Вадим Еловенко - Мы – силы

Ознакомительный фрагмент

– Извини. Мы тут все на нервах, там, уроды, чуть на штурм не пошли. Представляешь, на балкон попытался залезть.

Денис подхватил сумку и направился за Аркадием, так звали механика-водителя, а заодно и моториста дизель-генератора в одном лице.

– Ну, Семен Викторович и сказал подать ток на периметр. Крика-то сколько было. Иди к нему, я пока тебе сауну разогрею. Давай бегом.

Денис кивнул и поднялся в гостиную на второй этаж. Семен Викторович сидел перед телевизором и смотрел польский канал, принимаемый со спутника. Рядом у его ног развалились обе черные туши ньюфаундлендов. Кофе дымился на столике справа от локтя хозяина дома, наполняя комнату божественным ароматом. Только сваренный. Только поданный. И наверняка без сахара. На песке приготовленный… Денис сглотнул слюну. Семен Викторович повернулся и посмотрел на мальчика:

– Деня, не стой столбом. Я уже знаю, что больница разрушена. Давай переодевайся. Или сначала в сауну. Пусть тебе Аркаша нагреет ее. Потом подходи, будем вместе телевизор смотреть. В мире просто ужас что творится. Давай. И пусть Ирина тебя накормит. На вот, в сауну возьми.

Денис не видел, но оказалось, что Семен Викторович сидит в кресле с бутылкой коньяка и полным стаканом в руках. Крепко мужик прочувствовал тему, раз за спиртное взялся в эту минуту.

– А как же врач Татьяне Серге…

– Да пошла она, – грубо ответил Семен Викторович. – Вечно у нее то колет, то свербит. То месячные, то понос. Я с ней тридцать лет живу, так что знаю, о чем говорю. Чтобы из-за нее ты с пневмонией свалился? Нахрен. Пусть народными средствами лечится. Коньяк и лимоны. И ты иди лечись, вот тебе стакан. Лимоны на кухне по дороге возьмешь. Иди лечись, грейся и возвращайся.

Денис, который очень хотел чихнуть и терпел, с благодарностью взял стакан и, только выйдя из комнаты, отвел душу. Ну, вот теперь куртку стирать. Хотя ее все равно, как минимум, полоскать надо. На кухне сидели молодая кухарка Ирина и Поля, тридцатилетняя старая дева, которая стирала в доме Семена Викторовича. Увидев Дениса, она поднялась с пригретой табуретки и стала раздевать мальчика прямо на кухне. Ему было объявлено, чтобы он не стеснялся и быстрее снимал одежду. Ирина смеялась, глядя на то, как он краснеет, оставшись в одних трусах. Поля ушла, и кормилица, как ее в шутку прозвали хозяева, спросила:

– Кушать будешь сейчас или после сауны?

– После, замерз я жутко.

– Ну, иди.

Кожа приняла на себя раскаленный воздух сауны как открытое пламя. Не сразу, но достаточно быстро Денис стал задыхаться. Он выскочил из «жарильни» и минуту переводил дух. Для бодрости он выпил без закуски стакан конька и скривился, пряча выступившие слезы. Закусывать было нечем, и он просто беспомощно глотал воздух. Наконец, отдышавшись, он снова забрался в еще более нагревшуюся комнатку и там уже из последних сил сидел и терпел жар. Покрывшись десятью потами, с наконец покрасневшей кожей он вышел и выключил обогреватель сауны. В бассейн он не стал нырять. Там наверняка холодно, а он только прогрелся. Вымылся под теплым душем и вытерся насухо полотенцем, что висело тут же в кабинке чуть выше, чтобы не задевала вода. Мокрая сумка, принесенная в предбанник, была быстро выпотрошена, и среди промокшего за переход белья он отыскал чистое и сухое.

Наверх он поднялся уже более или менее в живом состоянии.

– Поел?

– Не-а.

– Ирина! – громогласно крикнул Семен Викторович. – Принеси сюда для Деньки поесть. Супа там, и второго тоже. И коньяку еще. С лимонами! Витамин С будем потреблять.

Устроился Деня за маленьким столиком перед экраном. Ирина быстро принесла поднос, хотя она обычно не разносила приготовленное. Вика, молодая девушка, занималась у Марковых сервировкой столов и подачей блюд.

– Ира, там Вика что делает? – спросил Семен Викторович.

Ирина сказала негромко:

– Домой побежала. Своих проведать.

Марков неодобрительно хмыкнул, но промолчал.

Денис ел долго, растягивая каждый глоток и каждый кусок. Наевшись от пуза, он собрал тарелки и спустил их на кухню.

– Наелся? – спросила Ирина.

– Спасибочки, – улыбнулся Денис.

– Ну, иди. На вот, еще коньяка захвати, а то чует мое сердце, что не последняя эта бутылка, затребованная хозяином.

