Аристократ из другого мира - Алексей Владимирович Калинин

и сделал своими рабынями. Я дала ему парочку, так он сейчас и тащится, как удав по стекловате. На его месте могли быть вы. Потом вас подсадили бы на наркоту и стали бы вы рабынями…

— А ты кто? Из полиции? — спросила одна из потенциальных юдзё.

— Нет, хуже, поэтому в ваших же интересах держать язык за зубами. За диваном Ючи есть черный ход. Вас он выведет на улицу и там вы уже станете себе хозяйками. Захотите — снова пойдете торговать телом, но тогда ваш конец будет вряд ли лучше, чем у этого ублюдка. Лучше всего найдите обычную работу. Пусть и не так хорошо оплачиваемую, но зато вы станете жить нормально. Встретите парней, выйдете замуж, родите детишек… Езжайте в другой город, где вас никто не знает, вот… — красавица вытащила из-за отворота юбки четыре конверта. — Тут карточки с деньгами. На первое время хватит, а там уже сами. И давайте, валите отсюда, а то, кто знает, как долго его ещё кочевряжить будет.

Четыре женщины оказались понятливыми. Они не стали рассусоливать и раскланиваться, а сразу же цапнули по конверту и зашли за спинку дивана. Там открылась скрытая дверца и через несколько секунд в комнате остались только красотка и Ючи Тиба.

— Ну что, качок, пойдем, посмотрим твою качалку, — проговорила красавица и протянула руку. — Ой, да ты совсем расплылся. Неужели придется тебя тащить? Вставай, просыпайся! И так на этих каблуках задрался тренироваться — как на ходулях, черт побери! А ещё и тебя тягать… Вставай же, медуза хренова! Вставай, говорю, пока по щам не настучал!

Ючи Тиба сквозь марево сна ещё успел подумать — почему же эта красотка, похожая на богиню любви и сладострастия, говорит о себе в мужском роде? Успел подумать, а в следующее мгновение оказался поднят в воздух. Да ещё так легко поднят, как будто красотка всю жизнь занималась тяжелой атлетикой. Может у неё и бицепс накачан больше, чем у него? Не, ну грудные мышцы-то явно больше…

От последней мысли Ючи стало смешно, и он глупо захихикал.

— Ещё и ржешь, коняра. Двигай копытами и не слюнявь мою майку. Куда ты тянешься губешками-то?

С горем пополам красавица вывела Ючи из кабинета.

— Что с боссом? — спросил стоящий возле дверей мужчина.

Охранник Кано видел порой босса и в худшем состоянии, но чтобы так, среди бела дня…

— Накидался саке, пока нас разглядывал. В общем, всех девчонок выгнал, а меня попросил остаться. Вот, провожаю его до комнаты с большим зеркалом. Поможешь донести, красавчик?

Кано только хмыкнул в ответ. Вот ещё! Похоже, что у босса намечается веселая вечеринка, а это значит, что у охранника появилось свободное время и теперь можно заглянуть к юдзё по имени Роли. А что? Босс всё равно до завтра будет труп, так что…

Охранник не подозревал, что босс будет и до послезавтра труп, и до послепослезавтра, и вообще до второго пришествия. Но Кано не был оракулом, не мог предвидеть будущее. Хотя, он уже предвидел акробатические упражнения с Роли — и вот в этом он не ошибся.

— Кано, ты сегодня мне не нужен! — пробурчал Ючи. — Я сегодня буду драть эту красотку… Всю ночь…

— Тащи его вдоль по коридору. Шестая дверь слева, — махнул рукой Кано и отправился по своим делам.

— Что, даже не поможешь? — спросила с отчаянием красотка.

— Нет, мне некогда, — Кано махнул рукой в ответ.

Девушка от огорчения сплюнула, шмыгнула носом и потащила Ючи по указанному адресу.

Уже на месте она сбросила Ючи Тиба на кровать и устало села рядом, утирая выступивший пот.

— А я знаю, чем мы будем заниматься, — хихикнул Ючи и потянулся к большой женской груди.

— Да лежи ты, — красавица ткнула локтем не глядя, заставив Ючи кувыркнуться обратно на кровать. — Дай хоть передохнуть.

— Ой, какая ты бука… А у меня кое-что есть для такой буки! — Ючи справился с непослушным телом и подтянулся к тумбочке.

После прикладывания пальца к датчику, он открыл верхний ящик и вытащил пакетик с «золотым льдом».

— Ты же этого хочешь, недотрожка? Да? Этого? Все мои девочки хотят этого… Все… — проговорил Ючи и начал раздеваться. — А ещё они хотят вот этого…

Красавица угрюмо покачала головой и поднялась.

— Какой же ты всё-таки мудень залупастый. Неужели ты ещё не понял, что тебе каюк пришел? Причем в самой жесткой форме?

— Каюк? Милая, ты затрахаешь меня до потери пульса? А смотри, ты похожа на богиню на моей спине, — Ючи снова захихикал и дернул рубашку вниз, показывая татуировку на спине.

— Я знаю, — пожала плечами девушка и резким движением вырвала пакетик из руки Ючи. — Знаю, не зря же в гости к татуировщику Инотаки заходил. В общем так… Я задолбался ходить на каблуках, натер лифчиком сиськи и ещё стринги залезли туда, куда вообще не должны были залезать. Да ещё эти, блин, военные игры… Знаешь, как надоело соревноваться и что-то кому-то доказывать? Задрался аж донельзя. По итогу — я очень зол. А раз я зол, то обойдусь без пафоса. Ючи Тиба, за твои преступления тебе пришел кирдык.

— О чем ты, красотка? Это какая-то игра? Поиграй же с дядей Ючи, поиграй, — Ючи скинул с себя остатки одежды, оставшись в том самом виде, в котором проснулся утром.

— Да ну, во что играть-то? У тебя ни шахмат, ни картишек. Да и не из тех я, кто с голыми мужиками играет. В общем, у тебя есть, что сказать на прощание? Там, слово какое-нибудь финальное или стишок?

— У меня есть два слова: поиграй с этим, — после этого Ючи покачал бедрами, показывая с чем именно нужно играть.

— Это уже три слова. Пока ты не сдох, можешь сам с этим поиграть! — почему-то молодым баритоном проговорила красотка.

После этого она резко крутанулась, выставив ногу. Ючи почувствовал, как его ноги вдруг оказались выше головы, а в следующую секунду он шмякнулся на спину. Тут же сверху что-то навалилось и послышался глухой треск. После этого перед глазами повис кожистый мешочек.

Уже спустя несколько мгновений Ючи понял, что это был за мешочек. Он открыл рот, чтобы закричать, но в этот момент целая горсть полупрозрачных таблеток влетела в распахнутое жерло. Ючи невольно проглотил «подношение». Холод ожег вкусовые сосочки.

На глаза напало золотистое сияние, украшающее всё вокруг и забирающее боль и страдание. Как же приятно и как же хорошо… Холод, спокойствие и вечный кайф. Да он теперь даже любил