Вик Разрушитель #4 - Валерий Михайлович Гуминский

— Господин, не мое дело советовать, но я бы предупредил князя. Вы еще очень молоды, и такой интерес со стороны серьезной структуры довольно странен, — Куан сел напротив меня со своей неизменной кружкой чая и блюдцем с засахаренными фруктами. — Я понимаю, если бы вы были кадетом. Обычно самых перспективных ведут уже оттуда, чтобы в будущем адаптация прошла успешно. Но у вас с некоторых пор иные обязательства.

— Ой, Куан, хватит уже так официально! — воскликнул я, подчищая тарелку. — Мы же одни дома, можно расслабиться.

Шаман улыбнулся и кивнул, принимая мое предложение.

— Сначала я просто съезжу на полигон «Арбалета» или куда там меня захотят провести, а потом буду думать, — решительно ответил я, запивая омлет сладким чаем и вчерашними кексами, купленными по дороге домой в одной из кондитерских. — Надо быть совсем отбитым на голову, чтобы служить ликвидатором без Дара! Да меня нашпигуют пулями на первом же задании! Вот если бы была возможность использовать экзоскелет…

— Господин, ты так страстно мечтаешь убивать людей?

— Врагов своей страны, Куан, — напомнил я. — Возьмем тех же ляхов, чтоб им пусто было. Они провели диверсию против императорской семьи. Каков должен быть ответ? Молчишь — понимаешь, значит. Не верю, чтобы такая серьезная организация убивала верноподданных империи.

— Ты еще много не понимаешь, княжич, — обыденно произнес наставник. — Потому что не видишь взаимосвязи и отношения между людьми, которые тщательно скрыты от любопытных глаз. А они очень запутанные и порой опасные. Ты не можешь знать, что одно время «Арбалет» расправлялся с целыми Родами, неугодными Мстиславским. Когда одиозную оппозицию зачистили, тогда волкодавам показали другую цель.

— Да откуда же мне было знать? — пробормотал я, ошеломленный таким откровением.

— Ниоткуда, — пожал плечами Куан. — Зато я теперь могу сказать, что лет тридцать назад, или чуть больше — не столь важно — Мстиславские руками «Арбалета» пытались уничтожить твой Род. Не всех, но большую часть родичей, а с ними и важных людей клана. Твой отец с верными людьми и бойцами хорошо тогда потрепали волкодавов, что те убежали, зализывая раны.

— Ты тоже участвовал в той войне? — вдруг понял я по проблеску в глазах Куана.

— Молод был, но довелось, — не стал скрывать наставник.

— В таком случае отец будет категорически против. Ведь получается, что воевода Иртеньев намеренно создает конфликтную ситуацию? — я пораженно уставился на Куана.

— В те годы Главой СГБ был другой человек, и большая часть группы «Арбалет» полегла в тундровых лесах, — наставник с поражающим меня спокойствием сделал глоток чая. — Именно после провала операции император разозлился на Протасова, возглавлявшего Контору, и взвалил на него все ошибки и просчеты, а сам вышел сухим из воды.

— Но ведь отец знал, кто посылал волкодавов?

— Твой отец и не мог знать, потому что не он был Главой Рода, а твой дед. И опять я говорю, что ты слишком молод, чтобы понять смысл тайных связей и взаимоотношений. Князю Якову Сидоровичу пришлось пойти на мировую с Мстиславскими, выгадав для семьи несколько десятков лет спокойной жизни. Твой отец продолжает удерживать равновесие, но понимает, что с твоим появлением может все обрушиться. Поэтому и стремился забрать тебя в семью, чтобы лишить козырей императорский род.

— Тогда зачем согласился с моими желаниями и оставил в Москве? — воскликнул я, действительно ничего не понимая, как только что утверждал шаман.

— Князь не раскрывает всех планов, — ответил Куан. — Каждому достается лишь маленький кусочек огромной картины, на котором ему предстоит нарисовать что-то свое.

— Получается, не я его уговорил, а он меня в эту картину вписал? — от злости у меня желваки заходили.

— А если считать иначе? — хмыкнул наставник. — Я приоткрыл для тебя негативную сторону ситуации, и ты сразу уцепился за свои обиды. Думай, прежде чем выплескивать их на родного отца. Вот поедем в Ленск, там и спросишь князя. В кругу своей семьи, в родных стенах открываются новые грани жизни, даже сам удивишься.

Куан пристально поглядел на мое лицо, играющее всеми оттенками эмоций, и уже другим голосом произнес:

— Полчаса отдыха, а потом я жду тебя в «палестре». Хочу проверить, как ты продвинулся в освоении «хлопков».

Интерлюдия

Никита Анатольевич с удивлением разглядывал входящую в его кабинет целую делегацию. После ужина он хотел поговорить с детьми, вернувшимися из путешествия в параллельную Явь, но, оказалось, такого же мнения придерживались и его очаровательные жены. Тамару и Дашу барон Назаров еще мог понять. Как-никак, это были их кровиночки, пусть выросшие и привыкшие к самостоятельности. Материнское сердце все равно болит и беспокоится. Но приезд Юлии — младшей жены — буквально перед ужином чрезвычайно обрадовал хозяина «Гнезда». Она уже несколько дней находилась в родительском поместье, но как только услышала о возвращении ребят, тут же села в машину и рванула в Вологду, тем самым показывая, насколько для нее важны дела семьи.

— И к чему такая солидная группа поддержки? — Ярослав с любопытством и затаенной тревогой оглядел сплоченные ряды взрослых. — Мы же просто отдыхали, развлекались, а не занимались шпионскими делами или подписанием политических меморандумов.

— Ярик, помолчи, — прошипела Полина и юркнула на диван, присев рядышком с Дарьей Александровной и Юлией Николаевной. Знает, что в их лице защита самая идеальная.

— А что вы так замялись? — задорно блеснули глаза Тамары Константиновны, устроившейся в хозяйском кресле. — Хочется узнать из первых уст, что у вас за интерес появился в иных далях? Не поделитесь?

— Мам, да нормально все, — Михаил — само спокойствие — устроился за столом, примыкающим к рабочему месту отца, показав пример брату.

Ярослав небрежно затолкал руки в карманы шорт, скрывая волнение. Он не понимал, почему здесь вся семья, но спрашивать напрямую не решился. Сел напротив Михаила, подмигнувшему Ярику ободряюще.

— Пока вы развлекались по другую сторону нашей Яви, женская половина дома захотела подробностей, почему я с таким спокойствием отпустил вас в чужой мир, — Назаров откинулся на спинку кресла и стал расслабленно крутить между пальцев карандаш. — Я пояснил, что мне крайне интересна судьба одного молодого человека, коего мы недавно лечили от многочисленных ушибов и переломов. Свою позицию я высказал, теперь ваша очередь.

— Хотелось бы подробный рассказ, — чуть холодновато произнесла Тамара Константиновна, властным жестом показывая на Ярослава. — Особенно от тебя, Ярик. Нам показалось, что ты был крайне очарован одной особой из Яви Викентия, правильно я называю его имя?

— О, началось, — едва слышно пошевелил губами Ярослав, а в глазах стоял немой вопрос: «кто сдал?»

— А при чем здесь эта особа? — удивился Михаил, пытаясь прикрыть