Олег Рыбаченко - Удар русский богов

— Но его сейчас нет, кроме того, наследник еще не родился.

— А что с Алексеем царевичем будем делать. Не дадим родиться или будем лечить.

— У него дурная наследственность, поэтому нужны кардинальные решения. Но мы не получили нужных инструкций из центра.

— Думаю, что скоро будут, во всяком случае, нельзя обойти столь важную проблему.

Император и сопровождающие его придворные вышли на специально пристроенный к зимнему дворцу балкон. Собравшийся на площади народ приветствовал царя. Специальные раздатчики денег с бочонками потянулись к толпе. По сигналу, данному его величеством, в толпу стали бросать деньги. Среди страждущих было много детей. Не смотря на прохладную осеннюю погоду, большинство из ребят были босые, или в лаптях и при этом страшно оборванные. Они носились и визжали, от восторга, плюхались по лужам. Даже те, кто не был особенно беден, старались выглядеть как можно более жалкими, рассчитывая в этом случае на более щедрую милость. Когда монеты со звоном падали на мостовую, возникали спонтанные драки и потасовки. Полицейские не вмешивались, а лишь свистели. Было уже темно и улицы освещались газовыми рожками и недавно установленными электрическими лампочками.

— Сейчас будет интересно. — Галина пожала Артему руку.

— Фейерверк?

— Да!

— Что тут особенно я и не такие светопреставления видел.

— Зато все древнее, огонь натуральный без всяких лазеров.

— Посмотрим.

Несмотря на всю красочность и разнообразие пиротехники, будущего министра внутренних дел они не сильно впечатлили. Ему приходилось наблюдать гораздо более масштабные эффекты в частности в пределах нескольких парсеков. А как отмечали грандиозное празднество по случаю строительства второй столицы России. Почти в самом центре галактики на пересечении торговых путей, возвели город-планета Святая Россианда. Такое событие отметили таким колоссальным фейерверком, что казалось, взорвались все звезды. Тут конечно тоже было неплохо, но где уж тягаться ягненку с тигром, с тысячелетней разницей в технике не поспоришь.

— А все же для их уровня прилично. Искрят и светятся, но ватерпас не тот.

— А мне нравиться. Галина обратила внимание как одна белокурая босоногая девочка, довольно симпатичная, но ужасно худенькая ни как не может подхватить подачку, более наглые мальчишки то и дело отталкивают ее. Княгиня легко перепрыгнула через балкон и вложила ей в руку царский червонец.

— Как звать тебя дитя?

— Марфа Петровна.

— Помолись за Россию.

Несколько придворных были удивленные ее ловкостью и сноровкой. Погладив Марфу по головке, она повернула, назад врезав хорошенько по затылку, чересчур ретивому мальчишке, расталкивающему всех и прячущего империалы за щеку. От удара он упал в лужу, смешно подбросив вверх голые грязные пятки.

— Извини сорванец, но с тебя уже хватило милостыни. Оставь другим. Затем легко запрыгнула на балконный барельеф. Знатные вельможи засмеялись, некоторые зааплодировали. Галина поняла, что допустила ошибку, не следовало столь смело демонстрировать свои навыки.

— Это лихо, но глупо. Теперь ты стала слишком заметной.

— Ничего страшного поболтают и забудут.

Артем был настроен куда более критически, длинные языки могут повредить главной цели. Лучше свести все к шутке.

— Господа похлопаем акробатке.

Знать зааплодировала. Сам царь подошел к княгине и поцеловал ей руку.

— Ваша ловкость достойна восхищения. Вы замечательная гимнастка.

— Знатность это еще не повод чтобы быть толстой и неуклюжей. Даже женщина должна быть воином.

— Браво это слова настоящей Амазонки. Выпьем за это. Император протянул бокал Галине. Они чокнулись и смочили губы, княгиня сделала глоток. Коньяк был превосходен, приятно согревая и лаская глотку. Фейерверк длился полчаса, это любимое еще Петром Первым зрелище приходилось по в кусу его предполагаемому дальнему потомку. Впрочем, текла ли в Николае кровь прежних великих Романовых. Кроме того, уж больно ее разбавили иноземным преимущественно немецким семенем. Бал продолжился, сверху падали ленты, под потолком вращались наполненные гелием шары.

— Тут все очень просто и небрежно.

— Ну, я бы так не сказала. Я думаю, настало время представить тебя императрице.

— Давно бы так. Я жду не дождусь.

Галина взяла Артема за руку и подвела к Александре. Царица встретила ее очень приветливо.

