Дорога в грядущее - Валерий Михайлович Гуминский

— Азафа — боевое оружие, а не наседка, — вздохнул Никита. — Я бы предпочёл держать джинири рядом с собой. Ифриту нужно очень много времени, чтобы привыкнуть к новому миру, научиться ладить с людьми, какими бы гадкими они не казались для неё.

— Ты прав, конечно, — Тамара прошлась по гостиной, словно репетировала каждое движение. — Но боязно очень.

— Милые мои, с детьми ничего не случится, — уверенности в голосе Никиты было столько, что мгновенно растопило беспокойство молодых женщин. — Я же им метки в ауру подцепил, да не простые, а с функцией слежения за обстановкой. В любой момент могу выпустить Азафу и дать ей команду защищать ребят.

Сказав это, Никита забрал из рук Даши поднесённый ему костюм на «плечиках», и ушёл в спальню переодеваться. Жёны нашли в Вологде (удивительно, что Петербург был проигнорирован) лучшую мастерскую по пошиву, и Никите пришлось всего лишь два раза показаться там: на примерке, и забрать. Надо сказать, мастер не подвёл. Приталенный пиджак серого цвета отлично сидел на широких плечах и не стеснял движений. Никита даже специально несколько раз помахал кулаками, подвигался по комнате, покрутился в замысловатых па и удовлетворённо кивнул. Брюки тоже оказались идеальны по длине. Тёмно-синий галстук на белоснежной рубашке с золотыми запонками и начищенные до блеска туфли дополнили ансамбль.

— Дорогой, тебе надо почаще надевать костюм! — одобрительно сказала Тамара. — Ты сразу в нём лоск и солидность приобретаешь. Не будь я замужем, влюбилась бы в такого мужчину однозначно!

— Поддерживаю, — улыбнулась Даша.

— А где наш подарок? — вспомнил Никита. — Не забыть бы в суматохе.

— Не переживай, я его возле входа положила, сразу в глаза бросится, — успокоила старшая супруга волхва.

Что подарить цесаревне Софии, думали на семейном совете. Драгоценности, магические артефакты, акции, машины и прочие дорогостоящие вещи отмели сразу. Хотелось чего-то оригинального и полезного. Подсказала Юля. Дескать, в доме находится опытный артефактор, а в подвале «зреют» весьма «интересные» свитки. Все одобрили это решение. Никита собрал коллекцию самых первых свитков, уже достаточно напитавшихся магической маной. А в качестве упаковки использовали изящную шкатулку из малахита, украшенную самоцветами. Её изготовил один уральский ювелир, знакомый с князем Владимиром Строгановым. Назаровы готовились к торжеству заранее, ещё не зная, что оно будет в Ливадии.

Теперь в шкатулке на красной бархатной подложке лежали три свитка: косметический, оздоровительный и защитный, который можно было заложить в правильно рассчитанном месте особняка или дворца. Чем старее будет свиток, тем мощнее выделяемая энергия защитных функций. К подарку прилагалась полная инструкция в виде симпатичной книжечки, отпечатанной в типографии красивым шрифтом.

К назначенному времени гости начали втягиваться в парадный вестибюль через распахнутые двери, обрамлённые мраморной аркой, над которой висел герб Меньшиковых с девизом: «Доблесть ведёт, фортуна сопровождает». Вокруг царило оживление, но довольно сдержанное. Дети притихли, воспринимая столь значимое событие, как самое важное в их пока короткой жизни. Женщины щеголяли в красивых нарядах, успевая кидать взгляды по сторонам, чтобы оценить платья соперниц, мужчины в строгих костюмах были более спокойны и снисходительны. Золото, драгоценные камни, перстни, кольца, ожерелья, броши и колье блестели в лучах жаркого июльского солнца.

Гости входили внутрь и сразу же направлялись в распахнутые двери главного зала, где проходило чествование цесаревны Софии, по «живому» коридору, образованному гвардейцами внутренней охраны. Барон Корф, выполнявший роль старшего церемониймейстера, с важным видом громогласно объявлял каждого входящего ударом тонкой трости-жезла о паркет.

Никита с подарком, обёрнутым в яркую упаковочную бумагу, вёл своё неполное семейство к парадному крыльцу. Справа от него, держась за локоть, шла Тамара. Она горделиво вскинула голову, на которой красовалась весьма сложная причёска, и успевала поглядывать на Полину и Мишку. Даша с Яриком находились слева. Мальчишки в нарядных костюмчиках, а дочка — в пышном красном платьице были так преисполнены важности, словно это в их честь устроили торжество, что смотреть на них без улыбки было трудно.

— Барон Назаров с супругами и детьми! — громыхнул голос Корфа после удара жезла о пол.

Мероприятие, как было заранее объявлено, не являлось строго церемониальным, так как во дворце собрались только близкие родственники. Поэтому вновь вошедшие подходили к виновнице торжества, поздравляли и преподносили свои подарки, которые тут же уносила прислуга в соседнюю залу.

Софья встречала гостей в фиолетовом платье с открытыми плечами, блистая великолепной изящной золотой цепочкой, которая была унизана капельками прозрачных бриллиантов, а центральный, розово-фиолетовый алмаз в виде сердечка, создавал эффектный контраст. На голове цесаревны красовалась золотая диадема с вкраплениями драгоценных камней.

Никита с жёнами и детьми остановился в паре шагов от Софьи и сияющего довольством Владислава. Он с любопытством смотрел на обернутый в подарочную бумагу предмет и, кажется, пытался угадать, что же преподнесли Назаровы.

— Дорогая Сонечка! — слово взяла Тамара на правах родственницы. — Прими поздравления от нашей дружной и большой семьи! Будь всегда весёлой и яркой, как сегодняшнее солнце! А в этом тебе поможет наш эксклюзивный подарок!

— С днём рождения, тётя Соня! — дружно пропищали Мишка, Полина и Ярик, за что были награждены аплодисментами и смехом гостей.

Тамара знала, что для поздравительной речи отводится минимум времени, поэтому постаралась уложиться в четыре предложения. И заодно дала намёк, какой сюрприз находится под обёрткой. Кажется, Софья поняла. Её глаза распахнулись, засверкали радостью. Подскочивший молодой человек из прислуги в строгом чёрном костюме и белых перчатках забрал из рук Никиты подарок, и сразу почувствовал солидность упаковки.

Цесаревна обнялась с Тамарой, потом с Дашей, с улыбкой подставила Никите щёчку для поцелуя, раз уж строго этикета никто не придерживался

Давая возможность другим приглашённым гостям поздравлять Софью, Назаровы отошли в сторону, смешавшись с родственниками Хованских, которые пока держались плотной кучкой. Никита пытался рассмотреть, был ли здесь Анислав Радиславич, но так и не нашёл его. Вероятно, тот остался в Петербурге и следил за обстановкой. «Там он будет полезнее, подумал волхв. Завтра такой шторм поднимется, не завидую ему».

Когда «подарочно-поздравительная» церемония завершилась, всех позвали в другой зал, где уже были расставлены столы с закусками. Владислав, встав рядом с женой, произнёс прочувственную речь, от которой у Софьи показались слёзы на глазах. Но усилием воли, сдерживаясь, она заулыбалась и приникла нежным поцелуем к губам супруга. Гости одобрительно зашумели, подняли бокалы с шампанским. Через несколько минут официальная часть плавно перешла в светский раут. Все знали, что основное празднование