Путешествие Элмо - Антон Исаев

он один. Он сел на крыльцо и положив рядом палаш, с пустым взглядом застыл на месте.

Прошло несколько часов, а Элмо продолжал все так же сидеть, ничего не делая. Только вчера его жизнь была привычной и наполнена красками, оттого и то что сейчас происходило было совершенно нереально.

Где-то за стеной, что огораживала дом, раздалась негромкое ржание, и скоро через ворота, которые все еще скрывались в тумане, во двор вступил всадник. Неспешно держась за поводья, он ехал по двору, оглядываясь вокруг. Элмо все так же не обращал ни на что внимания, даже когда всадник подъехал и встал перед ним, то никак не среагировал. Лошадь всхрапнула, когда всадник ловко спрыгнул с нее, но он легонько похлопал ее по холке.

— Хочешь отомстить и вернуть свою сестру? — спросил он, смотря на сидящего молодого мужчину.

Элмо услышал его, но промолчал, смотря куда-то во двор, однако, всадник повторил свой вопрос. Тогда уже Элмо начал возвращаться в этот мир и взгляд его прояснился. Он поднял голову. глядя на того, кто стоял перед ним. Среднего роста в черной просмоленной треуголке. Лицо его было закрыто высоким воротником от пальто, коричневые брюки, тяжелые ботинки заканчивали его обмундирование. Он снял кожаные перчатки, протягивая ему ладонь. Элмо встал и пожал ее, рукопожатие оказалось крепкими, и коротким.

— Меня зовут Даниэль, — представился он — Твое имя я знаю, и знаю, что здесь произошло, — он окинул взглядом темный и пустой дом. — За тем, кого ты встретил вчера, всегда идут беды..

Элмо не стал спрашивать и удивляться тому, что говорит ему всадник. Слишком много произошло вчера. Эмоции его ушли, он был пуст и просто ответил:

— Мама назвала его Саргон.

— У него много имен. Обычно он сам называет себя перед людьми. Твоя мать заключила с ним договор, и вот его результат. Саргон был в своем праве и смог явиться сюда, чтобы взять свое.

— Что будет с моей сестрой? Она жива?

— Жива, и невредима, я знаю это. Он забрал ее, чтобы использовать в своих планах, — Даниэль поднял взгляд в небо, тогда Элмо увидел его лицо полностью.

Гладко выбритый с тяжелым подбородком мужчина, на вид сорока лет. Он посмотрел на него с серьезным взглядом.

— Хочешь отомстить за мать с отцом, и вернуть сестру? — повторил он снова.

— Да, — Элмо взял палаш, что стоял сбоку на крыльце. — Я хочу этого, как никогда в жизни. И мне неважно кто он такой.

— Это хорошо, — Даниэль кивнул головой. — Тогда поехали! — он повернулся в сторону выхода со двора и громко свистнул. В ответ раздалось тихое лошадиное ржание.

— Прямо сейчас? — слегка растерянно спросил Элмо. — А как же дом? Родители? Мне надо сделать столько всего. Следует похоронить их.

— Ни о чем не беспокойся, — махнул рукой мужчина, наблюдая, как во двор галопом залетает еще одна лошадь, взбивая землю комьями. — За всем проследят, родителей похоронят, с домом все будет хорошо.

Лошадь встала возле них, широко раздувая ноздри и краем глаза наблюдая за Элмо. Он не стал спорить со сказанным, просто подошел к лошади, и закрепил на ней палаш отца. Даниэль, глядя на него, произнес:

— За седлом такое же пальто, как у меня, оно по росту как раз для тебя, ну и головной убор тоже. Холодно, — добавил он, видя, как Элио одевается. — Все, что нам нужно, это вера в себя и свои силы, — он вскочил на свою лошадь и двинулся в сторону выхода.

Как только они покинули двор, то туман стал еще гуще, закрывая весь дом с прилегающими зданиями полностью от внешнего мира.

Глава 2

Они скакали по дороге, закрытой туманом, а серое небо, что висело над ними, клубилось тучами затмевая солнце. С тех пор как они отъехали от дома родителей, прошло уже много времени, Элмо, если честно, потерял счет времени. Час или полдня, было уже непонятно. Он посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую. Тяжелый хвойный лес по бокам от дороги оказался так же в густом тумане.

— Даниэль! — позвал он всадника, скакавшего чуть впереди него.

Тот повернул голову, все так же закрытую воротником, и чуть притормозил свою лошадь, чтобы они сравнялись.

— Я не узнаю дорогу, — сказал ему Элмо — Я прекрасно знаю все окрестности возле дома родителей, такой длинной дороги нигде нет, мы бы уже давно вышли на развилку. И что за лес по бокам? Такого тоже я не помню.

Мужчина усмехнулся на его слова, а взгляд его стал чуть веселым.

— Мы уже далеко от дома. Очень далеко, — ответил он. — Не переживай, что ничего не узнаешь, в мире есть такие тропы и дороги, про которые ты никогда не узнаешь, пока тебе не покажут. Главное, никуда сам не сворачивай, если потеряешься, то и я не смогу тебя найти, а здешние обитатели махом тебя заберут,

— Здешние обитатели? — переспросил Элмо. — Деревенские что ли?

— Ага, — Даниэль улыбнулся. — Можно и так сказать. Ладно, не отставай, — и он ногами дал знать лошади, чтобы она увеличила скорость.

Так они ехали, пока небо не стало темнеть, и Даниэль чуть ругнулся, увидев это.

— Не успеваем, — хмуро произнес он Элмо. — Думал, получится, ну что ж, придется искать ночлег. На дороге ночью нельзя оставаться, это верная смерть, — он начал высматривать что-то по сторонам. — Ага, вот подходящее место! — он показал рукой и Элмо увидел чуть впереди, как лес расходился в стороны, открывая неширокую тропинку.

Они свернули туда и спешились перед ней. Вблизи стало видно, что тропинка уходила далеко вглубь леса и по ней явно на лошади не проедешь, она была слишком узкой.

— Придется идти пешком, — сказал Даниэль и повернулся к своей лошади, обращаясь к Элмо. — Снимай оружие и припасы, нам все это, скорее всего, скоро пригодится.

— Мы пойдем пешком? — спросил он, принимаясь снимать со своей лошади притороченные вещи.

— Да, мы отпустим лошадей. А утром, когда придем сюда, они будут ждать нас здесь

Элмо закрепил на спине рюкзак с припасами и взял в руку палаш, наблюдая, как Даниэль ловко снимает все со своей лошади. Увидев, как тот снимает длинную тонкую шпагу, украшенную серебром, он сказал с уважением:

— Красивая. Но, видно, что это боевое оружие, а не для красоты.

— Это подарок. Такой шпаги больше нигде нет, ее укол смертелен для каждого, — ответил ему мужчина. — Она проскользнет через любую броню, отразит любой удар.

Хлопнув по крупу своей лошади, он кивнул Элмо и двинулся на тропинку. Вторая лошадь