Корона пепла - Мара Вульф

дочери. Он ласково гладит ее по голове, и девочка бросается ему на грудь. Плача от облегчения, она забирается на колени к отцу. У Кимми по щекам бегут слезы. Кто бы мог подумать, что Гор окажется любящим отцом? Во всяком случае, я – нет.

– Все будет хорошо, малыш. Я снова здесь. И я ужасно по тебе скучал.

«При этом ты не то чтобы часто ее упоминал», – не удерживаюсь от колкости, и он, разумеется, ее слышит.

«Было легче не думать о ней».

Меня тут же начинает грызть совесть.

– Анубис и Исида появились внезапно, – смущенно объясняю я. – Она угрожала забрать Амунет в Дуат, если Кимми не предложит себя взамен. Если бы не пришел Сет…

Побледневшее лицо Гора перекошено от ярости и ненависти. Как само собой разумеющееся он передает дочь в руки Кимми, и ребенок доверчиво прижимается к ней. Гор встает, готовый наброситься на собственную мать, но его останавливают Данте и Аполлон. Им едва удается его усмирить.

– Ты пугаешь дочь. Прекрати творить ерунду, – резко требует Кимми. – Они получат свое наказание. Ты собираешься убить собственную мать? – Ее слова приводят Гора в чувство.

Данте приказывает нескольким воинам-призракам увести Исиду и Анубиса. Когда я оглядываюсь в поисках Сета, оказывается, что он уже исчез.

– Нужно отвести ее внутрь, – говорит Кимберли. – Она живет с тобой? Пусть ненадолго приляжет. Я могу ей что-нибудь почитать, – предлагает она.

Кивнув, Гор берет Амунет на руки. Я остаюсь, поскольку хочу дождаться Азраэля. Он приходит лишь после того, как убирают всех мертвецов. Завтра состоятся официальные похороны. Юна, Саймон и Намик по очереди рассказывают ему, что произошло.

– Вот змея, – произносит Азраэль, когда мы заканчиваем. – Она получит свое наказание. – Он заправляет прядь волос мне за ухо. – Теперь я снова в долгу перед Сетом.

– Список становится все длиннее, – улыбаюсь я. – Как там Нейт? – заставляю себя спросить это, хотя на языке вертится вопрос, что он ощутил, увидев ее снова. Не осталось ли все-таки чего-то от его чувств. Нужно ли ему время…

Юна давится и не очень-то тихо кашляет.

– Я отнес Нейт в ее дворец, там о ней позаботятся. Слишком многое нужно сделать. – Азраэль с виноватым видом смотрит на меня. – Мы проверили город. Нет больше ни демонов, ни обращенных. Но предстоит столько всего объяснить. Починить корабли. Я отведу тебя к себе во дворец, но с экскурсией придется подождать до завтра. Ты не против?

Конечно. Неужели ангел считает меня такой собственницей, что не протянет без него и пары часов? Он берет меня за руку, и сердце успокаивается. Мы спускаемся по холму, на котором стоит храм, мимо дворцов, вилл и групп домов. Довольно легко отличить тех, кто жил в человеческом мире, от тех, кто оставался здесь. Они словно выпали из времени. Я резко останавливаюсь.

– Все в порядке? – хмурится Азраэль.

– Загадка в ковчеге, – медленно произношу я. – Платон не знал, что означает первая часть. «Ты спишь, чтобы проснуться».

Азраэль понимающе кивает.

– Под этим подразумевалась Атлантида, – так же медленно продолжает он.

– Регалии погрузили остров в тысячелетний сон, пока не решили, что этого достаточно.

– Пока не родилась ты.

Азраэль притягивает меня ближе, и я ловлю на себе любопытные взгляды окружающих.

– Я до сих пор сомневаюсь, что дело во мне. Мы все стали отличной командой.

– Действительно стали, – соглашается он, целуя меня в висок.

– После того как отведешь меня к себе домой, сходи к Сету, – прошу я, положив ладони на грудь ангела. – Ему сейчас нужен друг. – Азраэль вопросительно смотрит на меня. – Он показал мне одно воспоминание. Я видела, как погибла Нефтида. Это сделала Исида.

Ангел снова берет меня за руку, и мы шагаем дальше.

– Я с ним поговорю, – обещает он, а потом шепчет мне на ухо: – Хотя предпочел бы показать тебе свою спальню.

Рассмеявшись, я качаю головой.

– Она никуда не убежит.

Мы проходим по одному из мостов через канал, который отделяет районы ангелов и богов. И по пути нас столько раз останавливают и просят все объяснить, что во дворец Азраэля я захожу с пересохшим горлом. Он не такой огромный, как у Гора, но достаточно большой, чтобы заблудиться в нем. Нас приветствует кругленькая хлопочущая женщина-ангел. Обхватив ладонями лицо Азраэля, она целует его в щеки. Потом провожает нас в гостиную, и вскоре на плоском столике появляется целая куча пирогов и пирожных. За ними возникают чай и кофе. После длительного употребления крови у них странный вкус, но я снова к нему привыкну. Юне придется сложнее. Немного перекусив, Азраэль прощается, и я еще раз беру с него обещание проведать Сета.

В следующие несколько дней я так занята, что не скучаю ни секунды. Постоянно кто-нибудь приходит, отвлекая меня от мыслей о том, что я редко вижусь с Азраэлем. Кимми вместе с Амунет проводят большую часть времени у нас, поскольку у Гора тоже много работы. Жителей Атлантиды, которые находились здесь, необходимо убедить в том, что Сет больше не враг. Нужно воссоединить семьи. Работы по расчистке гавани практически завершены, но на окраинах тоже имеются разрушения. Дома там проще, но ярче. До сих пор я видела их только издалека, но скоро мы пойдем в гости к Эноле. Однако между бывшими обращенными и оставшимися здесь по-прежнему вспыхивают ссоры. Последним тяжело понять, что война закончилась тысячи лет назад. Им следует доказать, что их врагами были не обращенные. Это непростая задача, и пройдет много времени, прежде чем каждый осознает, что произошло. У обращенных и бессмертных, которые жили в моем мире, накопился огромный опыт, а для оставшихся ничего не изменилось. Обеим сторонам потребуется много терпения, чтобы научиться сосуществовать.

Мы подолгу гуляем, изучая каждый уголок города. Я никогда раньше не видела столь великолепных дворцов и вилл. Они построены из белого мрамора, золота и серебра. Нет такого, чего бы тут не нашлось. Кафе, в которых хочется предаваться мечтам, пабы с приглушенным освещением, чудесные парки с ни с чем не сравнимым разнообразием растений. Фонтанчики-гаргульи искусной работы заботятся о том, чтобы таким оно и оставалось. Мы осматриваем студии живописи и скульптурные мастерские. Город спал тысячи лет, однако сейчас, очнувшись, мгновенно ожил, как будто и не впадал в летаргию. Мы ходим по рыночным площадям, переполненным овощами и фруктами, покупаем разноцветные платки и платья для Амунет. Повсюду встречаются музыканты или бродячие актеры с небольшими спектаклями. Здесь даже имеются два театра, но я не хочу посещать их без Азраэля. Устав, мы отыскиваем тенистое местечко в открытой