Тени двойного солнца - А. Л. Легат

– Именно вы и открыли дорогу на запад! – с восторгом сказал Эним.

Какая жалость. Я осторожно добавил:

– Господин Эйв Теннет и его сотники…

– Да-да, – он раздраженно махнул рукой. – И Эдельберт, рассевшийся в Волоке, будь ему пусто.

Справившись со злостью, Эним положил пятерню на Воснию, перекрыв главную гавань Крига.

– Вы знаете не хуже меня, как обстояли дела под Волоком. А знали ли вы, что до того, как род Бато заупрямился, на приграничье построили заставу Восходов?

Я покачал головой.

– И вы не подумайте, что заставу эту строили назло местному лорду, отцу Бато. – Эним помедлил. – Была договоренность. Много славных, вымощенных дорог проложили в те годы. Застава-над-лесом, так ее прозвали. Теперь уж ее не восстановить.

Не восстановить и моего времени, проведенного здесь за этой пустой болтовней.

– Мы и не представляли, что такое возможно, – он кивнул на карту, – приграничье Эритании – земли дикарей. Уж вы знаете, что ютятся там беглые сотники, пройдохи, вроде Барна и его Псов Гарготты. И разве может быть иначе? Поклонение нижним богам, знахари вместо хирургов, грязные нравы…

Эним встретился со мной взглядом, но не ждал ответа:

– Заставу разрушили в ночь. Я вижу ваш интерес. – Ошибся Эним, но я не стал его поправлять. – Вы, верно, спрашиваете себя: что вообще могли сделать нашему войску разрозненные племена?

Я не представлял, что нужно сделать, чтобы поскорее вернуться домой.

– Разбитый камень, сгоревшее дерево – и никаких следов гарнизона. – Он развел руками. – Я так и не выяснил, чьих рук это дело.

Эним подлил вина в кубок и вернулся к карте:

– В то же время проход к Горну был закрыт, лорд Волока стал мятежником, обособился от Восходов и Его Величества. Но если же семейство мятежного лорда и затеяло всю эту историю, отчего бы не сохранить заставу? Поставить туда своих людей?

Я уклончиво кивнул. В Воснии вообще мало что поддавалось пониманию. Эним будто назло сделал голос еще тише:

– Шутка ли – тогда вовсю шли переговоры. Мир между Долами и Восходами. «Договор Семи» – так его прозвали…

– В Воснии не бывает мира, – зачем-то напомнил ему я.

Сколь тихим местечком казалось теперь Содружество после казни короля. Эним скорбно кивнул.

– Вы правы. Вы ужасно правы, – повторил он. – Но разве же не стоит хотя бы поговорить о нем?

Я вытянул затекшую ногу и пригубил вино – моя единственная награда за терпение.

– Я дам вам столько людей, сколько возможно. Сделаю ставленником Четвертого похода…

Вино застряло в горле, я поперхнулся и постучал кулаком по груди.

«О, нет, нет, нет…»

– Вы отправитесь в Волок за подкреплением, а оттуда – ступите на земли Эритании. В Небесном Горне вас будет ждать святой отец, Ольгерд из Квинты…

Я был готов схватиться за любую соломинку:

– Прошу извинить, но разве же Квинта – не город Долов?

– Святые отцы не дают присягу благородным домам, – Эним покивал сам себе.

– Но, если же все именно так, с чего бы святому отцу помогать Восходам?

Управитель снова подлил мне вина, что считалось большой честью.

– Как мне доложили, святой отец – любимец местных и верный служитель церкви. Поговорите с ним и отправляйтесь к Вестгардам. Ольгерд славится миролюбием и добротой. Полагаю, вы найдете общий язык.

Я уяснил одно – в Небесном Горне меня ждут только большие неприятности.

– Возможно ли поговорить со святым отцом и той знатью… без войска?

Эним улыбнулся с такой тоской, что я сразу понял: будь оно так, мы бы здесь не сидели. И никто бы не подлил мне вина.

– Давайте не будем сгущать краски, – ни с того ни с сего встрепенулся Эним. – Вестгарды когда-то сами были частью Восходов. Я рассчитываю, что обойдется без крови. Нет. Я настаиваю, чтобы дело решилось миром, и никак иначе!

Возьми с собой трех воснийцев в поход, и один из них украдет провиант, а второй прирежет третьего. Эним желал несбыточного.

– В этот раз вам уж точно не нужно будет вести осаду и ходить по селам – провизии хватит, чтобы перезимовать в горах и вернуться обратно! – Будь то правда, стоило бы назначить Энима Годари королем. Но такой правды в Воснии не водилось. – А если все пойдет как задумано, – так тоже не бывало, – войско не потратит ни единой стрелы!

Я залпом осушил кубок.

– Ну, что скажете?

Эйв Теннет, Эним Годари, все они и не представляли, сколь нелепо звучит такой вопрос от людей, которым нельзя отказывать. Я не боялся прослыть слабым, а осуждение ходило со мной рука об руку с тех пор, как я женился. Меня пугала только петля. И петлей единой держалась моя верность присяге. Выворачиваться из щекотливых ситуаций – лучшая наука, что я получил от жены.

– Есть ли у нас немного времени до начала похода? – Эним Годари неуверенно кивнул. – В таком случае мне нужно посоветоваться с графиней. Моей женой.

* * *

Я освободился намного раньше, чем полагал: экипаж жены еще не прибыл. Я промаялся на площади у казарм целую четверть часа, высматривая знакомую пару лошадей. Потом отправился в тень, устав пожимать руки и улыбаться нелепым шуткам сержантов с капралами. Один юнец попросил показать ему меч, которым я сразил Итана в последнем бою. В общем-то, из-за этого недоумка я и шел столь рассеянным по улице. Рассмотрел экипаж вдали. Пошел навстречу, деликатно обходя зевак на узкой улице за казармами. И натолкнулся на широкую кирасу. Ее владелец и не подумал отступать. Я поднял голову.

– Лэйн Тахари, – с почтением сказал тот, чьего лица я не видел в прорезях глухого шлема.

Меня оттеснили вбок, к проему между домами, где смердело мочой и гнилыми фруктами.

– Что вы…

Я с опозданием потянулся к рукояти меча, так и не выучив уроки Крига. На рукояти уже лежала стальная рукавица. Второй гвардеец. Когда он?..

– Вы в безопасности, – пробубнило в шлеме.

За плечами гвардейцев я не видел улицы и того, ходят ли там люди. Могу ли я позвать на помощь? Должно быть, в эту щель между домами за мной не прибыл бы и сам дьявол.

– Не похоже на то, – огрызнулся я и отступил назад.

Бряц. Гвардеец шагнул следом. Эту чертову рукавицу с моего меча не убрать и топором. Меня держали за ножны, прикрепленные к поясу.

– Я спешу. И совершенно не в духе, – отказавшись от меча, я потянулся к поясу.

Пальцы схватили воздух – кинжал вынули ранее? Или я вовсе не взял его на турнир, позабыв об опасностях города?