Тришкина влияние своего мужа? Ведь может получиться так, что я выделю им долю своего бизнеса, а боярин Тришкин окажется никем. А моя идея уже будет засвечена, и заново её запустить не получится.

— Маркус, — не выдержала моего молчания Ефросинья, — могу я узнать, о чём вы задумались?

Немного подумав, я кивнул и вкратце пересказал ей свои мысли.

— Что же, ваши сомнения вполне понятны. Тогда мне тоже нужно немного открыться, — с едва заметной грустью улыбнулась женщина. — Я — незаконнорожденная дочь князя Трубецкого, Михаила Владимировича. И мой отец помимо того, что владеет Брянским княжеством, довольно влиятельный человек в столице. Да и вообще в Великом княжестве. При всём при этом он искреннее меня любит и всегда всячески помогает.

— Хм. В таком случае позвольте вопрос, Фрося?

— Конечно.

— Почему вы сегодня пришли сюда, да ещё и отступные мне принесли?

— Тут всё просто, Маркус. И причин имеется несколько. Во-первых, Бориска действительно был неправ, угрожая вам. Мой муж так дела не ведёт. И в случае вражды наших родов, мой отец защитил бы только меня, но не мужа. Сказал бы, что тот сам виноват. Папа это может. А во-вторых, мне стало интересно. Вашу «Майонезную» я хорошо знаю. А уж идея раздавать рецепты приготовления блюд с этим вашим новым соусом — вообще гениальна. Вот я и подумала, что неплохо было бы приобщиться к такому интересному делу. К тому же репутация нашего рода от этого никак не пострадает. Скорее даже выиграет. Мужу, если честно, давно пора заниматься чем-нибудь абсолютно легальным. Потому я и хочу именно тридцать процентов за наше участие в вашем деле. И надеюсь на развитие в будущем. Точнее — надеялась. Оказывается, у вас совсем другие планы.

— Хм… Что же…

— Смелее, Маркус! Даю вам слово, что не воспользуюсь вашей идеей без вас. Вы поверите