Бей или Беги, ведьма! Дитя магии - Евгения Горюнова

— Ага, — было о чем подумать, — а как понять, от какой стихии или силы — правильно я поняла? — я получила благословение?

— Ну, просто чувствуешь ее отклик.

— А как?

— Ну, можешь устроить ураган или хотя бы сквознячок? Или помочь цветку в горшке вырасти или, если он засыхает, помочь ему выздороветь. А можешь и гору вырастить на участке. Но это надо очень постараться.

Хм, устрою-ка я альпийскую горку с ручейком! Ирисы, гиацинты, нарциссы — ммм, всегда мечтала.

— Попробуй что-нибудь!

Естественно, в голове ни одной идеи. Вспомнила вчерашний вечер: ну, допустим, огня там не было, сквозняк спишем на естественные причины, земля… земля на столе — ничего с ней не произошло, а горшок с цветком потом служанка восстановила, не знаю как он сейчас. А вот фонтан…

Я вспомнила, как взметнулась в ночной свежий воздух струя воды в выключенном фонтане и решила попробовать еще раз.

Сидела минут пять, концентрировалась, потом схватила руками голову — вдруг поможет? Но вместо фонтана услышала звук воды в ванной, открыла радостная глаза и…

— Что ты там делаешь? — рассержено спросила я Астара.

— Набираю тебе ванну. Ты слишком устала, так все равно ничего не получится.

*

Следующим утром я проснулась от аромата кофе и солнышка, которое заглядывало в окно. Служанка раздвинула шторы, и я потягиваясь приоткрыла глаза. Как же хорошо! Мягкая приятно пахнущая цветами постель, солнышко, свежий вкусный кофе прямо в постель — ммм! Организм за ночь отдохнул, даже уставшие от каблуков за вчерашний день ноги не ныли. Я села в кровати, уткнулась лицом в объемное одеяло, затем подняла глаза и закричала.

— Ааа! Астар! Астар!

Демон появился мгновенно, просто материализовавшись посреди комнаты, на ходу запахиваясь в белое полотенце, вода стекала с его волос по телу. По накаченному, сильному телу, по груди с гладкой смуглой кожей, по животу с кубиками пресса, вниз, туда, где темной дорожкой бегут волоски. Жар во мне вспыхнул и заполнил всю меня, а Астар охнув, побежал к столику с кувшином воды и выплеснул на меня и постель.

— Ты чего?! — заорала я.

— А ты чего? У тебя постель гореть начала!

— Ааа? — умно произнесла я. Холодная вода капала с моего лица на голую грудь, к которой я прижимала мокрое теперь одеяло.

Прибежала служанка, заахала, вытащила меня из кровати и завернула в халат. Астар, отвернувшись к стене, разглядывал шелковые обои.

Отпив пару глотков кофе и чуть придя в себя, подошла к тому, что заставило меня так бурно отреагировать.

На подоконнике стояла герань. Еще вчера она было почти засохшей палкой посреди горшка с парой листочков. Сейчас же… Сейчас цветок красовался шикарными ярко алыми кистями соцветий.

Посмотрела на Астара и захохотала — так забавно он выглядел с открытым в изумлении ртом!

Через минуту мы смеялись оба, служанка смущенно улыбалась, глядя на нас, прибирая постель. На матрасе было темное опаленное пятно.

Когда она ушла, Астар подошел к столу и протянул мне мой рюкзак, где лежали документы от нотариуса.

— Позови обратно служанку, пусть прямо сейчас подпишет договор.

Я так и сделала. Пусть она и не видела, что здесь произошло, но выводы сделать — раз плюнуть.

После я отпустила и девушку, и Астара, приняла душ, оделась и вышла в холл.

Так, первое — слуги и договора. Нашла свою горничную, попросила позвать всех в кабинет. Там все подписали трудовой договор с пунктом о неразглашении информации и пошли по своим делам. Я — искать гримуар в надежде, что там будет информация о привязке к дому и что с этим делать.

Астар заявил, что теперь я могу перестроить дом под себя, но я это представляло себе с трудом. Насколько значимые изменения я могу вносить? Как именно это делать? Надо ли всем живым выходить из здания на это время и сколько этого времени понадобится?

Зашла на кухню раздобыть чего-нибудь пожевать и встала — холодильник пропал. Вышла и зашла заново. Шкафчики из темных и резных превратились с гладкие цвета слоновой кости, столешница приобрела оттенок топленого молока. Дверцы верхних шкафов красовались вставками матового стекла. Современно и светло. Но холодильник так и не появился. Пошла распахивать один шкаф за другим и обнаружила искомое. Ага, теперь он встроенный. И аж на три больших отделения, не считая морозилок внизу. Взяв кусочек мясной нарезки и яблоко, закрыла дверцу и обнаружила Астара, прислонившегося к дверному косяку.

— Осваиваешься?

Я кивнула.

— Сложно. Я не привыкла к такому, — отвела взгляд, но он заметил.

— А к чему привыкла?

Глава 8

— Было время, когда во времена учебы в университете (а училась я на юридическом, и это было непросто, так как училась я хорошо), мне приходилось подрабатывать всеми возможными способами просто чтобы выжить и не умереть с голоду. Нам было запрещено иметь работу, потому что это отвлекало от получения и усвоения знаний. Но есть-то надо… Стипендии, пусть и повышенной, хватало на пару недель. И то только потому, что я жила в общаге, и почти не покупала себе вещей.

К моменту поступления на факультет мечты, я осталась круглой сиротой. Родители погибли один за другим, когда мне было шесть. Сначала матушка сильно простудилась и ушла от воспаления легких за несколько часов. Помню, как она лежала горячая, кашляла изредка с хрипами, потом меня уложили спать, мы долго не могли расстаться тем вечером, а утром мама была уже мертва. Отец прожил еще три месяца. Нет, он не ушел в запой, не устраивал истерик. Лучше бы устроил. Он стал чернеть и холодеть. До смерти мамы я всегда поражалась, какие у него горячие руки и грудь, к которой было так здорово прислоняться, если что-то случилось или хотелось чтобы он пожалел и погладил. А после…

Как-то утром он проснулся в хорошем настроении и даже выглядел лучше, сказал, что взял отгул и папа повел меня гулять в любимый мамин парк. Была теплая осень и мы собирали опавшие листья в огромные кучи, он бросал меня в них. Придя домой, пообедали, потом пришла с работы бабушка, которая переехала к нам, мы пили чай и смеялись, вспоминали маму. Было легко и хорошо. Помню, как отец посмотрел в окно и, будто что-то увидя, привстал, схватился за сердце и упал.

Мы никогда не жили богато, накоплений не было, и бабушке пришлось продолжить работать бухгалтером, еще и взять ставку уборщицы. Меня она отправила в школу-пятидневку. Забирала в