Отщепенец. Книга 1 - Алексей Ермоленков

Волколак пытался освободиться. Он даже рычал на меня, но сил у него было слишком мало. Я посмотрел на мертвую кислотную лягушку и, порывшись в памяти моего нового тела, нашел знания о том, что можно продать с этой твари. В принципе с кислотной лягушки можно было много чего взять. Однако большинство этого было скоропортящимся. А учитывая, что я тут собираюсь провести несколько месяцев, то это мне ни к чему.

Я вырезал несколько органов, которые можно было высушить и провести первичную их подготовку для длительного хранения в местных условиях, остальное скормил волколаку, предварительно развязав ему пасть.

Однако быстрой регенерации я не заметил. И, кажется, я понял почему именно. Из лягушки то я вытянул почти всю энергию, а значит, псине и восстанавливаться нечем. Ну, что ж, мы в ответе за тех, кем питаемся, и поэтому мне придется выдвигаться на охоту. А охотиться нужно будет на тех тварей, в ком есть мясо. Ведь волколак хоть и измененный, но волк, а волки слизнями не питаются.

Я снова выбрался наружу, предварительно замотав пасть волколаку, и принялся за разведку. С одной стороны я оказался достаточно силен, чтобы противостоять местным мострам, но с другой толку от такой победы не будет. Ведь убить я должен измененных животных, не вытягивая из них энергию. А сделать это будет не просто, ведь это третье кольцо и сюда искатели ходят группами не просто так. Но деваться мне некуда, поэтому осмотревшись и принюхавшись, я направился в другую сторону.

Пару часов шатаний и игры в прятки от местных монстров и я, наконец, наткнулся на измененного вепря. Размером эта скотина была не меньше волколака, если тот стоял на четырех лапах. Но телосложением он был куда больше и мощнее. Встреться такой боров измененному волку один на один и трындец песику, а вот стая волколаков вполне справлялась с таким здоровенным хряком.

Я достал свои кинжалы. Они хоть и были огромными, но для убийства этой свинки не годились. Можно было бы вытянуть из него энергию, но я засомневался. Ведь едят именно для того, чтобы набрать энергию и если я ее вытяну, существует риск, что волколаку понадобится несколько таких хряков, чтобы восстановить свою. Я конечно в этом не уверен, но решил не рисковать. Что ж, пойдем сложным путем. Полагаю, что и шкура у этой свиньи такая, что ее хрен пробьешь, поэтому надо мастерить ловушку. Я подыскал в округе подходящее место и принялся кинжалами рыть яму. Времени это у меня заняло дохрена, благо энергией я запасся по самое не балУйся, да и хряка я из виду не упускал, периодически бегая и вынюхивая, куда свинка перебралась.

Ловушка была готова. Я даже заостренные колья на дно ямы воткнул. Понятно, что шкуру хряку они не повредят, но хоть не позволят ему в ней комфортно себя чувствовать. Сверху я накрыл яму такими деревьями которые выдержат мой вес, но не выдержат вес свиньи. Дело осталось за малым — заманить сюда измененного хряка.

Я быстро нашел свою жертву и показался ей на глаза. Тот не став долго размышлять рванул за мной, а я ускоряясь за счет полученной с кляксы энергии выдерживал нужный темп и вскоре, оказавшись на настиле над ловушкой выхватил один кинжал и ощерился.

Как ни странно, но вепрь остановился и начал обходить меня по краю ловушки. Он, что знает, что подо мной яма? Да ладно!

Пришлось покинуть настил, и хряк тут же бросился на меня, обогнув ловушку. Вот это новость. Пришлось отбежать недалеко в сторону и уже там приготовиться к атаке. Раз этот поросенок не желает насаживаться на вертел, придется насадить его на кинжал. Долго, муторно, но, надеюсь, получится.

Увернувшись от прямой атаки вепря, пытающегося своим здоровенным бивнем разорвать меня, я прошелся по его боку кинжалом, надеясь располосовать его, но не смог даже слегка порезать. Да, что там слегка, я щетину ему даже не срезал.

Хреново. Но энергии во мне хоть отбавляй, а, как я понял, ей я могу усилять свое тело. Что я собственно и сделал, встав недалеко от края ловушки и ожидая второго нападения измененного вепря.

Тот не заставил себя долго ждать и понесся на меня, вырывая из-под копыт куски заросшей травой земли. В последние мгновения перед столкновением я вернул кинжал в ножны, немного сместился и, ухватив тварь за бивни, крутанул ее в сторону ловушки.

Именно то, что я просто-напросто использовал инерцию твари против нее самой, позволило мне не отлететь и остаться на ногах, а сам хряк бешено визжа, ломал воткнутые мной деревянные колья на дне ловушки. Однако эти колья нисколько не повредили его. И теперь я размышлял над тем, как же мне все-таки прикончить эту тварь.

Идея, как это осуществить пришла в голову довольно быстро и, вынув оба кинжала, сиганул вниз. Вепрь, как я и предполагал, задрал голову вверх, и я приземлился аккурат на его непробиваемый лоб. Тут же присев я вонзил свои кинжалы ему в глаза, пронзив твари мозг. Измененный хряк рухнул замертво.

Выбравшись и стоя на краю ловушки, мне в голову пришел земной анекдот:

— Старый искатель, давно отошедший от дел, соскучился по охоте в аномалиях, и на старости лет решил забить измененного медведя. Понимая, что в одиночку он уже не справится, силы не те, дал объявление и нашел себе молодого и сильного помощника.

Когда помощник явился на собеседование, искатель задал ему всего один вопрос: может ли тот долго и быстро бежать, на что получил положительный ответ.

Вскоре оба искателя нашли измененного медведя, раздразнили его, да и побежали. Бегут, они так, бегут, а мишка все не отстает и тут в голову молодому приходит невероятная идея:

«А чего это мы от него бежим? Я ведь силен, да и артефактный арбалет у меня имеется».

Молодой искатель разворачивается и стреляет медведю в лоб, убивая того на повал.

— Ну, что ж ты наделал?! — сокрушается опытный искатель.

— Медведя убил! — отвечает молодой.

— Я же тебя спрашивал, можешь ли ты долго и быстро бежать, ты что ответил?

— Как, что? Могу, конечно.

— Так зачем ты его пристрелил?

— Как зачем, чтобы больше не бегать от него.

— Ну, раз ты такой умный, то теперь бери мишку и неси его. До ближайшего поста, как раз километров десять осталось.

Вот и я сейчас стою и туплю, как же мне теперь этого хряка допереть до убежища?

Скажем вытащить из ямы я его