Время воина - Валерий Михайлович Гуминский

стоящих рядом людей, хотя было трудно из-за гомона и ревущих басов из акустических колонок сосредоточиться на важном деле.

— Его надо вывести на улицу без лишнего внимания, — Хованский простучал пальцами по стойке. — Там у меня двое ребят, хватких как бультерьеры. Накинем блокираторы, сунем в машину — и сразу на Лиговку. Я уже приготовил комнату для допроса.

— Блокираторы не помогут, — возразил Никита. — Не забывайте, у него руническая защита. Даже «кокон» бесполезен. Активируется, и вся «Фиеста» взлетит в небеса. У меня есть один вариант, но как его осуществить здесь, в полном зале, я не представляю.

— А что вы хотели?

— Утащить его туда…, - Никита показал пальцем в пол, — и там провести экспресс-допрос.

— Хм, — озадаченный Хованский сделал несколько мелких глотков в большой задумчивости. Он прекрасно понял, о чем сказал молодой волхв. — Допустим, в Навь вы его утянете с помощью демона, а вот проводить подобные допросы вряд ли у вас получится. Есть опыт?

— Китай, Сербия, иные конфликты, — кивнул Никита. — Возможно, и допрашивать не придется. Там, внизу, обстановка такая, что даже стойкий человек начнет языком болтать, лишь бы живым выбраться. Оставлю его у Ледяной кромки на пару минут, сразу в голове мозги прочистятся.

— Ледяная кромка? Что за локация такая интересная? — стало любопытно Хованскому.

— Поверьте, Анислав Радиславич, вам не нужно о ней знать. Все равно не попадете туда. Ваша работа здесь, в солнечной Яви, — улыбнулся Никита. — Итак, я попрошу Марту вывести своего приятеля наружу и заманить в кустики. Молодые любят уединяться, вот пусть и проявит инициативу. В этом момент вступаю в дело я, а вы, господин следователь, должны будете удержать девушку от возможных эмоциональных проявлений. Сможете?

— Не привыкать, — хмыкнул Хованский. — Ну-с, план сляпан на скорую руку, но учитывая, что может натворить наш клиент, я предпочту действовать вашими методами, барон. Кстати, покажите мне интересующий нас объект.

— Вы сначала с Мартой познакомьтесь, — Никита оживился, увидев подходящую к ним девушку в лимонном платье.

— А почему Марта? — прошептал Хованский, заинтересованно разглядывая ее.

— Здесь идет игра «угадай, кто под маской». Все поменяли личину, и теперь силятся отгадать имя собеседника.

Между тем Марта заметила Никиту, с облегченным видом и радостно помахала рукой, пока пробиралась сквозь толпу посетителей. Ради справедливости, народ постепенно разбредался по темным уголкам, где для таких случаев заранее были расставлены стулья, кресла и диваны, и возле освещенного бара не было такой толкотни как вначале.

— Сеньор Джакетти, уф, наконец-то! — пробормотала Марта и заказала «Ледяной огонь», в который входила водка, малиновый сироп и ликер «Блю Кюрасао». Бармен недрогнувшей рукой налил в длинный узкий стакан все ингредиенты таким образом, что в середине яркой огненной полосой застыл сироп, сжатый с двух сторон бледно-голубым льдом. Осторожно опустив трубочку в стакан, бармен подал его девушке. — А это кто?

Она кинула быстрый взгляд на импозантного Хованского, скрывающего верхнюю часть лица под полями шляпы, потянула в себя жгучий холодный коктейль, даже не поперхнувшись.

— Мой старый знакомый, — волхв не стал называть имени следователя, чувствуя, что девице, употребляющей такой напиток, уже безразлично, кто есть кто.

— Однако, — усмехнулся Хованский. — Убийственный у вас коктейль, боярышня.

— Меня всю трясет, — призналась Марта, поглядев на Никиту. — Лешка уже с нарезки слетает. Еще немного — и выпадет из реальности. Надо что-то с ним делать.

— Сможешь его вывести на улицу? Желательно, уединиться с ним в таком месте, где нет камер.

— Я обеспечу их отключение, если они там будут, — неожиданно пришел на помощь Хованский. — Главное, вытащить вашего кавалера на свежий воздух. Не хочется мешать веселью.

Втянув в себя половину стакана, Марта решительно шагнула вперед, не обращая внимание на молодых людей, жаждущих с ней познакомиться. Ее лимонное платье уже примелькалось в зале, да и сама девушка, имея яркую внешность, притягивала взоры. Останавливало их только одно: наличие неадекватного кавалера. Именно это обстоятельство, что его подружка имеет такой успех, серьезно спутало все планы Никиты и Хованского.

Алексей на ровном месте все-таки умудрился сцепиться с каким-то парнем в стильном приталенном пиджаке серебристо-черного цвета и в маске хищно оскаленного тигра.

— Я тебя предупреждал, чтобы ты руки свои держал подальше от моей девчонки! — зарычал Алексей, вцепившись в лацканы пиджака «тигра».

Строгое правило насчет личин дало ему короткое преимущество. Незнакомый парень на какое-то мгновение оторопел, что кто-то посмел нарушить порядок и напрямую оскорбить его подобным образом. Ему даже в голову не могло прийти, чтобы на вечеринке, пусть и легкомысленной по содержанию, демонстрировали подобное неуважение. Аристо любят побеждать с помощью слов, смыслов и тонкой иронии, потому что знают свою магическую силу, и применяют ее весьма избирательно.

Сцепившихся бросились разнимать, но Алексея, что называется, закусило. Он ударил открытой ладонью кого-то из парней в грудь, и тот отлетел в сторону, попутно сшибая с ног и девушек, и молодых людей.

— Точно, нагружен! — воскликнул Хованский, и несмотря на возраст, прытко рванул в его сторону.

Никита опередил старшего следователя, на ходу вытаскивая из кармана пиджака тонкий свиток с руническими конструктами. Пришлось целую ночь просидеть над изготовлением активного защитного оружия, и хотелось надеяться, что оно сработает, как и планировалось. Свиток был «молодой», еще не набравший ту силу, которая способна сокрушать материальный мир человека с легкостью ветерка, гоняющего листья по земле. Но в нем было достаточно возможностей, чтобы блокировать энергию древних рун.

И как только свиток вспыхнул в руке Никиты золотистым огнем и осыпался прахом на пол, Алексей замер на месте с яростно бегающими глазами. К нему пришло ощущение беспомощности, то, какое было до того дня, когда на теле появились странные татуировки. Невидимые тонкие путы сжали все тело, не давая возможности пошевелиться. И разорвать их не было никаких сил. А ведь еще сегодня утром он мог одной ладонью раскрошить гранитный камень!

Неожиданно он выгнулся и заорал, пытаясь рывком разорвать на груди рубашку. Кто-то охнул, мгновенно вокруг него образовалась пустота. Руническая вязь полыхала багровыми красками, принося страдания парню.

— Все в порядке, господа, — Хованский решительно подхватил Алексея под левую руку, а Никита встал справа. — Всего лишь небольшое недоразумение, вызванное неумеренным употреблением алкоголя. Сейчас мы ему окажем всю необходимую помощь.

Алексея, обмякшего и вяло передвигающими ногами, потащили к выходу. Он скулил как щенок, но, по-видимому, боль уже не приносила таких страданий. У Хованского учтиво спрашивали, не нужна ли помощь. Старший следователь отрицательно качал головой, благодарил за желание содействовать, но решительно отмел любую возможность присоединиться к их компании.

На крыльце к ним подскочили двое мужчин в невзрачных серых