— Это и есть тот славный воин, что отличился во время китайского похода?

— Меня зовут Артем Зубов — ваше величество.

— Так вот Артем. Где бы вы хотели служить?

— Там где моя служба принесет наибольшую пользу отечеству.

— Я думаю лучшего специалиста для должности министра внутренних дел не сыскать. Вставила Галина.

Александра скептически оглядела бравого молодого человека, с пышными черными усами, широкими богатырскими плечами, высоким лбом. В чертах его лица была что-то кавказское, орлиное и отчаянно смелое. Он был ей симпатичен, но что-то смущало ее.

— Не слишком ли он молод для столь ответственной должности?

— Нет ему уже тридцать два года, и его храбрость и честность вошла в поговорку.

— Что же мне хочется вам верить и, тем не менее, я хочу подвергнуть его последнему испытанию.

— Какому экзамену ваше величество?

— Об этом он узнает этой ночью. Прозвучал двусмысленный ответ.

Артем был далек от пошлых мыслей, тем более в отношении женщины, которую причислили к лику святых. Впрочем, его предупредили, что Александра Федоровна на самом деле не такая уж и безгрешная, впрочем, и Петр Великий был бабник, но по повелению Стальтигра Православная церковь за особые заслуги перед отечеством причислило и его к иконостасу. Пожалуй, учитывая, что Николай и Александра погубили великую страну, то их канонизация не особенно уместна. Бал затянулся, и гости проголодались и их отвели в специальную пиршескую залу. Там их ждали экзотичные яства и изысканные вина. Драгоценные столовые приборы, фужеры, множество иноземных неизвестно каким путем доставленных фруктов, горы черной и красной икры в золотых фужерах и прочее изобилие, характерное для русских нагромождение еды. Александра посадила блистательную пару рядом с собой по правую руку государя. Впрочем, подавляющее большинство гостей, демонстрировало культуру и старалось, есть мало. Артем впрочем, привыкший к высокосбалансированной синтетической пище, отвел душу, жадно поглощая сочные и натуральные блюда. Одно дело есть филе из нефти или котлету из добытого на Юпитере аммиака, другое сочное политое соком манго жаркое из жирафа. Или что может быть лучше осетра с апельсиновым гарниром и черной икрой перемешанной с финиками и фисташками. Впрочем, и лебедь царская птица хорош, особенно с ананасами. Хроноразведчик измученный долгим воздержанием и аскетизмом, допустил просчет — объелся, но крепкий желудок страуса выдержал. Галина ела с подлинным аристократизмом плавно и по чуть-чуть. Впрочем, царю понравился здоровый аппетит будущего министра.

— То тот, кто так ест, свидетельствует об честности. Если у человека совесть чиста то и аппетит хорош.

Высказывание Николая впрочем, могло стать укором тем, кто был чрезмерно скромен и не отдавал должное столу. Затем он обратился к Артему.

— Вы принимали участи в китайском походе. Много пришлось стрелять, не было страшно.

Артем ответил достоинством.

— Любая война предполагает кровь, жертвы и схватки. Разумеется, страх должен быть подавлен, голова остается холодной, а сердце горячим.

— Китайцы хорошие вояки?

— Они достаточно храбры, но в современной войне разбираются довольно слабо, правда хитры и изворотливы. В целом признают и уважают силу.

— А вы думаете об Японии.

— Полагаю что в ближайшие годы, масштабная война между нами неизбежна.

Царь кивнул, он вспомнил, как фанатик-самурай едва не зарубил его, ударом катана. Тогда наследника спасло лишь то, что он успел подставить трость. И хотя официальные власти Японии были не причастны, а микадо лично навестил наследника в больнице и выразил сочувствие, в его сердце зародилась прочная антипатия к этой стране. Император любил называть японцев желтыми макаками, порой шокирую этим окружающих. Но ведь и его можно понять, в пасмурные дни порой сильно ныл причиненный мечом шрам.

— Да япошки как хищная гиена, узкоглазые самураи готовы впиться в русского медведя, как только почувствует его слабину.

— Нам нужно укреплять свой флот и крепость Порт-Артур. Главную ставку я полагаю нужно делать на более совершенное оружие, заранее создать в Манчжурии крупную группировку сухопутных сил, ударными темпами достроить транссибирскую магистраль и проведя ветвь до Порт-Артура и далее через Корею. В ближайшей перспективе Корейский полуостров, Монголия, Манчжурия должны стать Желтороссией с перспективой дальнейшей экспансии в густонаселенные районы Китая.