Полковник - Евгений Борисович Коваленко

это гипноз, все что происходит записывают на камеры.

Каждый имеет возможность купить копию записи и посмотреть МОЙ суд.

Я взял паузу и рыкнул.

— А теперь приговор! Все семь эфирных тел относящихся к джан я отдаю Царю Третьего Круга архидэву Дахаки. Сожри

их, Царь!

Народ даже взвыл. То ли от ужаса, то ли от восторга. Дахаки зацепил огромными когтями и души всосал их в рот как спагетти. Но мой сценарий был круче. Вытаскиваю кинжал, вскидываю его вверх и даю ему имя.

— Нарекаю тебя Наргалом! И быть тебе сосредоточием заточения грязных душ! И быть тебе оружием убивающим! И будешь ты подчиняться только мне и моим потомкам!

Тяну руку и кончик кинжала к солнцу и кричу.

— Приди Наргал!!

И упала тьма — черный туман! И закричали женщины и мужчины. И могильный холод пробрал всех до самых костей. И ТЬМА, начала втягиваться в кинжал и через пару минут над аэропортом опять сияло солнце. Протягиваю кинжал в сторону одного дэва, отдаю приказ.

— Рух, иди к Наргалу!

Золотистый апельсин оторвался с когтя дэва и тихо втянулся в кинжал. Повторив процедуру еще три раза, я сунул кинжал в ножны и обратился к народу.

— Уважаемые! Вы слышали имя и адрес того кто заплатил за попытку вашего и моего убийства. Я хочу сесть в машину, и успеть плюнуть ему в морду, перед тем как он сдохнет. Увы для больных и их родственников плохая новость, сегодня лечения не будет. Сегодня я творю МЕСТЬ.

Поворачиваюсь к дэвам и слегка наклоняю голову.

— Хорошая работа Дахаки.

Огромный дэв шевельнул головой и спросил.

— Что то еще?

Киваю на головы и трупы.

— Приберитесь тут, и свободны.

На трупы и головы тут же налетели мириады вонючих мух и через минуту все пропало. Исчезли трупы, исчезли головы и исчезли дэвы.

— Пэри! Божественные и наипрекраснейшие пэри. Искренне благодарю вас за помощь.

Прикладываю руку к сердцу и низко кланяюсь.

— Не нужно, ТЕБЕ, гнуть спину. Ты, волей Создателя хозяин духов. Если что, зови.

С тихим звоном, красавицы растворились в воздухе, оставив после себя благоухание роз и цветущего разнотравья.

Едем сидя в БТР на адрес полевого командира. Да. Будет штурм. А куда деваться? Можно конечно кластеру приказать и он быстро поотрывает головы всем кто находится в укреп районе, но я даю шанс Комбату. Будут ли жертвы среди морпехов? Посмотрим, Кластер бдит, так что щиты для моих людей будут и то что никого не убьет это Кластер гарантирует. А вот ранения? Тут можно и допустить такую ситуацию. Зачем? А что бы приблизить тренировку к реальному бою, где свистят пули и визжат осколки. Миха кстати рядом, только спит братан. Он же насмерть биться вышел, и неожиданно для него все прошло мирно и тихо. Адреналин не сожжен в бою, и Миха получил сильнейший адреналиновый откат. И уснул. Обычно дело для любой войны, и кстати далеко не безвредное. На откате можно и инсульт или инфаркт свободно заработать. Ну ниче. Выспится братан, а вечером я его заставлю всосать стакан водки. Водочка как антидепрессант очень хороша. Ну да не суть. Суть в разговоре с Большим человеком. Именно в его БТР я и еду.

Пока выезжали с поля аэропорта, Большой человек молчал, но как только БТР перешел на ровное движение он внимательно меня оглядел и спросил.

— Искандер. Зачем ты сюда приехал?

— Ммм? Эмомали Шарифович, у меня огромный инвестиционный интерес к вашим горам.

— Золото?

— Нет, нет. Биологическое сырье.

— Травы?

— Лишайники.

— В красной книге?

— Понятия не имею. Да и разве это важно?

— Важно. Мы и так обосрались перед всем миром, нам сейчас все важно.

— А если повернуть вопрос в плоскость экономики? Один миллилитр готового сырья стоит двести пятьдесят миллионов долларов.

Рахмонов завис. Минуты три он молчал и почему то ушел от темы.

— Дэвы, пэри, души, полуживые кинжалы, мифология в чистом виде. Зачем ты тут?

— Про деньги не поверили?

— Деньги любят тишину. Ты бы приехал тихо, вышел бы на Саида Абдулло Нури и очень тихо таскал сырье с гор. Все памирцы ему в рот смотрят, проблем бы с сырьем совсем не было. Или еще вариант. Ахмад Шах Масуд. Самый влиятельный полевой командир за Речкой. Так зачем ты тут?

Я кивнул головой.

— Хорошо. Мне нужен кусок земли и своя армия.

— Любопытно. А зачем?

— База.

— База и сырье…?

Рахмонов в упор уставился на меня.

— Да. База, сырье и моя личная гвардия в охране.

— И когда?

— Не важно.

— Ты становишься ключевой фигурой в Таджикистане.

— Это так. У меня деньги и сила.

— И духи.

— И духи.

Подтвердил я.

— Итак суммирую. База, редчайшее сырье по заоблачной цене, своя армия. Получаем элексир? Или что?

— Получаем, настоящую «Кремлевскую таблетку», и вторую молодость тому кто ее сможет купить.

Выбил я его. Совсем вышиб из седла. Минут пять он пытался собрать мозги в кучу и только потом вышел из ступора.

— Сильно Искандер! Даже вспотел от страха. И кто же рецептом поделился?

— Духи.

Я мило улыбнулся и добавил.

— Светлые духи.

— А уточнением теоремы Котельникова тоже духи поделились?

— Хорошо у вас разведка поставлена. Но тут, мой ответ, нет. Сам додумался.

— У нас война. Гражданская.

— Заткнем пасти деньгами и постами. Эти полевые командиры до ужаса обожают портфели, представительские Мерседесы и кабинеты с секретаршами. Пускай надуваются от важности и лопаются от жира.

— Ваххабизм? Транзит наркотиков? Людоловы и работорговцы. И впереди, в полный рост высвечивается Шариатское государство.

— Отвечаю по пунктам. Ваххабизм. Мы ничего не сможем сделать. Люди этого региона фанатичны и необразованны. Мало того. Люди вашего региона склонны сбиваться в стадо и становится баранами. Им, почему то быть баранами намного спокойнее, чем думать своей головой.

— Да. Шариат и «чистый» ислам, да еще и очень много денег от Саудовской Аравии — это гремучая смесь. Но и ты не прав. Деньгами можно решить и эту проблему.

— Не совсем понимаю. Неужели можно купить фанатиков веры?

— Можно. И не сильно дорого. Для тебя не дорого, для Таджикистана это не возможно.

— Сколько?

Он пожал плечами.

— Было бы что делить? А там принцип простой. Разделяй и властвуй.

— Сильно не уверен, но вам виднее.

— Да Искандер. Мне виднее.

Остро на меня глянув, он спросил.

— Хорошо. Второй пункт. Наркотики.

Я презрительно хмыкнул.

— Через два года, никто про наркотики и не вспомнит. Все будут выращивать лишайники. Чистая и безкровная победа экономическими методами.

— Молодой ты еще. И просто не понимаешь.

Резко оборвал меня Рахмонов.

— Растолкуйте.