Наверху уже кроме Маркова сидел еще и водитель Аркадий. Они вместе смотрели телевизор, а Семен Викторович переводил с французского:

– Затоплению подверглись районы вплоть до Тулузы. Население срочно эвакуируется в горы на границе с Испанией. Блин, это же какой уровень воды там? Это что они собираются показать? Какой, на фиг, прогноз погоды?

Семен Викторович переключил с французов на немцев. Но и тут – катастрофа за катастрофой.

– А русский есть канал? – спросил Денис из-за спины.

– Есть, только они там все пи…т. Говорят, мол, все круто, жертв не так уж и много. Всего что-то около сотни. Да у нас по Пскову больше бомжей перетонуло. Вон в Германии: только на Варнемунде более трех тысяч местных и отдыхающих. Росток утонул, как и мы. Но хочешь, давай послушаем – картинка поганая.

Он переключил канал, и Денис услышал русский язык:

– Итак, сейчас мы можем ответственно заявить, что МЧС со своей задачей справилось и будет справляться в дальнейшем. Другие министерства аналогично делают все возможное, а зачастую и невозможное, чтобы спасти людей и имущество. – Проявилась картинка: на фоне хмурого неба Москвы снующие вертолеты. – Вот, вы видите, что в совершенно невозможных условиях работают транспортные вертолеты, перебрасывающие людей из Валдайского края сюда, в Подмосковье. К сожалению, спасатели вынуждены прекратить подобные операции ввиду полного отсутствия видимости над самим Осташковом и в округе. Мы сейчас возьмем интервью у только что прибывших спасенных людей. Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, как вы оцениваете работу спасателей?

Незнакомый голос ответил достаточно бодро:

– Вы знаете, небывалое ощущение полета на вертолете. Я вот сколько работал в Смольном, часто выезжал на проблемные участки. Но вот на вертолете прокатился впервые. Очень, очень оперативно. Нас подобрали сразу, как мы добрались до Валдайской возвышенности. Наша техника пошла дальше, а вот мы по делам государственной важности были немедленно вывезены сюда. Очень рад за подготовку наших летчиков. И конечно, очень рад за себя и свою семью. Мы здесь с женой и дочерью…

– Спасибо вам большое, что смогли дать нам комментарии после такого тяжелого перелета.

– Вот суки… – только и сказал Аркадий.

– Да ну, брось… – отмахнулся от его реплики Семен Викторович. – Он совершенно прав. Если есть возможность спастись – надо спасаться. И семью вывозить. Да и при том… я бы, например, в этих палаточных городках точно бы не остался жить.

– А куда бы подались? Если кругом вода, куда идти?

Семен Викторович усмехнулся и, выпив залпом стакан коньяка, на выдохе сказал:

– В воду.

– Не понял?

– В воду бы пошел. Лодку бы взял или отобрал. Хавки побольше – и вперед. Можно даже компанию взять с собой, только не много. Чтобы не все время жрали.

– А…

Не дослушав реплику водителя, Семен Викторович сказал разомлевшему Денису:

– Деня. Видел вон тех у дверей?

Денис кивнул. Семен Викторович не видел кивка, но продолжил:

– Вот они, вместо того чтобы идти дальше и искать себе место, будут здесь все время торчать. Спорим? Они прижались к двери, как дворняги, и ничего не хотят делать… только подачки и жалости ждут. Думают, что их просто обязаны впустить. Они забывают, что им никто ничем не обязан. А все их там выкрики, мол, гады, сволочи, и так далее – это от бессилия оторваться от моей двери. Они думают, что раз они пострадали, то теперь им все должны помогать. Кретины. Это все равно что милостыню просить, да еще требовать… и нелепо и мерзко. Они вполне могут подняться выше на холм и найти там убежище. Так нет, им, понимаете ли, мокнуть неохота. А впусти я их, так они через пять минут еды попросят. А еще через десять в мою ванну своих грязных женщин запихнут. И не дай бог им что против сказать, они еще и обидятся – как же так, такую малость попросили. В пи…у. Я уж лучше без них в своем доме помру.

Денис переварил информацию и не смог возразить. Всякие понятия как гуманизм и прочее у Семена Викторовича просто не котировались. А говорить глупости о людской благодарности не хотелось. Однако Аркадий возразил насчет слова «помру».

– Чего ты меня успокаиваешь, Аркаша? Ты не понимаешь иностранных языков, а между прочим, шведы провели исследования и получили данные о том, что вода не спадет. Она просто не успеет. Дальше общий паводок будет. Льды тают все быстрее и быстрее.

– Так, а что делать?

– Накинуться простыней и медленно ползти на кладбище. А почему медленно? Чтобы паники не создавать. – Этот анекдот Денис знал. Он был, правда, про ядерную войну, но чем сейчас не глобальная война с природой. Хотя нет, война – это когда противники воюют. А тут человечество просто избивают.